— Я никогда не плавал голый в Темзе, но я знаю, что мне это не понравится.
— Но подумай, насколько бы это было интересно для туристов, — сказала Тесса, она увидела, что Джем наклонил голову, чтобы скрыть быстро проскочившую улыбку. — В любом случае, это не имеет значение. Я хочу поехать и я поеду. Когда мы выезжаем?
Уилл закатил глаза, но Джем по-прежнему ухмылялся.
— Завтра утром. Таким образом, мы приедем еще задолго темноты.
— Я должна отправить письмо Алоизиусу сообщение, чтобы он ожидал вас, — сказала Шарлотта, поднимая ручку. Она помедлила и посмотрела на них всех. — Это ужасная идея? Я… я чувствую себя так, как будто я не могу быть уверенной.
Тесса посмотрела на нее встревоженно — видеть Шарлотту такой, сомневающуюся в своих собственных инстинктах, заставили ее еще больше ненавидеть Бенедикта Лайтвуда и его когорту даже больше, чем прежде. Генри подошел и нежно положил руку на плечо своей жены.
— Единственная альтернатива, кажется, не делать ничего, дорогая Шарлотта, — сказал он. — А ничего неделанием, я думаю, редко добиваются хотя бы чего-нибудь. Кроме того, что может пойти неправильно?
— О, ради Бога, я не хочу, чтобы ты спрашивал об этом, — с пылом ответила Шарлотта, но она наклонилась над бумагой и начала писать.
В этот день была вторая тренировка Тессы и Софи с Лайтвудами. Переодевшись в тренировочную форму, Тесса покинула свою комнату, чтобы найти Софи, ждущую ее в коридоре. Она так же была одета для тренировок, ее волосы были профессионально собраны сзади узлом, а выражение ее лица было мрачным.
— Софи, что с тобой? — спросила Тесса, идя в ногу рядом с ней. — На тебе лица нет.
— Ну, если ты хочешь знать… — Софи понизила голос. — Это Бриджет.
— Бриджет? — Ирландская девушка была почти невидимой на кухне, с тех пор, как она прибыла, в отличие от Сирила, который был то здесь, то там, выполняя поручения, как и Софи. Последним воспоминанием о Бриджет было то, как она сидела на Габриэле Лайтвуде с ножом. Она позволила себе остановиться на этом приятном моменте. — Что она сделала?
— Она просто… — Софи выпустила порывистый вздох. — Она не очень любезна. Агата была моим другом, но Бриджет… ну, у нас есть привычка общаться между собой, слугами, вы знаете, обычно, но Бриджет просто не разговаривает. Сирил достаточно дружелюбен, но Бриджет просто сидит на кухне и поет эти ужасные ирландские баллады. Я держу пари, она поет одну из них сейчас.
Они отошли не так далеко от двери буфетной; Софи жестом показала Тессе следовать за ней и они вместе вплотную подобрались к двери и заглянули внутрь. Буфетная была довольно большой с дверьми, ведущими на кухню и кладовую. Буфет был заставлен едой, предназначенной для обеда — рыба и овощи, которые позже будут очищены и приготовлены. Бриджет стояла у раковины, ее волосы топорщились вокруг ее головы дикими рыжими кудрями, которые стали вьющимися из-за влажности. А так же она пела; Софи была полностью права на этот счет. Ее голос, дрейфующий над звуками воды, был высоким и сладким:
О, ее отец повел ее вниз по лестнице,
Ее мать расчесала ее желтые волосы.
Ее сестра Энн отвела ее на перекресток,
А ее брат Джон посадил ее на лошадь.
Теперь ты высоко, а я низко,
Поцелуй меня прежде, чем ты уйдешь.
Она наклонилась, чтобы поцеловать его,
Он не поцеловал ее, а нанес глубокую рану.
И ножом таким же острым, как стрела,
Ее брал ударил ее в сердце.
Лицо Нейта промелькнуло перед глазами Тессы, и она задрожала. Софи, смотревшая мимо нее, кажется, не заметила.
— Это все, о чем она поет, — прошептала она. — Убийство и предательство. Кровь и боль. Это ужасно.
К счастью, голос Софи перекрыл конец песни. Бриджет начала вытирать тарелки и затянула новую балладу с мелодией еще более грустной, чем первая:
Почему с твоего меча так капает кровь,
Эдвард, Эдвард?
Почему с твоего меча так капает кровь,
И почему ты такой грустный?
— Хватит этого. — Софи повернулась и заторопилась в холл; Тесса последовала за ней. — Ты поняла, что я имею в виду? Она такая страшно болезненная, и это ужасно, жить в одной комнате с ней. Она никогда не говорит ни слова ни утром, ни ночью, а только издает стоны…
— Ты живешь с ней в одной комнате? — Тесса была поражена. — Но в Институте так много комнат…
— Для визитов Сумеречных охотников, — сказала Софи. — А не для слуг.
Она говорила как ни в чем не бывало, как будто ей никогда не приходило в голову подвергнуть сомнению или пожаловаться, что дюжина больших комнат стоят пустые, в то время, пока она живет в одной комнате с Бриджет, певицей кровавых баллад.
— Я могла бы поговорить с Шарлоттой… — начала Тесса.
— О, нет. Пожалуйста, не надо. — Они подошли к двери в комнату для тренировок. Софи повернулась к ней совсем несчастная. — Я не хотела бы, чтобы она подумала, что я жалуюсь на других слуг. Я, действительно, не хотела бы, мисс Тесса.
Тесса только что уверила девушку, что она не скажет ничего Шарлотте, если это то, чего Софи действительно хочет, когда она услышала голоса, разговаривающие на повышенных тонах, с другой стороны двери тренировочной комнаты. Показав жестом Софи замолчать, она наклонилась и прислушалась. Голоса явно принадлежали братьям Лайтвудам. Она узнала более низкий и грубый голос Гидеона, когда она сказал:
— Это будет час расплаты, Габриэль. Ты можешь быть уверенным в этом. Что будет иметь значение так, это то, где мы будем находиться, когда это произойдет.
Габриэль ответил напряженным голосом:
— Мы будем находиться рядом с отцом, конечно же. Где еще?
Возникла пауза. Затем:
— Ты не знаешь ничего о нем, Габриэль. Ты не знаешь всего, что он сделал.
— Я знаю, что мы Лайтвуды и что он наш отец. Я знаю, что он был полон ожиданий быть назначенным главой Института, когда Грэнвиль Фэирчайлд умер…
— Может быть, Консул знает о нем больше, чем знаешь ты. И больше о Шарлотте Бранвелл. Она не так глупа, как ты думаешь.
— Правда? — голос Габриэля был насмешливым. — Позволить нам приехать сюда, чтобы обучить ее драгоценных девушек, разве это не делает ее глупой? Разве она не должна была предположить, что мы будем шпионить в пользу отца?
Софи и Тесса посмотрели друг на друга круглыми глазами.
— Она согласилась на это, потому что Консул заставил ее. И, кроме того, нас встречают возле двери, сопровождают в эту комнату и обратно. И мисс Коллинс и мисс Грей не знают ничего важного. Какой ущерб наше присутствие здесь ей наносит, что ты скажешь?
