по которой идёт кривая уродливая трещина, в разломах которой виднеется грязная штукатурка.
За четыре года ничего не изменилось – ни соседи, ни отсутствие капитального ремонта. Весь центр такой – дышит на ладан, того и гляди рухнет. Только благодаря тому, что раньше строили на века, дома и стоят по сей день. За привилегию жить в центре города люди платят рублём и деревянными перекрытиями, соседством с крысами и неадекватами из коммуналок. Вроде моих Сидориных.
Мать семейства выглядит потрёпано, но чисто. Отец хмурится. Их сынок пришибленно оглядывает комнату. Все трезвы. Не знаю, какие методы воздействия к ним применил Ваня, но, о чудо, они сработали.
– Вот, посмотрите контракт, – риелтор Виктория раскладывает на столе листы, где мелким шрифтом напечатано слишком много букв, чтобы это уложилось в голове моих соседей.
– Ой, а на словах объяснить можете? – скрепит мать недовольно. – У меня от такого шрифта голова болит.
Её волосы забраны в тонкий сальный хвостик. На непрокрашенных корнях седина, что делает её старше своего возврата. Ей ведь немного за сорок. Сына она родила чуть ли не в шестнадцать. Алкоголь сотворил своё страшное дело – превратил красивую некогда женщину в старуху.
– Лучше вам, конечно, самим это почитать, – скептически тянет Виктория и бросает взгляд на адвоката.
– Рыночная стоимость всей квартиры в целом в районе двенадцати миллионов, – подключается он.
– Так мало! – восклицает отец Сидорина.
– Здесь дом с деревянными перекрытиями, – спокойно реагирует адвокат. – Ваша доля указана в этом контракте. Стоимость имущества Алевтины Игоревны прописана в её отдельном документе. Покупатель готов платить сразу. Договоры, естественно, у вас разные.
– Так что, – сглатывая, оживляется отец семейства. – Уже и покупатель есть?
– Есть, – подтверждает Виктория с улыбкой.
Только улыбается она не ему, а адвокату, благодарит, что выручил.
Я бросаю очередной вопросительный взгляд на Ваню.
Где это он так быстро покупателя нашёл? Уж не сам ли приобретает никому не нужную квартиру в вонючей угловой парадной?
Тот ободряюще мне улыбается. Мол, не беспокойся. А я думаю, не совершаю ли ошибку, доверяя свою судьбу совершенно незнакомому мужчине? И с чего я вообще взяла, что Ване можно верить?
Задумчиво тру нос.
– Покупатель готов платить сразу, но это значит вам надо съехать сегодня к вечеру.
– Как сегодня к вечеру? – восклицает Сидорин-младший. – Как вы себе это представляете? Куда мы поедем?
– К бабке поедем, – кладёт ему ладонь на плечо отец.
– А квартиранты?
– Прогоним. Они за прошлый месяц не заплатили ещё.
Видимо, сдают таким же пьянчугам, как сами.
Риелтор с юристом продолжают что-то объяснять Сидориным, судя по их отсутствующим взглядам, до них не очень-то доходит, но они согласно кивают и подписывают документы.
– Ну а теперь, прокатимся, – вскакивает довольная Виктория.
У неё ни один мускул на лице не дрогнул. Вот это профессионал. Хотя, наверняка, ей не очень-то приятно общаться с такого рода людьми.
– Куда? Куда поедем-то?
– В банк, к нотариусу. Не волнуйтесь. У вас полное сопровождение сделки.
Младшего Сидорина прорывает. Он резко и порывисто ржёт, потом так же быстро затыкается. Проводит по губам тыльной стороной ладони и смотрит на Ваню не по-доброму.
– Полное сопровождение твою мать, – бормочет он с иронией.
Потом переводит взгляд на меня. У меня от его выцветших глаз мороз по коже, но Сидорин отворачивается, видимо, передумав добавлять что-либо ещё.
Когда в прихожей закрывается дверь, мы с Ваней остаёмся в квартире одни. Хотя нет, не одни.
– А бабуля? – уточняю я. – Она у них не ходячая.
– За ней присмотрят, не переживай.
– Я ни разу её не видела. Я не могу переживать, – растерянно добавляю. – А ты, смотрю, обо всём позаботился.
– Я привык всё продумывать наперед.
С каких пор? – хочу уточнить. – В прошлый раз ты был чертовски спонтанным.
Щёки мои волей-неволей краснеют. Хорошо, что румянец можно списать на текущую ситуацию.
А Ваня тем временем отрывается от окна и идёт ко мне.
– Твой отец может сделать генеральную доверенность на распоряжение имуществом на тебя? Либо давай к нему поедем.
– Он в Выборге.
– Два часа до Выборга. Это рядом.
– Относительно…
Я ещё больше теряюсь. Нет… к отцу нельзя. К родителям нельзя. Там Ритуля. Вдруг Ваня взглянет на неё и у него возникнут вопросы? Как и в моей голове до сих пор пазл не складывается. Но рыжая девчонка на фото настойчиво всплывает перед глазами. Может, там ещё какие-то приметы имеются, о которых Ваня в курсе, а я нет.
Чёрт, Аля, он тебя даже не помнит. А не помнит, значит, ничего не сложит! – стучу я пальцем по виску мысленно, пытаясь убедить себя не искать того, чего нет.
Но всё же предпочту не рисковать.
– Я позвоню ему. Он либо подъедет сам завтра-послезавтра, либо насчёт доверенности договоримся. Терпит же?
– Терпит. Он же не будет возражать? Хотя ты итак ничего не теряешь. Только соседей лишишься.
– Что ты… он будет счастлив избавиться от этой недвижимости. Она как камень у него на шее. Кстати, – подозрительно прищуриваюсь, – а кому мы её продаём? Уж не тебе ли?
– Ну… – пожимает Ваня плечами. – Фирме одной… под офис. Не переживай. Как жилое помещение эта квартира уже своё отработала. А для офиса нормально будет…
– Ты не ответил на вопрос, – перебиваю я, вставая.
– По-моему ответил.
– Окей… а кто владелец фирмы? Ты?
Ваня смеётся и качает головой в ответ на прямое заявление, которое больше похоже на обвинительный возглас.
– Друг мой. Он как раз искал подходящее помещение. А тут самый центр, Смольный под рукой.
– Ах Смольный, – киваю. – Это всё объясняет, конечно. Конечно, Смольный.
Не знаю, что на нас находит, но мы начинаем смеяться.
Возможно, это так напряжение выходит из меня, но несколько секунд спустя я уже смахиваю слёзы с ресниц.
– Извини, – лезу в сумочку за бумажным платком. – Сделки с недвижимостью – не мой конёк.
– Главное, что эту ведут надёжные люди. За юриста и риелтора ручаюсь. Они мне ни одну сделку провернули.
– А кем ты работаешь? – тут же спрашиваю, раз предоставляется удобный случай.
– Я технический директор.
– Не особо информативно.
– А что ты хочешь знать?
Всё! – вот что рвётся из меня, но я лишь пожимаю плечами.
– Что ты можешь рассказать, не выйдя за рамки коммерческой тайны. Ничего не знаю о работе технических директоров, так же как и о сделках с недвижимостью.
– Будем тебя просвещать, – улыбается Ваня.
Он проводит пальцами по светлой чёлке, зачёсывая её назад.
– Давай пообедаем, и я что-нибудь тебе расскажу про свою скучную в общем-то должность. Тут недалеко классный итальянский ресторан. Согласна составить компанию?
– Обмоем
