Император падает, но смертельный лёт в тот же миг обрывается, незримая петля подхватывает правителя Мельина под мышки, сильный рывок — и он зависает над обширным подземельем. Над головой сходятся земные пласты, однако заклятье Сежес ещё работает, медленно опуская Императора вниз.
Да, мельницы. Да, нескончаемые вереницы низких чернокожих карликов, угрюмо скачущих вприпрыжку по кругу, вращая исполинские зубчатые колёса. Подле жерновов валяются смятые в лепешку шлемы и латы, щиты разбиты в щепки, честные гладиусы изломало и скрутило винтом.
Угрюмый и мрачный полусвет. Скрежещущие машины молотят шестернями, грохочут несмазанными передачами, крутятся «червяки», шлёпают ремни, перекинутые через шкивы; на первый взгляд ничего особенного, просто мастерская или большая мельница.
Вот только мелют здесь отнюдь не зерно.
Император ступил на пол подземелья. Негромко шлёпнула о камни сорвавшаяся капля крови; чёрные карлики-импы задёргались, зашипели, крутя безобразно-шишковатыми башками. Круглые жёлтые глаза сперва уставились на правителя Мельина, но затем, словно не найдя его занимательным, импы воззрились туда, где холодной плиты коснулась малая частица живительной влаги из человеческих жил.
Пяльтесь, пяльтесь, — зло подумал Император. Лодыжку каждого карлика охватывало массивное железное кольцо, от него тянулась цепь, скользившая по общей связке. Импов намертво приковали к мельницам.
В треске, скрежете и шлепанье шаги правителя Мельина почти не слышны. Он идёт наугад по широкому проходу, как ему кажется — к стержню, к оси, нанизавшей на себя все каверны под башней Нерга. Император не сомневается — его присутствие замечено. Хозяева не замедлят устроить тёплую встречу.
Может, стоит их слегка поторопить?
Император выдернул меч, примерился. Оси, конечно, толстые, но выкованный гномами клинок способен разрубить и не такое.
Взмах. Облако искр, пронзительный крик рассеченного железа, скрежет рвущего металла и ломающихся зубьев. Чёрные импы, вереща, брызнули кто куда, насколько позволяли цепи: огромное колесо, словно сбившееся с пути закатное солнце, обрушилось вниз, круша и ломая тяги, шкивы вкупе со прочей механикой.
— Что, и это вас не расшевелит? — Император замахнулся вторично.
— Нет нужды портить наше имущество, — ядовито проговорил змеиный голос сзади.
Ну, конечно. Всебесцветные, как оказалось, обожают дешевые театральные эффекты. Не так-то вы «погружены в познание», нергианцы.
Облачённая в просторную накидку-пелерину фигура парит над полом, руки скрещены на груди, капюшон, естественно, низко опущен.
— У вас, как я вижу, не принято показывать лиц. — Император сделал шаг, даже не потрудившись опустить клинок.
— Что нам ваши человеческие обряды? — сварливо отозвалась парящая фигура. — Я знал, что ты придёшь, правитель Мельина. Нерг хочет предложить тебе сделку. Очень выгодную, должен заметить.
— Всегда готов выслушать разумное предложение. — Император не остановился.
— Только не стоит тыкать в меня всякими острыми железками. Предупреждаю сразу — это бесполезно.
— Зачем же тогда предупреждать?
— Исключительно с целью сохранения твоего душевного равновесия, правитель людей Мельина, — ехидно заметила фигура.
— Ближе к делу, если возможно. — Слова Императора звенели льдом. — Там гибнут мои легионеры. Я хотел бы свести потери к возможно наименьшим.
— Всё очень просто. И уже излагалось тебе. Нерг закрывает Разлом и покидает Мельин. Империя остается один на один с козлоногими, но тут уж твои легионы должны справиться.
— Прекрасное, щедрое предложение, — усмехнулся Император. — Я б даже не торговался, если бы не ваша репутация, всебесцветный. Если б не ваш обман с обещанной помощью. Не спрашиваю, зачем вам это понадобилось, но…
— А я отвечу! Возьму, да и отвечу! — запальчиво бросил нергианец. — Нам требовались человеческие жизни. Чем больше, тем лучше. То, что ты видишь здесь, — фигура небрежно повела рукавом, Императору он показался пустым, — не единственный наш способ обретать и направлять силу.
— Ничего удивительного. Вы точно такие же, как безумные аколиты Бесформенного, — пожал плечами Император. — Вся ваша магия-шмагия — человеческие жертвы. Сила крови. Ну, смотри, у меня она течёт. Подходи и бери.
— Именно это мы и собирались сделать, — последовал ответ. — Но, по здравому размышлению, проделав соответствующие расчёты, решили предложить тебе следующее: ты добровольно приносишь себя в жертву…
Правитель Мельина коротко и зло рассмеялся:
— Придумай что-нибудь позабавнее, нергианец. На роль шута ты годишься не очень.
— Ещё нам нужны жизни Сежес и твоей Дану, — невозмутимо продолжал всебесцветный. — Тогда мы закроем Разлом. Высвободив ту силу, что ты и чародейка вынесли из пирамиды, и добавив память Деревянного Меча.
— Ага, — кивнул Император. — Прекрасный план. Вот только одна беда — я на слово Нерга больше не полагаюсь. Ты знаешь, бесцветный, я с радостью пожертвую собой ради Мельина, но только зная, что жертва моя не останется напрасной. Поэтому сперва вы закрываете Разлом — а потом я ваш. Как тебе такое предложение?
— Не пойдёт, — проскрипел нергианец. — Без жизненной эссенции вас троих мы ничего не сможем.
— Тогда сделки не будет. Тем более что ваш посланник уверял меня, будто бы Нерг не цепляется за физическое существование и в любой момент готов покинуть Мельин.
— Это так, — кивнула фигура. — Но ничего иного мы предложить не можем.
— И ты рассчитывал, что я соглашусь на столь нелепое предложение?
— Нет, — вдруг хихикнула фигура. — Я рассчитывал, что ты слишком поздно заметишь мою западню.
Чёрные импы кинулись со всех сторон, сверху кто-то набросил сеть. Верёвки затрещали под взмахом клинка, лезвие запело, рассекая чёрные тела; карлики падали, мокро шлёпаясь об пол; однако петли летели со всех сторон, не прошло и мига, как Император оказался спутан по рукам и ногам.
На полу остались шестеро зарубленных карликов.
Только б не усомнились… Наверное, следовало убить побольше.
— И всего-то? — неприкрыто удивился нергианец. — Лёгкая победа, Император людей. Теперь дело за малым. Осторожно устранить нарушающий баланс артефакт…
— Что ж, устраняй. — Правитель Мельина пожал плечами, насколько позволяли путы.
Нергианец сделал было знак чёрным импам, Императора подхватили, однако последние слова человека отчего-то заставили аколита насторожиться.
— Не пойму, — с оттенком любопытства проговорил адепт, — ты просто глуп и не понимаешь, что тебя ждёт? Ваша раса не способна преодолеть страх смерти. Вы лишь заглушаете его на краткое время, перед тем как совершить самоубийство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
