идеально гармонирует по цвету с новой сумочкой, которую мы купили позавчера. Мы вообще приобрели для меня кучу новых вещей, в том числе теплую зимнюю куртку, которая сейчас на мне.
– Зачем это? – спрашиваю смущенно.
– Ну как зачем, ты же потеряла кошелек, – говорит он с усмешкой. – Вот смотри, я вложил сюда свою карту, расплачивайся ею. ПИН-код – последние цифры моего телефона. Еще положил наличку, вдруг где не сможешь расплатиться картой. Там достаточно денег, тебе хватит.
Сижу, смотрю на Тимура немного обалдевшим взглядом.
Я тронута его заботой до мурашек. Это же надо, чтобы он подумал даже о таком.
Все, что я получила бы от Димы за потерю кошелька, – это нагоняй из разряда: «Ксюха, как тебе вообще можно доверять деньги?» Никакой налички или тем более карты он бы уж точно мне не выдал. Скорее дополнительных кузделей.
А Тимур вот как позаботился. Он вообще заботится обо мне так, будто я его самый главный в мире человек.
Я, конечно, понимаю, что у Димы с Тимуром сильно разный доход и возможности. Но все же теперь недоумеваю, почему он так ко мне относился? И почему я молча сносила все Димины нагоняи? Ведь можно же было общаться со мной уважительнее, мягче.
– Может, не надо? – веду плечами. – Я уже взяла с холодильника сто рублей на проезд, хватит.
Меня мучает совесть из-за того, что он так на меня тратится. Ведь уже спустил прорву денег.
Тимур недоуменно ведет бровью, спрашивает:
– Но тебе не хватит ста рублей, ты же ешь в университете, так?
Ага, ем. Конфетки или мандаринки, которые беру с собой. Потому что лишней налички на местную столовую у меня никогда не водилось. Там же обед стоит столько, сколько я не тратила на еду за целый день.
Разумеется, не говорю об этом Тимуру.
– Спасибо тебе большое, – ласково благодарю, убираю кошелек в сумку.
Снова целую его в щеку.
А Тимур продолжает раздавать инструкции:
– Я тебе вчера установил приложение «Такси», привязал к нему свою карту. Когда закончится экзамен, напиши мне. Если это будет обеденное время, я заберу тебя, пообедаем вместе. Если освободишься раньше, вызывай такси и езжай домой. Ну, это на случай, если не захочешь посидеть с подружками в кафе или что-то еще.
Учитывая, что у подружек, как и у меня еще недавно, денег на излишества нет, то кафе автоматически не предусмотрено. Максимум – чай в общаге.
– Я поеду домой, – сообщаю ему. – Куплю продуктов, приготовлю что-нибудь на ужин.
Он останавливает меня жестом:
– Нечего таскать тяжелые пакеты. Ты забыла, что беременна? Напиши список, я все куплю. Лучше отдыхай, жди меня. Все, пока.
Он целует меня в висок, чуть сжимает руку и отпускает.
Выхожу из его машины, оборачиваюсь и вижу – не уезжает, наблюдает за тем, как я иду на территорию университета.
Машу ему, и только тогда Тимур трогается с места. Его машина исчезает за поворотом.
М-м… Вспоминаю нашу страстную ночь, и аж подкашиваются колени. В таком состоянии только идти сдавать экзамен.
Так, соберись, Ксения. Любовь любовью, а учеба по расписанию. И кофе! Вот сейчас как пойду, как возьму себе в автомате капучино! С новым кошелечком я теперь все могу.
Окрыленная, шагаю к центральному входу, уже почти до него дохожу, как вдруг вижу неподалеку Диму с дружками. Что вообще он тут делает? У него сегодня нет никаких экзаменов.
Смотрю на него, и меня будто обдает ледяной водой, так становится холодно и неприятно на душе.
Он тоже наверняка меня заметил, ведь стоит ко мне лицом. Но притворяется, что не видит в упор.
Отлично!
Не замечай меня!
Не обращай на меня никакого внимания.
Я и сама видеть тебя не могу.
Аж всю передергивает, едва стоит вспомнить, как он убеждал меня сделать аборт.
Шагаю к входу, старательно глядя себе под ноги, взгляда на поднимаю вообще.
Впрочем, очень скоро я практически забываю о Диме.
Экзамен – это вам не шутки, это великий стресс. Те, кто придумал экзамены, – садюги! Сессия еще долго будет являться мне в кошмарных снах.
Но когда экзамен заканчивается и я, счастливая отличница, выхожу из университета, снова сталкиваюсь с Димой.
По его взгляду сразу понимаю – он меня поджидал.
Глава 20. Бывший
Ксения
Не хочу с ним говорить, да и зачем? Все, что мог, он мне уже сказал после того, как я призналась ему, что беременна.
Делаю лицо кирпичом и старательно его обхожу.
Но Дима встает прямо передо мной и преграждает путь.
– Стой ты, видишь ведь, что ждал…
Как назло, вокруг никого, только он и я. Мне становится не по себе.
– Зачем ждал? – хмыкаю недовольно. – У тебя же есть Валя, ее жди.
– Какая, к чертям, Валя? – тут же начинает злиться он. – Я про Валю тебе написал только затем, чтобы ты ко мне приехала, неужели не ясно было? Чтобы приревновала…
Чувствую, как меня изнутри аж распирает от обиды.
– Не ясно, понял? – чеканю с грозным видом. – Мне совершенно непонятно, почему я должна ревновать человека, который сразу предложил расстаться узнав о моей беременности.
О, как четко сказала, аж сама от себя не ожидала.
Впрочем, мой аргумент на Диму никак не подействовал.
В его взгляде совесть даже не мелькает. Он, наоборот, еще больше злится, вон как пыхтит.
– А ты времени зря не теряла, – тянет он язвительно. – Со мной не прокатило, и ты нырь к богатому папику в койку… Молодец, хорошо устроилась. Сбрехала ему, что ребенок его? Или ты мне брехала?
Я отшатываюсь от него, как от заразного, свожу вместе брови, закусываю губу, пытаясь переварить услышанное. Ишь как он все перевернул! Главное, как узнал про Тимура?
– Я никому не врала! Ни тебе, ни ему…
– Ну да, ну да, вся такая честная в новых шмотках. Сколько за них проторчала в койке?
Мои щеки краснеют против воли, ведь мы с Тимуром и вправду провели уйму времени в постели.
– Не знал, что ты такая на все готовая…
– А ну, замолчи! – наконец не выдерживаю. – Ты не можешь мне ничего предъявлять, после того, как ты со мной поступил!
– Как же я с тобой поступил? – цокает он языком. – Ну-ка, расскажи!
– Ты меня выгнал в никуда беременную! – я топаю ногой. – Мне ночевать было негде… Кто ты после этого?
– Ой, вот не надо меня делать крайним, – он кривит лицо. – У тебя куча подружек в общаге…
– Много ты там кого нашел тридцать первого? – возмущаюсь я. – Вот
