уже о каких-нибудь фармацевтических фабриках с их стерильностью и пробирками.
Придется импровизировать. Использовать местные ресурсы. Благо, природа здесь щедрая. Тропики, как-никак. Не зря же тут все эти пальмы и лианы растут. Наверняка, среди них найдется что-нибудь полезное.
Первым делом я решил осмотреться. Нужно найти какое-нибудь подобие рынка, или хотя бы место, где местные жители торгуют своими товарами. Что-то вроде местного супермаркета под открытым небом.
Я двинулся вглубь деревни, стараясь не обращать внимания на косые взгляды (и, по возможности, обходить стороной продукты жизнедеятельности местной фауны, коих тут было в изобилии). Похоже, появление нашего корабля стало для местных жителей настоящим событием. Они толпились на берегу, перешептывались, показывали пальцами. Видимо, ждали, когда мы соизволим сойти на берег и одарить их своим вниманием. Или товарами.
Вскоре я наткнулся на небольшую площадь — если это, конечно, можно было назвать площадью. Так, пятачок утоптанной земли, где несколько женщин разложили свой нехитрый товар прямо на земле: какие-то фрукты, овощи, плетеные корзины, глиняную посуду. Прямо-таки выставка достижений народного хозяйства в миниатюре. И всё это — под палящим солнцем и с неизменным ароматом чего-то подгнившего.
— Доброго дня, почтенные, — обратился я к женщинам на английском. — Я, собственно, доктор. И мне нужны лекарственные травы. Всякие разные. От всего, что только можно придумать.
Женщины переглянулись. Одна из них, пожилая темнокожая женщина с седыми косичками, кивнула.
— Есть у нас такое добро, — проговорила она, окинув меня оценивающим взглядом. — А тебе, доктор, от чего надобно?
— А что есть? Нужен полный комплект. На все случаи жизни.
— Понимаю, — кивнула женщина и начала доставать из своей корзины какие-то пучки сушеных трав, корешки, сморщенные плоды.
Какой-то ботанический сад на выезде, причем в весьма потрепанном состоянии.
Она объясняла, что от чего помогает, а я внимательно слушал, запоминая названия и свойства растений, словно студент на экзамене. Некоторые из них были мне знакомы — спасибо университетскому курсу фармакологии, который я, к своему удивлению, еще не совсем забыл, — другие — нет. Но я старался не упустить ни одной детали. Вдруг пригодится? Мало ли что тут еще подхватить можно, кроме банальной простуды. Взял, только то, в чем был уверен
Пока я торговался с женщиной (заломила цену, как за антиквариат, старая перечница), вокруг нас собралась небольшая толпа зевак. Дети, старики — все с любопытством разглядывали меня, перешептываясь между собой.
— А ты, доктор, откуда такой взялся? — спросил один из мужчин, пожилой креол с седой бородой, больше похожей на спутанный клубок шерсти. — С «Грозы Морей», что ли? Небось, с Роджерсом плаваешь?
— Да, — подтвердил я. — С «Грозы Морей».
— И как там Роджерс? — не унимался мужчина. — Говорят, он здорово пограбил в последнее время? Небось, золота полные трюмы?
— Не знаю, — пожал я плечами и хмыкнул. — К золоту меня не допускают. Я не пират. Я доктор.
Мужчины удивленно переглянулись.
— Роджерс смог дока себе заманить? — переспросил старик, почесывая бороду. — Это что-то новенькое.
— Всякое бывает, — усмехнулся я.
Надо запомнить, что моя профессия востребована. А долю-то он мне в одну двухсотую отвел, засранец.
В этот момент мимо нас, высоко вздернув носик, прошествовала та самая юная леди, которую мы привезли с собой. Ее сопровождали Бен и несколько матросов. Проходя мимо, она даже не удостоила меня взглядом, словно я был пустым местом. Странное поведение. Вроде бы и со страху ко мне жалась в лодке, и в то же время — такое пренебрежение. Может, заигрывает так? Или просто дурно воспитана? Ох уж эти женщины.
Они направились к одному из домов, чуть более приличному, чем остальные хижины. Видимо, там и жили эти аристократы, пока ждали корабль.
— А эту леди знает кто-нибудь? — спросил я у одного из местных, кивая в сторону удаляющейся процессии.
— Это дочка бывшего губернатора Тортуги, — ответил мужчина. — С отцом сюда приехала. Ждали Роджерса, чтобы на континент отправиться.
Бывшего губернатора? Вот это уже интереснее. Тортуга — место, конечно, известное, но губернатор… Это уже совсем другой уровень. Что же заставило его покинуть свой пост и отправиться в такое сомнительное путешествие? И почему на пиратском корабле? Стоп, куда? На континент?
— А что случилось с губернатором? — не удержался я от вопроса.
— Да кто ж его знает, — пожал плечами мужчина. — Слухи разные ходят. Говорят, проворовался. Или с кем-то из сильных мира сего не поладил. В общем, темная история.
Темная история. Это точно.
Я расплатился с женщиной (все-таки сторговались, хоть и пришлось попотеть), сложил купленные травы в свою сумку, которую кок одолжил. Нужно было еще что-нибудь найти. Что-нибудь более действенное. Не одними же корешками и сушеными листьями тут лечиться.
Кстати, о Ли. Китаец не раз упоминал о рецептах восточной медицины, чудодейственных снадобьях и прочих диковинках. Может, и здесь, в этой деревне, найдется кто-нибудь, кто разбирается в травах и снадобьях? Этакий местный знахарь, хранитель древних знаний.
— Почтенные, а нет ли тут у вас кого-нибудь, кто занимается целительством? — спросил я, обводя взглядом собравшихся. — Ну, кто знает толк в травах, в заговорах, в лечении болезней? Местный народный умелец?
Люди переглянулись.
— Есть тут одна старуха, — наконец ответил один из мужчин, креол с бородой. — Живет на окраине деревни. Говорят, ведьма.
Ведьма? Ну, ведьма так ведьма. Мне, в общем-то, все равно, какой у нее социальный статус. Лишь бы толк был. Хоть горшком пусть называется, лишь бы лечила, а не калечила.
— А как ее найти? — уточнил я.
— Иди прямо по этой дороге, — объяснил мужчина. — Там увидишь хижину, увитую растениями. Как будто в джунглях затерялась. Это ее дом.
— Благодарю, — кивнул я.
Только я собрался отправиться в путь, как вдруг заметил на краю деревни, у самой кромки леса, фигуру в рясе. Священник! Вот удача! Он-то уж точно должен знать все о всяких верованиях. Есть у меня разговор к нему.
Я поспешил к нему, стараясь не упустить из виду. Священник как раз выходил из одного из домов — видимо, навещал кого-то.
— Прошу прощения, святой отец! — окликнул я его, приближаясь. — Не уделите ли вы мне минутку?
Священник остановился и обернулся. Это был мужчина средних лет, с усталым лицом и добрыми глазами.
— Да, сын мой? — спросил он, внимательно глядя
