Что бы ни произошло в той комнате, довольным он явно не выглядел.
В груди его разгоралась злоба, источник которой Фрост сам не мог проследить. Они с Сином не раз делили женщин. Как только Фроста утомила бы эта застенчивая скромница, он с радостью передал бы ее другу.
Что-то с Сином было не так.
Если леди Джулиана каким-то образом околдовала его, то Фрост намеревался приложить все усилия, чтобы разрушить эти чары.
Еще ни одной женщине не удавалось их рассорить. И Фрост готов был пойти на все, чтобы леди Джулиана не стала первой.
Глава 8
— Думаешь, пойдет дождь?
Джулиана взглянула на Корделию, сидевшую возле матери на одеяле, с книгой на коленях, и перевела взгляд на небо, затянутое тучами.
— Скорее всего, — сказала она, швыряя хлебные крошки жадным чайкам, которые с чарующей ловкостью ловили их, паря у кромки воды. — В воздухе пахнет грозой.
Она взяла большую краюху хлеба и рассмеялась, когда нахальная птица выхватила ее из рук.
— Дождь начнется не ранее, чем через несколько часов, можно не спешить, — сказала маркиза, отвечая на немой вопрос, не пора ли собираться и возвращаться домой.
Когда леди Данкомб за завтраком объявила, что они устроят пикник на берегу Темзы, дочки согласились с большой неохотой. Поздно заканчивающиеся балы порядком их утомили, и им хотелось в кои-то веки провести вечер дома. Однако переубедить маркизу было тяжело — и вот, захватив миссис Мэддок и леди Харпер, они отправились на живописную поляну близ Ричмонд-бридж.
День выдался погожий и тихий; Джулиана невольно вспомнила деревенскую идиллию, которой наслаждалась прежде.
— Не хочешь с нами поиграть? — крикнула ей Лусилла, гонясь за небольшим плетеным обручем.
— Да, присоединяйся! — тяжело дыша, поддержала ее леди Харпер. — Если, конечно, не собираешься скормить всю нашу снедь птицам.
Сестра Джулианы исхитрилась уговорить тридцатилетнюю леди Харпер сыграть в энергичную игру под названием серсо. Взяв в каждую руку по палке, участницы должны были подбрасывать семидюймовый обруч в воздух, чтобы другие ловили их также на палки. В случае с Лусиллой и леди Харпер это была забава безнадежная ввиду, увы, их неуклюжести.
Джулиана стряхнула с пальцев крошки.
— Когда мы последний раз играли в серсо с Лусиллой, она попыталась проткнуть меня этой палкой.
Признание, похоже, ошеломило леди Харпер:
— Господи Боже!
Корделия поднесла книжку к губам, чтобы никто не услышал ее смеха.
Лусилла гневно взмахнула своей палкой в сторону Джулианы.
— Какая наглая ложь! Я тебя только чуточку задела.
Джулиана прижала руку к груди:
— Ты стукнула меня прямо в сердце, сестричка. Если бы не корсет, я бы уже давно покоилась в могиле.
— Какая была бы трагедия! — небрежно обронил лорд Синклер, приближаясь к дамам. — Пожалуй, стоит внести ваш непроницаемый корсет в список вещей, о сохранности которых я молюсь по ночам.
Джулиане удавалось избегать его целых три дня. Как же он ее нашел? Более того, явился в тот самый момент, когда она обсуждала свое нижнее белье!
Она сердито зыркнула на мать.
— Знаешь, а я ведь не верю в такие совпадения.
А та даже не соизволила посмотреть ей в глаза.
Маркиз был в костюме для верховой езды, но, судя по идеальному состоянию одежды, сюда он прибыл не на лошади, а в дилижансе. Темно-коричневый пиджак и рубашка даже не запылились, а на шейном платке еще держались хрустящие складки, наглаженные слугой. Взгляд ее сместился чуть ниже, к ногам, туго обтянутым кожаными бриджами и высокими черными ботинками. Джулиана почувствовала, что не она одна любуется мускулистыми ногами Сина.
— Добрый вечер, леди Данкомб, — сказал он, протягивая маркизе руку, чтобы той удобней было встать для приветствия. — Добрый вечер, дамы.
Джулиана коснулась лба ладонью.
— Маман, признайся, что это ты пригласила лорда Синклера.
Корделия стала у матери за спиной.
— Маман, если ты намеревалась звать джентльменов, то почему не отправила записку лорду Фискену?
— И мистеру Степкинсу! — добавила Лусилла.
— Большинство женщин радуется гостям мужского пола, — пробормотал Син на ухо маркизе. — Если вы надеетесь подыскать Джулиане супруга в этом сезоне, работы еще непочатый край.
Джулиана, вскинувшись, посмотрела на него, словно желая прожечь насквозь:
— Я, вообще-то, вас слышу!
— Ох, знали бы вы, лорд Синклер, как я устала, — посетовала маркиза. — Умная девушка — это сущее наказание. — Она покачала головой, будто бы младшая дочь и впрямь ее разочаровала. — Почему ты не можешь быть такой же, как твои сестры?
Корделия и Лусилла скривились, заслышав материнские слова.
— Маман! — в унисон воскликнули они.
На щеку Джулиане упала прохладная дождевая капля. Запрокинув лицо к небесам, она развела руки, точно открыла объятия, ловя все новые и новые капли: ладонями, плечами, лицом.
Ее изрядно позабавило внезапное вмешательство судьбы.
— Похоже, милорд, сама матушка-природа внесла коррективы в ваши планы. Быть может, как-нибудь в другой раз, — с надменной ухмылкой сказала Джулиана, опускаясь на колени, чтобы сложить одеяло.
Ласковая морось вдруг обратилась ливнем; Лусилла и леди Харпер завизжали. Наспех собрав корзинки и зонты, они стремглав кинулись к карете. Корделия отстала на пару ярдов, прикрывая голову книгой в напрасной надежде уберечь шляпку.
Син забрал у Джулианы свернутое одеяло.
— С вашего позволения, леди Данкомб, я хотел бы проводить вашу дочь до дома.
— В этом нет необходимости… — но договорить Джулиана не успела.
Мать приняла одеяло и, закусив губу, стала размышлять, не чересчур ли дерзка просьба джентльмена, учитывая его интерес к Джулиане. Если маркиза в чем-то и сомневалась, то озвучивать свои сомнения не стала. Вероятно, возможная награда стоила риска.
— Не вижу причины отказывать вам, милорд. При условии, что вы проявите расторопность.
Поцеловав дочь в щеку, она засеменила по травянистому холму вслед за остальными.
Взяв Джулиану за руку, Син стал уводить ее от семейства, направляясь к своему транспортному средству. Крова искали не только они, но и множество других отдыхающих. Замешкавшись, Джулиана внезапно поскользнулась и чуть не рухнула в слякоть, но маркиз успел подхватить ее, прежде чем она успела даже вскрикнуть.
— Какая же вы неловкая! — поддел он ее, практически на руках поднося к дилижансу.
Джулиана притворно возмутилась.
— Между прочим, знайте: при сухой погоде я весьма грациозна!
