кто-то из советников их озвучит.
Я поправила аккуратную стопочку бумаг, лежащих передо мной. К сожалению, голоса на совете у меня не было, но передавать свои записи советникам, пояснять что-то, а иногда и ненавязчиво предлагать я могла. В будущем мне удалось доказать полезность и получить голос, но пока к королеве здесь относились насторожено.
– Очень рад, что ты знаешь свое место, – с какой-то отеческой гордостью заметил муж.
Я лишь вздохнула, снова опустив взгляд. Как же раньше бесила эта фраза и подобные замечания. Главное призвание женщины родить детей и воспитывать их. Можно еще сплетничать с подругами, заниматься благотворительностью, вышиванием и, в крайнем случае, растить цветочки в оранжерее. А сидеть на совете и спорить с мужчинами нельзя! Смирение, послушание и кротость – вот главные добродетели женщины. Мужчины-то всяко умнее!
Тошно.
Раньше я что-то доказывала окружающим, считала, что, как только Хран поймет меня, он будет относиться лучше. Я старалась заслужить если не любовь, то хотя бы уважение. Правда, привело все это к совершенно противоположным результатам. Муж вдруг осознал, что в чем-то я разбираюсь лучше, чем он.
Если с таким "недостатком" мужчин он готов был смириться, то чтобы женщина, да еще и жена, прилюдно демонстрировала ум – это позор! В первую очередь для самой женщины. Я пыталась переубедить его, но слишком поздно поняла, что человека не переделаешь.
Теперь мне было плевать, что обо мне думает Хран, его тетушка, придворные или кто-либо еще. Я и на совет явилась, только потому, что хотела пораньше уехать из дворца. В моих интересах, чтобы подписание договора состоялось как можно быстрее, а кто именно озвучит поправки – не важно. Если Хранвон при этом будет доволен, еще лучше. Глядишь, отпустит меня в поместье сразу, как я попрошу.
Советники спорили, вносили предложения, но все время что-то не устраивало то одну, то другую сторону. Почти за два часа кое-как смогли согласовать всего три пункта. Аламир тоже был тут, но я старалась лишний раз не смотреть на него. Достаточно того, что он обозначил свой интерес на балу. Эх, хорошо бы и, правда, подремать немного.
– Уважаемые лорды, – голос, усиленный магией, заставил прекратить споры. – Кому именно принадлежит этот вариант договора? Мы же вроде всех советников выслушали.
Один из магов короля Аламира потряс бумагами.
– А что там такое? – лениво спросил Хранвон.
Маг прочистил горло и начал зачитывать мои поправки. Как они к нему попали? Он же сидит далеко, а договор с пометками лежал рядом на столе! Муж тоже обратил внимание, что моих бумаг нет и, судя по взгляду, догадался, кто автор.
Ох, если я сейчас подам голос, то Хран разозлится, ведь жена умнее него оказалась! И потом может не отпустить в поместье, особенно, если поймет, как это важно для меня.
– Это мои поправки, – вдруг сказал супруг, – давайте, я прочту дальше.
– Ваши? – удивился маг.
Хранвон в ответ требовательно протянул руку, бумаги, подчиняясь магии аарца спланировали на стол рядом с моим мужем. Тот с уверенным видом стал зачитывать поправки. Зачем он это сделал? Дальше снова началось обсуждение, а супруг повернулся ко мне и прошептал:
– Не переживай, я тебя выручил. Теперь твои заметки никто яростно осуждать не будет. Понимаю, что ты не хотела опозориться перед советниками и дипломатами Аара, поэтому была в панике.
Серьезно? Опозориться? То есть, по его мнению, разумные замечания написать я не способна? Хотя это можно использовать.
– Спасибо, дорогой! Ты правильно догадался, – поверить не могу, что я это говорю, но мне очень нужно, чтобы Хран был в хорошем настроении, – ты очень чуткий и внимательный. Твоя поддержка много значит для меня.
Супруг просиял. Правда, чуть позже, когда почти все зачитанные им поправки приняли, лишь слегка кое-где изменив формулировку, стал с недоумением коситься на меня. Но я лишь улыбалась, вполне искренне, между прочим, потому что представляла, вместо него побитого, взъерошенного петуха, гордо шагающего по курятнику.
Как ни странно, тактика притвориться дурочкой сработала превосходно. Кто-то из советников похвалил Храна за мудрость и практический подход, я тоже поддержала, и муж расслабился. Слава Создателю!
Закончили перед ужином, обсудив все самое важное. Если дело пойдет так же быстро, то через пять шесть дней я смогу уехать. Надо будет сегодня попросить главного целителя намекнуть королю на то, что беременной жене лучше будет на природе.
Когда мы покидали зал переговоров, в руке Аламира я заметила знакомые страницы. Он знает мой почерк, думаю, без труда понял, что Хранвон к поправкам никакого отношения не имеет. Но как к нему попал мой экземпляр? И как договор во время совета оказался на другом краю стола?
Вдруг вспомнилось, как аарский маг с помощью магии пододвинул бумаги. Что мешало что-то подобное сделать Аламиру? Магией осторожно уронил листы, что лежали передо мной, на пол, под столом подтащил к себе и подкинул другому дипломату, чтобы к себе внимания не привлекать. Но зачем? Неужели верил в то, что с моими поправками дело пойдет быстрее?
Аламир заметил, что я на него смотрю и показал знаками: «Надо встретиться». Ответить ему так же незаметно я не могла, поэтому чуть наклонила голову и на мгновение прикрыла глаза. Надеюсь, он поймет, что это значит: «Да».
Что ж, теперь надо придумать, как незаметно организовать встречу с правителем Аара.
Глава десятая. План побега
Я сидела в кресле и ждала Аламира. Хотелось спать, ведь время было уже за полночь. Опять беседка в оранжерее, ночная прохлада и запах цветов, только в отличие от прошлого раза никакого нетерпения и волнения я не испытывала. Просто устала.
Несложно догадаться, о чем хочет поговорить Аламир. В прошлую нашу встречу правитель поклялся, что если мои сведения подтвердятся, то он поможет с побегом. Значит, мы будем обсуждать план. Признаться откровенно, я не ждала, что Аламир так быстро проверит информацию о покушении, поэтому была не готова к встрече.
Пришлось организовывать все буквально на бегу. Как отвлечь стражников, стоящих возле моей комнаты? Как незаметно передать сообщение или записку о месте и времени встречи? Как не попасться на глаза слугам и придворным? Все эти вопросы пришлось срочно решать.
Кроме этого, обнаружилась еще одна проблема: верные телохранительницы и служанка не захотели отпускать меня одну. Подумав немного, я решила, что это самый подходящий момент, чтобы рассказать правду.
Вообще всю.
Мне бы не
