и разглядывал свою неподвижно лежавшую юдо-вещь. – У меня должно было получиться нечто похожее, но ничего не вышло.
– Ты что, шутишь? – Нико поставил Бастиана на ноги и хлопнул по плечу. – Твоё изобретение всех нас спасло, и твой план отлично сработал!
– Должен признать, это было умно, – согласился Габриэль, и Тилли показалось, что она впервые слышит в его голосе восхищение.
– Да, мы с Хвостом тебе страшно благодарны, – сказала Пип и подняла плащ так, чтобы он смог похлопать мальчика по плечу своей кисточкой.
Уши Бастиана порозовели.
– О, хм… Рад помочь, – промямлил он и смущённо уставился в пол. Мишка-утешалка воспользовался моментом и свалил у ног мальчика целую гору чудо-вещей.
– Они все в порядке, – объяснил медведь. – Всё о-о-очень хорошо.
Тилли с любопытством разглядывала чудо-вещи, которые несколько минут назад представляли из себя кучу бесполезного хлама. Казалось, будто магический туман пробудил их из долгого сна: глаз на цилиндре странно поблёскивал, от супницы поднимался ароматный пар, лампа освещала комнату закатным светом, а амулет – Тилли была в этом совершенно уверена – явно опять был готов защищать своего владельца от воздействия магии.
– Может быть, ты знаешь, у кого похитительница украла все эти вещи? – спросил Нико плюшевого мишку, но тот лишь ужасно дружелюбно посмотрел на мальчика.
– Но ты хотя бы можешь нам сказать, кто твой хозяин и где он живёт? – допытывался Габриэль. Однако и тут медведь остался нем. Отвечать на вопросы явно не входило в обязанности мишки-утешалки.
– Дайте мне попробовать, – шепнула Тилли и присела на корточки возле медведя. – Ох, я так волнуюсь за твоего хозяина. Он наверняка ужасно о тебе беспокоится и утешится, только если скоро найдёт тебя!
Мишка, казалось, задумался, а затем кив-нул.
– Хорошо, хорошо, – проворчал он, повесил амулет себе на шею, взял в лапу лампу, а затем надел себе на голову супницу и поверх неё цилиндр. – Это я могу. Вперёд!
И он решительно вышел из комнаты. Дети последовали за ним. Когда они вышли на улицу, Пип поспешно накинула плащ-невидимку на себя и на мишку. Нико следовал за ними, глядя на компас, Тилли вновь сунула Люкса себе под куртку. Так они и шли по улицам Голубинкеля, почти не отличаясь от обычных прохожих. Только Бастиан испуганно заглядывал за каждый угол, опасаясь снова наткнуться на похитительницу чудес. Но она будто сквозь землю провалилась.
Наконец стрелка компаса показала на маленький серо-голубой домик с садом, и Пип сбросила с себя плащ.
– Себастьян Странноватов, – прочла Тилли табличку на калитке. – Это твой хозяин?
Девочка поспешила снова озабоченно наморщить лоб, чтобы медведь ей ответил.
– Хозяин, создатель… Но его нет, – мишка-утешалка показал на тёмные окна. – Просто нужно ждать у задней двери. Не волноваться.
– Честно говоря, мы уже начинаем волноваться, – возразила Пип. – Я бы не хотела лететь домой в темноте.
Тилли сжалась от ужаса. Она совсем забыла о времени! Как она теперь объяснит родителям, почему вернулась домой затемно? Они же полагали, что она проводит вечер за коллекционированием камней!
– Эй, мишка! Ты ведь можешь сам дождаться своего хозяина? – спросила она. – Он наверняка сможет позаботиться о том, чтобы все вы попали домой.
– Ну конечно. Чай с ромашкой! – заверил её медведь. Он протиснулся в калитку и потопал на задний двор. Дети подождали, пока он не скрылся за углом, а затем поторопились на вокзал. Темнело всё быстрее, и между облаков уже были видны первые звёзды.
– Надеюсь, нам удастся взлететь незамеченными, – прошептал Габриэль, когда они добрались до вокзала. – Во время приземления нам по-настоящему повезло, что никто не сошёл с ума от…
Он запнулся, и остальные тоже замерли на месте. Только Пип сделала ещё пару шагов и остановилась у одного из деревьев.
– Зонтберт? – тихо позвала она, глядя на ветки. – Надо же, он спрятан намного лучше, чем я думала. Эй, зонтик, пора домой!
Габриэль достал свой телефон и посветил наверх. Нико тем временем подтянулся на ветке. Что-то зашуршало, затем лицо мальчика появилось среди листвы.
– Результат отрицательный, – сообщил он. – Никакого летательного аппарата тут нет.
– Он вырвался и улетел! – жалобно простонал Бастиан, глядя в небо. – Когда мы ушли, он был уже почти свободен!
– Кто вырвался? – спросил мужчина с чемоданом, проходивший по площади. – Кого вы ищете, ребятишки?
– Эхм… нашу таксу, – нашлась Пип, и Габриэль посветил телефоном в кусты. Однако мужчина состроил недоверчивую гримасу.
– Собаки не лазят по деревьям, – сказал он. – Вы что, смеётесь надо мной? А я ещё собирался вам помогать, хотя могу опоздать на поезд в Бледнинген!
Мужчина поспешил на вокзал, и Габриэль бросился за ним.
– В Бледнинген? – услышала Тилли. – А когда отправляется следующий поезд?
– Через пять минут. А следующий только ночью, – ответил мужчина и пошёл быстрее.
Габриэль замахал друзьям:
– Скорее, мы ещё успеем! Я одолжу вам денег на билеты!
Бросив последний печальный взгляд на дерево, Пип и Бастиан поспешили за ним. Однако Тилли не двинулась с места.
– А что, если его нашла похитительница чудес? – спросила она Нико, который как раз спрыгнул на землю.
– Тогда она высосала бы из него магию и оставила висеть на дереве. Нет, скорее всего, он сейчас летает где-нибудь среди облаков, свободный и счастливый!
– Но…
– Не беспокойся, Тилли. Уверен, он справится. Вместе с отцом я часто встречал чудо-вещи, живущие на свободе! – Нико ободряюще хлопнул Тилли по плечу, и девочка постаралась ответить на его улыбку.
– Кстати, я ещё не успела тебя поблагодарить, – сказала она, с тяжёлым сердцем повернувшись к вокзалу. – Ну, знаешь… За то, что ты собирался пожертвовать компасом, чтобы спасти Люкса.
Нико пожал плечами.
– Мой компас, конечно, крутой, но я ж знаю, что ты по уши втрескалась в свой подсвечник.
– И всё-таки, – настаивала Тилли. – Компас же должен помочь нам найти твоего отца…
– Нам?
Тилли остановилась перед входом на вокзал. Несмотря на то, что Габриэль бешено махал ей из-за стеклянной двери, она обернулась и посмотрела на Нико.
– Да, нам, – уверено ответила она. – Вы помогли мне освободить Люкса, сегодня мы спасли плащ Пип. Теперь мы твои должники! И ещё мы команда, помнишь?
Нико помедлил с ответом. Выглядел он при этом таким же отрешённым, каким Тилли впервые увидела его три недели назад. И вдруг лицо мальчика просветлело.
– Ну, коне-е-ечно, – проворчал он голосом мишки-утешалки.
– Подушка-обнимашка, – подтвердила Тилли.
И они поспешили выйти на платформу, пока у Габриэля не отвалились руки от махания.
Глава 19
На следующее утро Тилли разбудил запах гари. Она сонно огляделась и
