Читаем без скачивания Золото Каддафи - Никита Филатов

За импровизированный стол в одних трусах садиться было бы неприлично. Поэтому, прежде чем приступить к приему пищи, каждый хоть что-то накинул на себя.

— Интересно, почему в кузове никто спать не лег? — задал Алексей Карцев общий вопрос.

— А зачем? — удивился Проскурин. — И так дышать нечем.

— А когда ты еще вот так, прямо на золоте, поваляешься?

Все непроизвольно посмотрели на тяжелый КамАЗ, припаркованный у выхода из ангара.

— Да не очень-то и хотелось…

О том, что за груз нужно будет сопровождать в Порт-Судан и по морю, Михаил Иванов и его люди узнали от Оболенского только на авиабазе Маатен-ас-Сарра, которую контролировали ливийские военные.

Восемь с половиной тонн золота в слитках составляли часть стратегического запаса Муаммара Каддафи. Конечная точка его назначения, разумеется, хранилась в тайне, однако можно было предположить, что драгоценный металл морским путем поступит в распоряжение одного из банков Юго-Восточной Азии.

Выбор такого маршрута определялся достаточно просто.

— Через порты Средиземного моря из Ливии сейчас вывезти ничего невозможно. Блокада… — пояснил Оболенский. — Все прибрежные воды патрулируются кораблями и самолетами сил НАТО. Чтобы переправить золото в юго-западном направлении, к африканским портам Атлантического океана, нужно транспортировать его по территории Чада и Нигера. А это при нынешней военно-политической ситуации равносильно тому, чтобы просто отдать его какому-то чужому дяде… Слишком рискованно.

— А если перевозить самолетами?

— Не получилось. Один раз попробовали, — отрицательно покачал головой Оболенский.

Если верить его рассказу, в самом начале гражданской войны, еще до введения санкций ООН, в Минске приземлился личный авиалайнер ливийского лидера Муаммара Каддафи — «Boeing 737». Или, по другим сведениям, Dassault «Falcon 900EX» с бортовым номером 5A-DCN. Собственно, это не так важно. Важнее, что на его борту находились наличные деньги, золото и бриллианты на сумму в три миллиарда долларов. Западные средства массовой информации моментально подняли такой шум, что МИД Белоруссии выступил по этому поводу с официальным опровержением. Опровержение прозвучало неубедительно — информацию о передвижении самолета из Триполи опубликовали венгерские и мальтийские авиадиспетчеры. Откуда-то сразу же появились слухи о белорусских наемниках в Ливии, а также о неких «особых отношениях», которые связывают Александра Лукашенко с Муаммаром Каддафи. Белорусскому батьке припомнили обмен визитами с главой Джамахирии, подписанное между странами соглашение об оборонном сотрудничестве, совместные учения ливийских и белорусских военных на полигоне под Барановичами, и еще многое из того, что вполне могло оказаться досужими вымыслами.

А уже в марте авиация НАТО окончательно перекрыла ливийское воздушное пространство.

Оставался, пожалуй, единственный вариант — через Порт-Судан, а затем уже морем в любом направлении…

— Я пойду, посмотрю обстановку. — Сулейман натянул на себя какой-то грязный комбинезон без знаков различия, влез в ботинки и повязал клетчатую куфию[11], спрятавшую почти все его лицо.

— Вы надолго? — уточнил Иванов.

— Не знаю. Закройте за мной. — Повесив на плечо автомат, ливиец направился к выходу из ангара. — Никого не надо впускать, я постучусь, как договорились: сначала два раза медленно, потом еще три раза быстро…

Алексей Карцев, оказавшийся ближе всех, выпустил Сулеймана наружу и поставил на место тяжелый засов, запиравший ворота.

— Ну, а мы тут при чем? — спросил он, возвращаясь к столу.

Оболенский сделал вид, что не понял:

— Ты себя лично имеешь в виду?

— Нет. Я имею в виду наше славное российское демократическое государство, которое вы, если я правильно понял, сейчас представляете.

— Видите ли, парни, любая война очень дорого стоит. — Оболенский проверил, не закипела ли вода в чайнике. — Кто-то из полководцев сказал, что для ее ведения нужны три вещи. Во-первых, деньги. Во-вторых, деньги. И в-третьих, — тоже деньги… Советский Союз, если помните, помогал когда-то республиканской Испании справиться с мятежниками генерала Франко. Мы поставляли им самолеты, различную бронетехнику, пушки, снаряды, патроны. А также инструкторов и специалистов…

— Интернациональные бригады, — кивнул Иванов, увлекавшийся военной историей.

