Бюргеры, находившиеся у реки Моддер, докончили сражение, напав на неприятеля и заставив его обратиться в бегство.
Великолепно дрались мои бюргеры; более неустрашимыми я их еще до сих пор не видел, особенно в тот момент, когда вся огромная масса англичан хлынула целым потоком прямо на нас. Спокойно, хладнокровно и решительно обходились они с солдатами, отбирая у них оружие. Это сражение послужило для меня новым доказательством храбрости африканца, равной которой, по моему мнению, не найдется нигде.
У нас был тяжело ранен комманданта Герт ван-дер-Мерве, к счастью потом выздоровевший. Кроме него, было еще четверо раненых и трое убитых. О потерях англичан нам некогда было справляться, но по их собственным показаниям они потеряли в этот раз 350 убитыми и ранеными. Мы взяли в плен 480 человек, исключая черных. В наши руки попало также 7 орудий и 170 повозок.
После этого сражения мне пришлось употребить много усилий, чтобы снова привести все в порядок. Многие из лошадей, находившихся при орудиях, были убиты, точно так же, как многие быки и ослы, везшие повозки. Повозки тоже находились после такой трепки в полной неисправности. А между тем, каждую минуту можно было ожидать нападения со стороны Блумфонтейна. Но подкрепления оттуда пока еще не показывались. И только значительно позднее, когда бюргеры перестали преследовать неприятеля, около 12 часов, показалась небольшая часть конницы, но почему-то не двинулась дальше того места, где она появилась{31}.
Подкрепление, состоявшее из бюргеров генерала Оливера прибыло к нам из Таба-Нху тогда, когда уже все окончилось. Услыхав утром выстрелы, они приблизились к нам, но, как они утверждали, не могли никак сделать этого раньше.
Глава X.
Взятие в плен 450 англичан при Реддерсбурге
В тот же вечер, отдав приказания генералам Питу Девету и А. П. Кронье и взяв с собой троих из моего штаба, выехал я по направлению к Деветсдорпу до Донкерпоорта. Я отправился на рекогносцировку.
На следующее утро я был в Стеркфонтейне, где около полудня узнал, что часть англичан вышла из Смитфильда к Деветсдорпу.
Мои отряды находились от Стеркфонтейна в 30 милях, но, тем не менее, я послал приказ генералам Я. Вессельсу, К. К. Фронеману и де-Вилие немедленно выступить, взяв с собой три орудия.
В ожидании их прибытия, я отправил посланных на фермы бюргеров, разошедшихся по домам после взятия Блумфонтейна и не вступивших снова на службу, приглашая их принять участие в борьбе с неприятелем. Вечером 1 апреля все бюргеры округа оказались налицо; но было уже поздно выступать в этот день.
На другое утро, около 10 часов, англичане покинули Деветсдорп и пошли по направлению к Реддерсбургу. Я тотчас дал знать генералам, чтобы они повернули к тому же селу, сам же я двинулся с вновь поступившими на службу бюргерами на север, идя в известном расстоянии, вдоль линии неприятельских войск. Я собрал 110 человек. Многие из них были безоружны, так как сложили свое оружие в Блумфонтейне; другие, хотя имели ружья, но были лишены амуниции. Они растратили свои патроны зря, полагая, что все равно не сегодня - завтра придется всем складывать оружие. Таким образом моя горсточка бюргеров была почти что безоружна.
Я выступил вперед, все время выслеживая англичан.
Они двигались очень медленно, так как колонна состояла главным образом из пехоты. Но, несмотря на это, они были впереди моих отрядов, которые еще только что вышли. Нечего было мне и думать напасть на неприятеля с горстью почти невооруженных людей.
В ночь на 2 апреля англичане расположились лагерем на холме к западу от фермы Орлогспост, а мы к северу от них на ферме г. ван-дер-Вальт. Неприятель не знал ничего о нас.
До прибытия моего второго посланного. генералы мои сделали уже большой конец к Деветсдорпу, совсем не по дороге к Реддерсбургу.
Гонец мой нагнал лишь генералов Фронемана и де-Вилие, Вессельс же, ничего не зная, продолжал идти в прежнем направлении.
Генерал Фронеман получил мой приказ незадолго до восхода солнца. Ни он, ни люди его не спешивались всю ночь, и лошади их были крайне утомлены. Тем не менее, в виду моего распоряжения не брать с собой никого из переутомленных и тормозящих быстроту передвижения и явиться немедленно, не слезая с лошадей, - генерал Фронеман не заставил себя ждать и прибыл 3 апреля к Сханскопье на Каферривире. Из Саннаспоста он выступил 2 апреля после полудня. Большой переход с 700 людей и тремя крупповскими орудиями был совершен быстро и молодецки. Нельзя не признать, что это был большой подвиг со стороны генерала Фронемана.
В это время англичане еще не научились выступать до восхода солнца. К счастью для нас, и в этот день они поступили также.
К тому же на нашей стороне было еще то преимущество, что войско английское совсем не было на стороже, несмотря на то, что оно не могло не знать того, что произошло в Саннаспосте.
Генерал Фронеман пришел ко мне 3 апреля рано утром. Он сообщил мне, что необходимо расседлать лошадей и дать им хоть сколько-нибудь отдохнуть, так как они с вечера накануне находились под седлом. Но как это ни было необходимо, я должен был отказать ему в этом, потому что опоздай мы немного, и англичане заняли бы холмы между Мейсхондсфонтейном и Мостерсхуком, т. е. наилучшие позиции. Таким образом, я приказал выступать, оставив тех, кто не в состоянии был следовать за нами.
Генерал на это не сделал даже кривой физиономии, "links", как говорят у нас в Африке, и крикнул своим молодецким голосом: "Вперед, бюргеры,"
Большим счастьем для нас было то, что мы целых шесть миль могли ехать незаметно вдоль английских сил. И все-таки мы не достигли холмов раньше их. Когда мы добрались, наконец, до того места, откуда они могли уже видеть нас, их аванпосты как раз поравнялись с восточными холмами, а нам оставалось еще 5-6 миль до них.
Я видел, что неприятель, собиравшийся занять холмы, был не в очень большом числе, и потому приказал генералу де-Вилие идти вперед к западному краю холмов и занять ферму Мостерсхук. Неприятель, увидев движения генерала де-Вилие, пошел более к востоку.
Я разделил оставшихся бюргеров на две части. Одна часть должна была занять позиции на холмах, находившихся в 600-700 шагах к востоку от цепи других холмов, занятых англичанами. Другая же часть, со мной и коммандантом Нелем, должна была расположиться по ряду холмиков к юго-востоку от англичан.
Перед тем, чтобы атаковать позиции неприятеля, я послал англичанам следующее письмецо: "Командующему офицеру!
Милостивый государь! Я нахожусь здесь с пятью сотнями людей и тремя крупповскими орудиями, с которыми вам не справиться. А потому я советую вам, во избежание излишнего кровопролития, немедленно сдаться".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
