—Да, секретность специально оговаривалась… Не знаю, зачем… не знаю. Что-то детское, романтическое: подарить свое тело боссу, да так, чтобы он не знал, от кого этот подарок… хотя бы поначалу. Нелепо — но очень в ее характере. И смотрите — она оказалась права. Старик Йоханн воспринял это очень тяжело.
—Значит, мы все делали правильно. Не потому, что пациента могла шокировать перемена пола, а из-за близких отношений между ним и донором.
—Не только пациента. Доктор, клянусь, не годись я ей в дедушки — в лепешку бы разбился, но женился бы на ней. И Йоханн — то же самое. Поэтому то, что произошло, ударило по нему гораздо сильнее, чем ударило бы просто сообщение о ее смерти.
—А что произошло? Дорожная авария?
—Нет. Ее убил грабитель. Наверное, психопат… теперь уже не узнать, потому что охранники пришибли его на месте. Они же и спасли ее… точнее, ее тело. Мгновенно доставили в больницу — думали, ей еще можно помочь…
—А как же охранники допустили, что какой-то подонок?..
—Девочка хотела сэкономить десять минут. Она была донором, у нее четвертая отрицательная группа…
—Вот оно что! А я никак не мог понять, почему лицо нашей мисс Смит мне так знакомо! Конечно же, я видел ее несколько раз в клинике. Красивая девушка, очень дружелюбная. Одетая в таком… м-м… экзотическом стиле.
—Эротическом, вы хотели сказать. Да, это была Юнис. Она знала, что красива, и не старалась скрыть это. И вела себя так же.
—Жаль, я не познакомился с нею.
—Жаль. Ваша жизнь стала бы богаче… Ее вызвали сдавать кровь, охранников отправили, чтобы встретили ее у двери и проводили до машины. Но она живет… жила… на девятнадцатом уровне, а автомобильный лифт не мог поднять броневик Йоханна. Не дожидаясь охраны, она решила спуститься на пассажирском лифте…
—Бедняжка. Не знала, что десять минут роли не играют — если мы знаем, что донор на пути к нам.
—Знала, не знала… она всегда старалась успеть. Всегда и во всем.
— Все равно жаль… Так сколько, вы сказали, вам лет?
— Я не говорил. Скоро будет семьдесят два.
— Выглядите моложе. Не столько лицо, впрочем, сколько тело.
— Да, лицо подкачало, я знаю.
— Я бы сказал, что оно своеобразное. А организм вполне пятидесятилетний.
— Я пользуюсь гормонами.
— Возможно, зря. Если хотите, можете ехать домой. Или оставайтесь здесь. Если останетесь, я проведу мониторинг вашего сердца. Чисто профессиональный интерес.
«Хочу убедиться, что ты не откинешь копыта, старина, — подумал Хедрик. — Бывает, что сердце не выдерживает куда меньших эмоциональных нагрузок».
— Вы правы, наверное, — сказал Сэлэмэн. — Я устал… Могу я лечь сейчас, а вы дадите мне две пилюли, чтобы я проспал часов двенадцать?
— Без проблем.
Джейк Сэлэмэн принял снотворное и вскоре уснул. Хедрик поужинал и предупредил ночную команду, что прибавился еще один пациент и что при малейшем отклонении показаний монитора пусть его, Хедрика, будят без всякой жалости. Потом он тоже лег и уснул; он никогда не испытывал потребности в тех лекарствах, которые прописывал другим.
А Йоханн Смит, несмотря на вливание снотворных, спал плохо.
—Юнис… — позвал он во сне.
—Я здесь, босс. Спите, спите.
—Да, милая. Я просто хотел узнать, где ты.
—Я здесь. Я никуда не делась.
Йоханн улыбнулся во сне и дальше спал спокойно, без кошмаров.
Глава 9
—Доброе утро, мисс Смит! Как вы себя чувствуете? — с этими словами дневная сестра поставила поднос на столик.
—Хочу есть.
—Это хорошо. Сегодня у нас горячая овсянка, апельсиновый сок и яйцо всмятку — им мы пропитаем маленькие тосты, чтобы легче было глотать. Сейчас я приподниму изголовье…
—Миссис Слоун!
—Да? Позвольте, я подоткну салфетку…
—Перестаньте, наконец, или я скажу, куда и что вам подоткнуть! Развяжите меня. Я могу есть самостоятельно!
Босс, не надо так. Она же просто хочет помочь.
Юнис?!
Конечно, дорогой, — я же обещала, что никогда не уйду от вас. Но…Тихо! Она что-то говорит…
—Мисс Смит, вы же понимаете, я не могу без разрешения. Пожалуйста, дорогая. Это так вкусно…
—Да-да-да, я понимаю, вы не имеете права без доктора Хедрика и все такое. Извините, я сорвалась…
Неплохо, босс!
—Но не старайтесь накормить меня, прошу вас. Лучше найдите доктора Хедрика и объясните ему, что у меня новый закидон. А если он не пойдет мне навстречу, то пусть вызывает мистера Сэлэмэна, потому что я отказываюсь принимать пищу из чужих рук.
Так лучше, Юнис?
Сойдет. Процентов десять успеха.
У меня нет практического опыта — быть леди.
Я научу, не беспокойтесь.
Юнис, ты правда здесь? Или я рехнулся, как они и предполагали?
Это мы обсудим потом. Сейчас будет разговор с доктором — не вздумайте упоминать обо мне… сами знаете, что они подумают. И тогда уж вам точно рук не развяжут.
Что же я, чокнутый — говорить врачам такое?!
Вопрос несуществен, неправомочен и не по существу дела — так, кажется, выражается наш друг Джейк? Главное, не проболтайтесь Хедрику, что я здесь… а то они наверняка решат, что вы спятили. Так что я помолчу…
Не исчезай!
Я не исчезаю. Я просто помолчу. Будем разговаривать, когда рядом никого нет. Если начнете делать ошибки — я поправлю.
Будешь пилить меня, да?
Йоханн услышал ее негромкий смех.
А что я делала все время? Т-с-с, сюда идут копы!
Сопровождаемый доктором Гарсиа, вошел доктор Хедрик.
—Доброе утро, мисс Смит.
—Доброе утро, джентльмены.
—Сестра сказала, что вы хотите попробовать есть самостоятельно.
—Совершенно верно. И не только это. Я хочу, чтобы меня освободили совсем от этой сбруи!
—То, что вы хотите есть сами, — хорошая идея. Надо попробовать. Что касается остального… тут надо подумать.
—Доктор, но ведь маскарад окончен. Короче, если вы не освободите меня, я объявляю голодовку. Позовите моего юриста.
—К счастью, мистер Сэлэмэн в доме…
—Пусть придет!
—Подождите минутку, пожалуйста… — доктор Хедрик бросил взгляд на Гарсиа, который склонился над монитором; Гарсиа кивнул. — Согласимся на компромисс?
—Смотря что…
Босс, заткнитесь!
—Хорошо, доктор. Я слушаю.
—Мистер Сэлэмэн — пожилой человек, вчера у него был тяжелый день, он только что встал и еще не завтракал. Как вы смотрите на то, чтобы позавтракать вчетвером? Но полностью отсоединять вас от всяких трубок мы пока не будем, слишком сложная система… Отложим пока — и посоветуемся за завтраком с вашим опе… юристом. Как он скажет, так и будет. Если он решит, допустим, заменить меня…
