А он ощущает моё. Он не порталист, потому ты должен суметь уйти от него в случае чего. А ещё лучше…
Я подошёл поближе и посоветовал Юкио выбрать в качестве места для отдыха территории за пределами земель златомордого.
— Он не безраздельно правит этим миром? — удивился мой рогатый помощник.
— Мир не маленький, но и не суперогромный. Ощущаю присутствие как минимум четырёх божественных сущностей. Возьми этот амулет, — передал я ему наполненный божественной энергией артефакт родом из моего мира — один из тех предметов, что были запечатаны и сохранены для экстренных случаев. — Если возникнет чрезвычайная ситуация, сломай его. Я почувствую призыв, где бы вы ни находились в пределах этого мира. И он же создаст вокруг вас защитную сферу. Даже богам понадобится время, чтобы пробиться через неё.
— Благодарю.
— Дядя Серёжа! А вы надолго?
— День. Может, два. Надо найти твоего дядю. Я же обещал отвести тебя к нему в гости.
— Спасибо. А эльки?
— Уже делаю, моя хорошая…
Я создал десяток элек различных стихий, что тут же оккупировали руки девочки, весело вереща и щекоча её.
Под звонкий смех я и ушёл, получив пожелание доброго пути от своего помощника.
А путь мой действительно будет добрым, вымощен ударами добра по хребту бесчеловечности забравшегося на вершину мира недобога.
— Раз-два-три-четыре-пять — я иду вам морды мять… — взлетел я в небо и помчался в сторону самого крупного города из всех, что смог ощутить в зоне своего божественного восприятия.
Было не очень понятно, столица это или нет. Языка я не знал, так что спрашивать местных было бесполезно. А златомордый-то наш язык выучил, падла хитрая. Подготовился перед вторжением, про меня справки навёл. О мире тоже каким-то образом узнал… Это могло бы стать неплохой загадкой, которую я бы с удовольствием разгадал, но сейчас не время быть расточительным.
— Найдите императора…
Сотни духов ветра получили приказ и разлетелись по всему городу. А я завис на месте, ожидая новостей и медленно сканируя городские улицы взглядом и чувствами.
— Самая сильная аура и концентрация магов вон там… — посмотрел я в сторону дворца, который наверняка был императорской резиденцией.
И тут же начали прибывать первые духи с докладами.
Во дворце экстренное совещание, призвали всех магов, командира дворцовой стражи и личных телохранителей императора. Все Стекались бесконечным потоком к стенам дворца, не понимая, что происходит. Видимо, новость о вторжении и нейтрализации гарнизона того вшивого бункера уже добралась до столицы.
— Начнём, пожалуй, — набрал я скорость и заложил вираж, метя прямо в тот самый зал, где собралась гвардия.
Пробить старый потолок было намного проще, чем в бункере. А затем и перекрытия между этажами. Одно, второе, третье — тормозим!
Весь в пыли, сопровождаемый градом осколков и обломков повреждённого дворца, я предстал перед людьми этого мира в свете стоящего в зените солнца. Я бы хотел сказать, что тут были лишь смертные, и я бы смог быстро и без забот закончить всю эту драму, но…
— Значит, своих верных псов ты тоже готов омолаживать за счёт детей?
Я выпрямился, стряхнул пыль и сжал кулаки. Стража и верные подданные безумного императора, идущего по пути безумного бога, были даже быстрее. Они уже достали оружие, сплели атакующие заклинания и обрушили на меня хаос атак.
А я не спешил. Я смотрел в глаза императора, пытаясь понять, насколько черна его душа, насколько она грязна и бесполезна для этого мира. Я смотрел на него, игнорируя бессильные атаки смертных. И видел пропасть вместо человеческой души.
Он тоже что-то кричал, показывал на меня своим перстом повелителя. Вены на его шее набухли от яростного крика, а магический щит защищал от осколков магии и оружия.
— Вот видишь. Даже тебя он не собирается спасать… — покачал я головой и вытянул руку вперёд.
Магическая проекция руки прошла через все барьеры, через вспышки магических заклинаний и даже через выставленную императором руку и сжалась на его шее. Я медленно поднял его вверх.
— Какие вы всё-таки шумные… — Ещё сотня проекций рук разлетелась во все стороны к защитникам этого носителя человеческой оболочки, продавшего собственную душу.
Сотня стражей и помощников императора приподнялась вверх, едва касаясь носками пыльного, изувеченного их же атаками пола.
— Обычно я так не делаю, но другого выбора у меня просто нет… — Я медленно повернул голову и посмотрел в глаза всех и каждого.
Среди сотни нашлось пятеро, кто так же, как император, не обладал душой. Пустые тела, следующие воле жадного и безумного бога. У всех них золотые линии, полные магических рун и вшитых заклинаний. А значит, все они кровные родственники императора и все полностью потеряли свою человечность за время служения, в отличие от Магдалены, её матери и дяди, что стал повстанцем, противостоящим этому безумию.
— От вас пятерых толку никакого нет. — Я сделал движение рукой, и в ней появилось моё копьё. — Пусть мир станет чище. В вашей жизни больше нет нужды. Именем Смерти, я казню вас, творящие безумие, несравнимое даже с бешенством животного.
Один взмах копья — пять проекций снесли головы тем, кто напомнил мне об ужасах и монстрах моего родного мира. Опять мне приходится головы рубить… Быть может, это и есть суть моего Дома? Быть может, мы должны были делать это всегда, и тогда с нашим миром не случилось бы ничего плохого? Мы слишком сильно верили в разумность некоторых. Жадность превращала их в монстров куда как более ужасных и опасных, чем безликие слимы…
И этот мир с таким божком гарантированно ждала бы судьба, неотличимая от нашего. Надеюсь, остальные боги и те, кто возьмут в свои руки правление империей, смогут исправить ситуацию.
И всё же я хотел от этих людей кое-что узнать. Но бездушных даже спрашивать бесполезно. Придётся взять в руки души остальных…
Первым я выбрал здорового, как гора, воина, облачённого в огромный стальной панцирь, украшенный золотом и драгоценными камнями. Подтянул его тело к себе. Заглянул в глаза, увидел там душу и, словно клещами, под дикий вой и крик, вытянул её, заставляя остальных задрожать от ужаса.
— Если ты был хорошим человеком, я верну её на место. Можешь так не верещать. — Я окружил душу подчинившейся мне божественностью и соединил с собственным сознанием.
Две минуты понадобилось на то, чтобы выучить язык, узнать законы и нормы этой империи, ситуацию с пограничными регионами, систему верований, прошлое и тайное человека передо мной. А это был кто-то сродни генералиссимусу. Великий и ужасный, кровавый и бесстрашный Лоброк Гиль. А вдобавок ко всему — такой
