есть защита от Теней. И вообще, мы в тупике. В открытую бросать такие обвинения, даже имея на руках все доказательства — безумие. Верный способ ввергнуть страну в хаос и, возможно, в гражданскую войну, особенно если окажется, что замешан не только Преподобный, но и вся остальная верхушка. И вообще, откуда нам знать, что Император не в курсе и не заодно с ними? Откуда у него такое хорошее отношение к Церкви? Уж не расплачивается ли он с ними таким образом за трон?
Кристина прикинула в голове получающуюся картину и пришла к выводу, что день, когда они придут к Императору с такими обвинениями, при таком раскладе, станет последним днём Ордена.
— Ну, можно сделать вид, что ничего не было. Похищение выполнено чисто.
— Рано или поздно всё равно есть риск, что они узнают, кто за ним стоял. Не стоит недооценивать шпионов Церкви. И тогда нам конец.
— Прирезать этого франта и определить тело в какую-либо канаву? Сделаем всё так, словно он стал жертвой грабителей?
— Следы кандалов. Даже если ты его вылечишь, то остаточный след магии найдут. Грабители не заковывают свои жертвы и тем более не лечат магией. Это укажет на плен, а где плен, там и допросы. И угадай, кто станет первым подозреваемым? Кто больше всех копает против культа? Теперь сама начинаешь понимать, насколько твоя инициатива вылезет нам боком? Я потому и не давал разрешения на подобные действия. Культ явно был детищем кого-то из сильных нашего мира, а всерьёз тягаться что с высшими дворянскими родами, что с Церковью мы были не готовы. Но ты, как всегда, решила сама всё организовать, и потом уже поставила меня перед фактом. Победителей не судят, ведь так? Вот только это такая победа, которая хуже любого поражения. Ладно, что сделано, то сделано. Иди, я пока должен спокойно обдумать все варианты.
— А может, договориться? Граф и сам понимает — он труп, если Церковь узнает о том, что он побывал у нас в руках. Пусть скажет всем, мол, ушёл в загул.
— Следы кандалов?
— Ну, мало ли какие у высшего света фантазии в постели бывают…
— Ну, вариант конечно так себе, но уже не совсем пустышка. Проработай его, создай полную легенду. Где, когда, с кем. Так, чтобы комар носа не подточил. Хотя предвижу проблемы. Придётся найти ему компаньонку, кто так же эту ночь исчезал с глаз и провёл её в полном одиночестве, и убедить придерживаться той же легенды. Ладно, работай. Может что и выйдет. Но пока только проработка легенды! Никаких действий, а то знаю я тебя…
— Слушаюсь, мессир.
***
Его святейшество преподобный Лин также пребывал в крайне скверном расположении духа. Во-первых, провалилась вся его затея с дискредитацией магов, во-вторых, не удалось дотянуться до одной из детей ночи, а ведь это было важной частью плана по раздуванию конфликта с ними. Зачем нужен конфликт? Затем, чтобы окончательно решить вопрос с этими порождениями мрака, спровоцировать их на бунт и истребить всех до последнего, само собой, руками легионов. Ну и, само собой, прибрать к рукам их знания и богатства. Притом, как планировал святой отец, истреблять и погибать в войне будут имперские солдаты, а тихонько подбирать оставшиеся книги и золото должны священники, под предлогом, что всё это проклято тьмой и нуждается в очищении светом и молитвой. Не вышло. И в обоих случаях виновата одна и та же тварь, которую сжечь мало. И насчёт сжечь. Ещё и тёмного мага пришлось отдать молодому Императору на потеху. Лин со злости дёрнул себя за ухо и зашипел от боли. Хотя там вроде денег можно получить будет. Ну и о том, чтоб маг не выжил, он, само собой, тоже позаботился, послав следом лучшего наёмника. Правда, по подсчётам теперь выходило, что наёмник стоил больше, чем он заработает на предложенном Его Величеством проценте. Так что понять, в чём в итоге выгода, пока не выходило, как он не пытался разложить получившееся цифры по таблицам, как не раскладывай, всё равно минус, чего в понимании Лина просто быть не могло. Он же считал, что выйдет плюс, так как так? Ну, утешает только то, что проклятый маг, так разочаровавший его, наконец умрёт. И больше не будет напоминать своим существованием о таком крупном провале. Да, именно так, деньги — не главное, главное — политическая выгода для Церкви и для него лично.
Мысли первосвященника прервал робкий стук в дверь.
— Войдите.
Секретарь Рон Астарок бочком проскользнул в приоткрывшуюся дверь и низко поклонился.
— Ваше Святейшество, у нас проблемы.
— Проблемы — это плохо, — многозначительно изрёк Лин, взял со стола трубку и принялся её раскуривать, — какие проблемы? Я, знаешь ли, никаких проблем не планировал.
— Исчез граф Крисиери. Вчера ночью. Он был на приёме у графини Огирани вместе с Триндором Аранфатом. И не вернулся оттуда.
— Загулял, скорее всего, первый раз, что ли?
— В ту же ночь наш человек в Ордене видел, как в резиденцию приехала закрытая карета. И человека оттуда сразу отправили в подвалы. Наши люди навели справки, карета приехала в город в ту же ночь. Стража её пропустила, не проверяя, кучер сказал, мол, там внутри развлекается его господин с подружкой и очень просит их не отвлекать. Ну и звуки изнутри были характерные. Поэтому стражники согласились пропустить за золотой импереал. Я не думаю, что это всё несвязанные между собой случайности.
— Случайности неслучайны, — первосвященник выпустил клуб дыма к потолку и задумался, — вы искали графа?
— Я отправил людей по всем привычным ему местам, мы проверили все кабаки, бордели и игорные притоны. Его нигде нет, и никто его не видел с прошлой ночи. Поэтому я предполагаю худшее.
— Твой человек видел, кто спустился в подвал после того, как туда отправили этого неизвестного?
— Кристина Аман.
Хрусть. Трубка сломалась на две половины. Пару минут Лин непонимающе разглядывал обломки, затем отложил их в сторону и, взяв лист тонкой восточной бумаги, нарисовал на нём пером какую-то непонятную закорючку, перечеркнул, нарисовал заново, пару раз обвёл, снова зачеркнул и, наконец, написал вверху листа “План действий”. Ещё немного подумал и ниже громадными буквами вывел — УБИТЬ СУКУ.
— Ээ… но, Ваше Святейшество, мы же не можем открыто напасть на Орден?
— Мы не можем. Но есть тот, кто может. И у меня есть все нужные аргументы, чтобы он это сделал. Передайте Его Высочеству, я прошу у него частной аудиенции. Как можно скорее. Скажите, у меня есть очень важные сведения.
