не прекращу. Тем более у тебя была возможность выкрутиться. Могла хотя бы вспомнить об Орде, сказать, что Къярт — наша последняя надежда и все в этом духе.
— Ты невыносим.
— Да, ты говорила раз эдак десять.
— А касательно Орды…
— Ничего не знаю, момент упущен, прости.
Закрыв ладонью лицо, Кара беззвучно рассмеялась.
Это был один из тех невероятно досаждающих моментов, когда Райза с головой накрывало желание прикоснуться к ней. Хуже всего было то, что это желание было продиктовано куда большим, чем банальным физическим влечением. Почему хуже? Это отвлекало.
Райз всегда старался избегать привязанностей. От них не стоило ждать ничего, кроме лишних хлопот, что и немудрено, учитывая, что единственное место в прошлой жизни, где он мог их заиметь — это стан врага.
Кара врагом не была. Но пока Орда дышала им в спину, Райз предпочитал, чтобы мысли о девушке отвлекали его хотя бы не в самый ответственный момент. Не отказался бы он и от решений, продиктованных холодным умом, а не желанием взять на себя обязанность поправлять непослушную белую прядь. Но пойди он на поводу у этого желания, и с холодным умом можно было распрощаться.
Прежде ему не доводилось пробовать конину, и он сомневался, что захочет попробовать ее снова. Возможно, все дело было в нарушении рецептуры готовки мяса на голых камнях или в отсутствии и щепотки соли. Паладины наверняка взяли специи с собой, только Риэ-рэ не удосужилась захватить, а идти искать ее в скарбе, который стаскивали виторэ, не хотелось. И как только Къярт умудрился потерять весь их запас соли и при этом сберечь стержень и чернила для печатей? Чернила и соль, беспорно, имели разный вес, но сейчас Райз обрадовался бы последней куда больше.
Тогда как он молча роптал, Клыку их неказистая трапеза пришлась по вкусу. Умявший все то, что ему причиталось, он не прекращал слюняво облизываться и посматривать на чужое. Сперва он пытался стащить мясо прямо из рук хозяина, но, схлопотав по морде, обиженно рыкнул и направил все свои старания на Кару. Измотанная, она проявляла к гриву куда больше расположения.
— Тебе нужно поспать, — сказал Райз. — Первое дежурство мое.
— Нет, лучше ложись ты.
— Кара.
— Я сплю больше твоего. И эти сутки выдались для меня намного спокойнее, чем для тебя.
— Я в полном порядке.
— И поэтому порезал руку, пока Клыка кормил.
Надо же, успела заметить, пока исцеляющая печать не заживила рану.
— Просто нож соскользнул.
— Райз, хватит уже. Къярт все равно не видит. Можешь снять эту маску безупречности.
— Никакая это не маска, — Райз широко улыбнулся.
— Вот опять ты даже не стараешься соврать убедительно.
— Ты ведь сама попросила снять маску.
На мгновение показалось, что еще немного, и Кара зарычит или швырнет в него куском мяса, или, на худой конец, в очередной раз повторит, что он невыносим. Но она выбрала совершенно иной путь.
— Мне не нравится этот твой подход, — опустив взгляд, тихо произнесла она. — Еще и меня во все это втянул.
— Ты сама захотела.
— Ничего я не хотела. Я просто сказала, что видела.
— А ведь могла и промолчать. Но не стала.
Вот они и вернулись туда, откуда начали. Глупо было надеяться, что все обойдется парой фраз о том, как нехорошо скрывать что-либо от Къярта. А он, дурак, повелся. И все это от нехватки холодного ума.
— Райз, он не маленький мальчик, его не нужно опекать.
— Я не опекаю.
— Ты серьезно собираешься спорить?
— Нет, не собираюсь.
В который раз его посетила мысль: как для непримиримого борца с некромантами Кара слишком часто вступалась за Къярта.
Озвучивать эту мысль Райз, конечно же, не стал.
— Кара, ты не знаешь, в каком состоянии он был, когда Фелис только вернул нас. Его не готовили и к десятой доли того, во что в итоге макнули с головой. Если он вернется к тому, с чего начал… я не знаю, смогу ли снова ему помочь. Сможет ли кто-либо вообще? Ты хочешь провести этот эксперимент? Я — нет.
— Ему нужен друг, а не курица-наседка. Он со всем справится. Но если ты будешь продолжать в том же духе, однажды ему надоест, что ты не воспринимаешь его всерьез, и он не захочет тебя видеть.
Воздух вокруг Къярта брызнул белесой крошкой. Он не проснулся, нет — всего лишь очередной виток кошмаров.
Райз подхватил энергию духа и отбросил в сторону, едва поморщившись от ломоты в пальцах, вызванной прикосновением к ядовитому серебру.
— Быть может, ты и права. Но если прав я, ущерб будет несравнимо больше. Поэтому я все же поступлю по-своему. А его немилость как-нибудь переживу. Если он, конечно, не решит избавиться от моей печати, — Райз хмыкнул.
— Ну, тебе придется очень постараться, чтобы довести его до этого.
— Я не буду слишком усердствовать.
Кара доела последний кусочек мяса и, сжалившись над Клыком, позволила облизать пальцы. И как только не боится, что тот их отхватит? Без половины пасти это, конечно, будет непросто, но он же грив, в конце концов, а не домашняя собака.
— А теперь ложись спать, — попросил Райз.
— Хорошо, — то, как скоро Кара согласилась, заставило насторожиться. — Я поняла, почему ты так рвешься дежурить первым.
— И почему же?
— Пока Къярт спит, ты бодрствуешь, а когда он проснется, как раз придет время нам с тобой меняться, — Кара расстелила шкуру прямо под горячим боком Клыка. — До самого обеда сможешь бегать от его молчаливого неодобрения.
— Я дежурю сейчас, потому что тебе нужно отдохнуть, а мне — избавлять этого олуха от его же энергии духа, — с любезной улыбкой пояснил Райз.
— Конечно, все именно так, — она часто закивала.
— Спи уже.
Кара спрятала смешок в ладонь и, почесывая бок Клыка, медовым голосом спросила:
— И как только ты терпишь его столько времени, а, пушистый?
Грив, выгнув шею, зарокотал, после чего посмотрел на Райза, демонстративно фыркнул и устроил голову на лапах.
Закатив глаза, Райз щелкнул его по остатку носа.
— 5 -
Къярт проснулся к полудню, с криком задохнувшимся в ладони Райза. Тот не хотел поднимать его раньше, лишая возможности отдохнуть — если проведенное в кошмарах время вообще можно было назвать отдыхом, — но и разбуженная шумом Кара в его планы тоже не входила.
Не помогло.
— Ты его задушить собрался?
— Пока еще нет, — Райз убрал руку от лица пришедшего в себя Къярта и посмотрел на взбирающееся к зениту солнцу. — Можешь отдыхать еще.
— Да, так и сделаю, — Кара села и похлопала ладонью