— Так вот, даже тогда это делалось не бесплатно. Испанское правительство отправило в СССР в счет оплаты всех этих поставок практически весь золотой запас своей страны. Об этом у нас не особо писали, однако факт остается фактом.

— Но ведь мятежники победили в конце концов?

— А испанское золото тем не менее осталось у товарища Сталина.

— Ну, в общем, понятно…

Больше к обсуждению этой темы никто не возвращался. Потому что выведывать, когда, как и какие именно системы вооружения собиралась поставить Россия режиму Каддафи за полновесное ливийское золото, не имело смысла. Даже если сотрудник «торгового представительства» знал ответы на этот вопрос, от него вряд ли бы их услышали.

…Сулейман вернулся, когда все уже, включая Карцева, наелись и выпили крепкого черного чаю. Два негромких удара в дверь с большой паузой, потом три — почти один за другим.

На всякий случай Иванов и его люди немного рассредоточились и заняли огневые позиции:

— Открывай!

Вместе с ливийцем в ангар проник свежий воздух, наполненный звуками автомобильных моторов.

— Ну, что там новенького на воле?

— Колонна выходит, — сообщил Сулейман, сняв с плеча автомат и разматывая куфию.

— Скоро поедем?

— Надо, чтобы еще немного стемнело.

— Садитесь, выпейте чаю, — предложил Иванов.

— Да, спасибо большое, — ответил ливиец.

Глава 5

По прямой до авиабазы Маатен-ас-Сарра оставалось километров десять. Но в ливийской пустыне так же, как и в горах, далеко не всегда передвигаются по прямой.

Дальше ехать на «тойотах» не имело смысла — свет автомобильных фар и рычание двигателей предупредили бы гарнизон базы о приближении посторонних. А без света машины завязнут у первого же бархана.

— Через полчаса стемнеет окончательно.

— Подождем, — кивнул командир диверсионной группы.

Его дед воевал вместе с союзниками где-то в этих краях против итальянских фашистов. Отец отступал из Алжира после проигранной колониальной войны. И вот теперь в этой чертовой африканской пустыне пришлось оказаться и ему, офицеру французского спецназа.

— Покажите обстановку.

— Есть. — Оператор раскрыл портативный чемоданчик, нашпигованный электроникой.

Пока все шло по плану, хотя одну машину пришлось бросить еще на середине пути, под охраной — японский мотор не выдержал жары и перегрузки. За оставшимися у машины спецназовцами с территории Чад час назад уже вылетела группа на вертолете, чтобы эвакуировать их из зоны военных действий.

Но это была предсказуемая неприятность, которая не требовала внесения в план операции особых изменений. Тем более что в распоряжении французов имелась подробная информация, необходимая для подготовки внезапной атаки на авиабазу.

Данные авиационной разведки, обновлявшиеся каждые четыре часа, давали достаточно полное представление о составе, численности и расположении охраны объекта. Получив эту информацию и обсудив ее с офицерами подразделения, командир разделил своих людей так, чтобы каждый из них имел четко поставленную боевую задачу. Действия снайперов и подрывников были расписаны по секундам, была также определена последовательность уничтожения целей и подавления очагов возможного сопротивления, намечены места проникновения на территорию базы и маршруты передвижения по ее территории.

Пеший марш-бросок по ночной пустыне не представлял для спецназовцев из Группы вмешательства особой сложности — скрытное передвижение в таких условиях отрабатывалось много раз. Не должно было, по идее, возникнуть серьезных проблем и с преодолением проволочного ограждения, опоясавшего территорию авиабазы. Прожекторные посты, часовые на вышках и даже усиленные патрули, которые могли появиться в самый неподходящий момент, — все это также учитывалось и принималось во внимание. А вот какой оборот могут принять события потом, когда начнется организованная диверсантами паника…

Приборы ночного видения, самое современное вооружение и внезапность — все это, конечно, давало французам неоспоримое преимущество. Однако противник имел многократное численное превосходство, поэтому оставалось только надеяться на то, что выполнение поставленной задачи обойдется без потерь.

Неизвестно к тому же, сколько времени после захвата грузовиков предстоит вести бой до подхода основных сил суданцев. Которые, не исключено, в свою очередь попытаются заявить права на трофейное золото…