это широкая верхняя одежда с капюшоном, а во-вторых, это крайняя плоть, которую и удаляют в процессе обрезания. Своей песенкой дети просят святого покровителя деревни и по совместительству предка-основателя защитить их от дождя. Потом детям выдают провизию, которую те относят на могилу предка-основателя, к детям присоединяются и взрослые, начинается праздник. Примечательно, что предок был похоронен прямо напротив соседней деревни, с которой у местных жителей вечная вражда, то есть после смерти он продолжает защищать свой род от недругов. По словам местных жителей, в день мавсима Сиди Али всегда выпадает дождь. По мнению Сервье, к которому я присоединяюсь, мавсим Сиди Али – это сплетение традиции проведения праздника, посвященного местному святому, с древними обрядами, связанными с вызыванием дождя. Также, утверждает Сервье, скорее всего, могила Сиди Али находится ровно на том месте, где поклонялись предку-основателю или священному камню, при этом первое не исключает второго.
Чем еще святые могут помочь паломникам? Так же как и в христианской традиции, благодаря помощи святых, конечно же, можно излечиться от различных болезней и обрести удачу в делах. Например, в северном Марокко, в регионе Джебала, существует поверье, что если сорвать веточку с платана, растущего у могилы местного святого Сиди аль-Хосни аль-Баккали, то она может помочь и от головной боли, и от боли в животе, более того, если носить эту веточку при себе, она будет выполнять роль оберега. Немного южнее, в Хаха, где расположена могила святого Сиди Бурджа, местные жители считают, что если взять листья с растущего у могилы дерева и растереть их с оливковым маслом, то эта смесь вылечит от чесотки. Даже земля с могилы Сиди Бурджа обладает подобными свойствами. Еще немного южнее, в Дуккале, считают, что если срезать веточки оливкового дерева, растущего у могилы уже безымянного святого, то стилосы, сделанные из этих веточек, помогут ученикам коранической школы лучше запомнить Коран. Подобное поверье существует и у учеников коранической школы при завии одного из самых известных святых Северной Африки Мулая Абдессалама бен Мшиша, только стилосы делают из растущего там пробкового дерева. Курьезное поверье было также зафиксировано в марокканском Тананте, где в прошлом веке матери заболевших детей отправлялись к источнику некого Сиди Мансура, собирали у источника маленьких черных улиток и сооружали из них ожерелье, которое вешали на шею больному. Очевидно, что улитки, проживающие в непосредственной близости от источника (и самого святого), также обладают баракой и поэтому могут вылечить больного. Наконец, по всей Северной Африке существует обычай «подхоранивать» свои волосы и зубы в могилу святого в расчете на то, что при помощи бараки, исходящей от могилы, здоровье посетителя улучшится, так как ранее принадлежавшие ему волосы и зубы будут поддерживать контакт с телом хозяина и передавать ему бараку.
Культ египетского мусульманского святого как смешение верований мусульман, коптов и древних египтян
Мечеть Абу-аль-Хаджаджа, Луксор, Египет. XIV в. до н. э.
Marc Ryckaert / Naamsvermelding vereist / Wikimedia Commons (по лицензии CC BY3.0)
Те, кому довелось побывать в египетском Луксоре, вряд ли знают, что помимо Долины Царей у города есть еще одна важная достопримечательность – мечеть Сиди Абу-аль-Хаджаджа, святого покровителя города[62]. Этот праведник, также известный как Отец всех паломников, родился в конце XII века, предположительно в Ираке. При жизни он сотворил множество чудес, в том числе спас корабль с тонущими паломниками. Умер святой в Луксоре, где и был похоронен. В Луксоре до сих пор существует род аль-Хаджаджей, который занимается речным извозом по Нилу (маракаби́йя), а о его праведном родоначальнике ходит множество легенд. Согласно одной из них, когда будущий святой прибыл в Луксор, его встретила коптская монахиня Тарза (по другой версии, Тирза). Аль-Хаджадж будто бы не только уговорил Тарзу принять ислам, но и женился на ней. Правда это или нет – неизвестно, но гробница бывшей коптской монахини действительно находится в мавзолее аль-Хаджаджа, и во время праздника этого святого можно посетить и гробницу Тарзы – правда, к ней допускают только женщин.
Праздник аль-Хаджаджа привязан к мусульманскому лунному календарю и начинается 14 шаʿаба́на[63]. К началу праздника местные продавцы сластей вовсю торгуют сахарными фигурками «невесты» и «жениха». Занимательно и то, что внутри мавзолея-мечети хранятся три лодки, которые выносятся наружу только во время праздника, так как, по словам местных жителей, это собственность шейха и их нельзя спускать на воду. Во время главной процессии праздника, так называемого хождения по кругу (ад-до́ра), эти лодки провозят по улицам. На второй день празднований в жертву шейху приносится бык – это кульминация праздника. Примечательно, что мясо этого быка может быть съедено только потомками шейха. Праздник также не обходится без шуточных боев, танцев и, конечно же, чтения зикра[64].
Сахарная невеста, изготовленная для религиозного праздника. Каир, Египет, ок. 1980 г.
Collectie Wereldmuseum Rotterdam (по лицензии CC BY-SA 4.0) / Carel van Leeuwen (Fotograaf)
Неподалеку от мавзолея аль-Хаджаджа расположен известный Карнакский комплекс. Начиная с Нового царства в этих местах отмечали праздник Опет, посвященный Амону-Ра, его супруге Мут и их сыну Хонсу. На время праздника ладьи с изображением этих богов перевозили в соседний Луксорский храм. Торжественное шествие сопровождалось музыкой и танцами, богам готовили щедрые подношения. Праздник Опет приходился на время разлива Нила, его основным мотивом было перерождение и обновление: предполагалось, что Амон-Ра и Мут переживают трансформацию в Луксорском храме, после чего их, уже обновленных и помолодевших, возвращают обратно в Карнак. Некоторые египтологи считают, что изначально, при разливе Нила, между двумя храмами был канал, по которому моряки переправляли барки из одного храма в другой, однако со временем календарь сдвинулся, и церемония стала проходить позже, в результате чего барки перевозили уже по суше через Аллею Сфинксов. Древнеегипетский праздник Опет, как утверждает американская исследовательница Элизабет Викетт[65], имеет много общего с культом святого шейха аль-Хаджаджа, в который также включены похороненная рядом с шейхом бывшая коптская монахиня Тарза и их потомки, державшие в своих руках речной извоз в Луксоре. По словам Викетт, лодки из мавзолея шейха аль-Хаджаджа и их ношение во время церемонии имеют непосредственную связь с древнеегипетским представлением о лодке как о средстве перевоза умершего из царства живых в царство мертвых, а также как о средстве передвижения в ином мире.
В связи с этим уместно будет упомянуть теорию о происхождении слова «карнавал», предложенную немецким филологом XIX века Ф. К. Дицом[66]. По мнению ученого, корни карнавала вовсе не в выражении carne vale («прощай, мясо»),
