До Омка оставалось две ночевки. Аскар расщедрился на длительную стоянку на берегу — весь день отряд не удалялся от реки, и сейчас выехал к тихой широкой заводи. Завтра, когда выберутся на Купеческую дорогу, станет многолюдно, и так спокойно уже не устроишься. Аскар предпочитал держаться в стороне от главного пути, и только из-за этого они двигались в два раза быстрее торговых караванов, не тратя время на положенные приветствия купцам, не заходя с ними в города и не встречаясь с сэтами.
Было приказано готовиться к приходу в Омк. Стирали дорожную одежду, подправляли кузова телег, купали лошадей.
Ребят Аскар погнал, было, на тренировку, выделив для этого полосу рыхлого песка, в котором вязли даже легкие мальчишки. Аля только вздохнула. Сима продолжала учить ее простейшим приемам самообороны, сотник поддержал это начинание, и тренироваться девочке приходилось не меньше, чем остальным.
Со стороны стоянки подошел Рик. Влад сжал кулаки:
— Аскар, я не буду с ним заниматься. Можете хоть плетью грозить.
Сотник нахмурился, но не успел возразить, как мальчишка уже пошел в сторону повозок. Проходя мимо Рика, бросил:
— Ненавижу тебя! Ты лучше ко мне не приближайся, понял?
Княжич глянул из-под упавших на лицо черных волос, свел брови. Влад проскользнул мимо телег, с досадой оттолкнув сунувшуюся к нему мордой смирную лошадку. Рик посмотрел на остальных:
— Вы тоже отказываетесь тренироваться рядом со мной? — голос был усталый, и княжич скорее не спрашивал — утверждал.
Славка качнул головой, и у Рика дернулся уголок губ.
— Если вы просто не хотите скандала…
Сима перебила:
— Мы заниматься будем, или отношения выяснять? Тэм Аскар!
…После тренировки ребята нашли Влада на берегу. На пару с Тимсом они драили песком закопченный котел. Влад неприязненно покосился на них через плечо и буркнул:
— Чего пришли?
Аля молча отошла выше по течению и ополоснула разгоряченное лицо. Сима села рядом, с наслаждением опустив в воду узкие ладони. Тимс торопливо подхватил котел и пошел в сторону стоянки. Можно было еще почистить, но парнишка решил, что он тут лишний.
Влад вытер руки о штаны:
— Ну? Только я все равно Кира ненавижу!
— Но мы же не знаем, когда Костя погиб. Может, мы и так бы не успели, — нерешительно сказал Алешка, присаживаясь на берег.
— Слушай, ты… Как ты можешь так вот говорить — Костя погиб?!! Костя, понимаешь!! Ты его вообще — помнишь?! Или тебе плевать?! Плевать, я знаю! Тебе даже на Славку плевать, хоть ты и друга из себя корчишь.
То, что другие не переживают смерть Кости так же сильно, заставляло Влада самому причинять им боль:
— Думаешь, я не видел? Славке там дрид кошмары насылал, а ты с Алькой лизался. Конечно, когда еще получится вдвоем остаться? Только когда друга на допросе мордовать будут!
У Алешки перехватило дыхание, он сглотнул.
— Что, сладко было? Такой экстрим у вас получился! — добивал Влад.
Алька не выдержала:
— А тебе было бы приятнее, если бы Алешка там спятил? — она вскочила, шагнула вперед, в запале оступившись в воду по щиколотку.
— Что, Алечка, нашла себе оправдание? А когда у горных на камушке валялась, тоже, типа, чтобы с ума не сошел? Да ты у нас вообще сексуальная штучка, как я погляжу! Может, меня тоже успокаивать будешь? Вон удобные кустики, я могу тебе даже травки под спинку натаскать.
Алешка бросился к скалившемуся в усмешке Владу. Они готовы были вцепиться друг в друга, как звереныши, но Славка перехватил Алексея, а Сима встала между мальчишками.
Аля, высоко вскинув голову, прошла в метре от Влада, специально обходя по воде. Выбравшись на берег, не выдержала, побежала. Ветки ивы колыхнулись, смыкаясь за ее спиной. Алешка вырвал запястья из Славкиных рук, оглянулся на друга: то ли остаться, объяснить все, то ли бежать за Алей.
Славка вытолкнул из себя, тут же пожалев об этом:
— Да иди ты за ней!
Обилие караванов на Купеческой дороге ближе к Омку позволяло обойтись только краткими приветствиями, и отряд наследника Семиречья не сбавлял скорости. Только оставили позади обозы купцов из Мариина, а на горизонте уже виднелась пыль, поднимаемая другими телегами. Вдоль дороги иногда проносились небольшие отряды бэров. В этих местах несколько лет не слышали о разбойниках, но князь Сантин предпочел уважить торговых людей и важных гостей, да и подстраховаться на случай неожиданностей. Благо, путь шел по нераспаханным полям, и отряды стражников легко объезжали запруженную дорогу.
К Омку ребята подъезжали в тоскливом настроении. Вроде и цель близка, а радости нет. Скорее, какая-то усталость и желание, чтобы все побыстрее закончилось.
Талем и Славка ехали чуть в стороне от дороги.
— Влад и сам не понимает, что наделал, — говорил ведун. — Я же после всего, что случилось в замке, Алешу заговорил. Нет, не то, что ты думаешь. «Припорошить» воспоминания без согласия не получится, но вот отвлечь, подкинуть другие мысли — это может сделать и не ведун. Пусть не сразу найдет нужные слова, но сможет. А Влад снова вернул Алешу к пережитому страху, к твоей боли. Да и чувство вины добавил. А за что винить? Аля мудро тогда поступила. Не отвлеки его — неизвестно, чем бы все кончилось. Надеюсь, ревность твоя не сильнее разума, и ты это понимаешь?
Славка отвел глаза. Понимать-то он понимал, но как обидно! Он там с ума сходил, глядя как Алешку — пусть не настоящего! — пытают, а друг с Алькой в этот момент целовался.
— А раз понимаешь, то и обида пройдет. Пусть не сразу, но пройдет.
— Может, вы его снова заговорите? И Влада заодно.
— И тебя, — еле заметно вздохнул Талем.
— А что меня? Я в порядке. Если не вспоминать ничего, то все нормально. Так вы поможете?
— Нет.
Славка даже придержал коня от неожиданности:
— Почему?
— Ты знаешь, что Кир сейчас мечется, не знает, как и кем ему быть?
Славка с досадой поморщился: ну, при чем тут Рик!
— Он умеет принимать решения, но не умеет отвечать за них. Вспомни, как Кир побоялся прийти к вам и все рассказать, и как сейчас избегает Влада. Я был с княжичем почти с его рождения. Заговаривал ему боль, успокаивал после детских обид — даже самых маленьких. И, как видно, ошибся. Кир разучился принимать цену поступков. Я готов помогать и ему, и вам советом, лечить души, когда не хватит сил справиться самим — но не оберегать от всего. Мое решение может показаться жестоким и неуместным сейчас, но отложить его исполнение я не могу. Неизвестно, что будет завтра, и буду ли я с вами. Отин недоволен: я встал на сторону его сына и не помог внушить княжичу мысли, более подобающие наследнику. А недовольный князь — это неуверенность в собственном будущем. Поехали, а то совсем отстанем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
