увернулся, поднял целую кучу песка, но не помешал мне, уходя полупируэтом в сторону, полоснуть его мечом по боку. Вот только не слишком острое лезвие соскользнуло с жёсткой свалянной шерсти и не нанесло никакого вреда. Ну, я, собственно, такого и ожидал, но проверить же нужно было.
Наклон, дубина свистит над головой, и я со всей силы бью прямым ударом острием в живот, точнее ниже, в то, что закрыто повязкой. И в этот раз, судя по воплю, не так безрезультатно. Вот только на желание убить меня этот удар никак не повлиял. В этот раз нелюдь ударила рукоятью, и я, не ожидая от него такой подлости, увернуться не успел. Пришлось блокировать крестовиной меча. Нда, силы у него точно хоть отбавляй, я сам-то не мелкий и не слабый, но удар заставил меня отъехать по песку на пару шагов, а рука чуть не онемела. Больше нужно стараться так не попадаться, а то и руку отсушить может.
Быстро качнувшись в одну сторону, я спровоцировал удар туда, а сам проскользнул с другой и с разворота вогнал кинжал по самую рукоять в спину, к сожалению, в последний момент противник чуть повернулся и в печень, куда я целил, скорее всего, не попал. Ну и так нормально, вот только кинжала я лишился, выдернуть уже просто не успел.
Тролль взревел что-то явно крайне матерное на своём языке и снова ударил дубиной. Да когда же ты выдыхаться начнёшь? Такая рана человека точно вывела бы из строя, а ему хоть бы хны. Я дождался, когда поднятая вверх палица пойдёт вниз, целя мне в голову, и, шагнув чуть вперёд и в сторону, перехватил меч двумя руками и со всех сил ударил снизу острием прямо в горло, пользуясь тем, что он сам при ударе наклонится вперёд, нанизываясь на клинок.
Лезвие с мерзким хрустом пробило шкуру, плоть и, пройдя между позвонками, вылезло наружу. Но сила удара была такая, что дрянно выкованный меч не выдержал, и у меня в руках осталась рукоять с коротким обломком. Тролль захрипел, покачнулся и рухнул на песок, обильно заливая его кровью.
Трибуны взорвались диким рёвом и воплями восторга и разочарования, похоже, в зависимости от того, кто на кого ставил.
— И так, уверенную победу одерживает тёмный маг! Ну что же, посмотрим, как он себя покажет в следующем бою!
В каком ещё следующем? А оружие? Вообще-то у меня, если кто не заметил, меч сломался! А служители арены, которые вон цепляют крючьями тушку тролля, даже не косятся в мою сторону. О, дубинка этого мохнатого есть, не уволокли ещё. Куда лапы тянешь, немочь бледная?! Ты её что, поднять собрался? Дай сюда, придурок. Ох, ё моё, вот это масса! Тут даже моей силы максимум на пару ударов хватит. Да и поднять её заново после первого удара будет очень сложно. И если враг будет хоть чуть-чуть ловчее раненой черепахи, то мне конец.
Скрежет очередной решётки, и на арену вышел мой противник. Человек. Полный ламеллярный доспех, глухой шлем и двуручный меч. Не эталон ловкости и скорости, скорее всего, но от этой дубины только инвалид не увернётся. Значит, и не надо давать ему уворачиваться.
Гладиатор отсалютовал мне клинком, дождался ответного жеста и неспешно стал приближаться. Пятнадцать шагов, десять, пять, пора! Я, крутнувшись на месте, метнул в него своё оружие и прыгнул следом, уже видя, в какую сторону он уходит от летящего снаряда, способного при попадании сбить с ног быка. От дубины он увернулся, а вот от меня уже нет. Мы сшиблись и покатились по земле. Ему-то в доспехе хорошо, а мне не так чтобы очень. Но теперь от двуручника толку ноль. Он в броне тяжелее, но я быстрее и сильнее, так что в итоге я оказался сверху и перехватил меч за тупую часть лезвия, чуть выше гарды и за навершие рукояти. Резкий рывок на скручивание и меч окончательно сменил владельца. Вскочив на ноги, пинком повторно опрокинул попытавшегося встать воина и упёр острие в щель между доспехом и шлемом. Всё, победа. Убивать его я ни малейшего желания не испытываю, вот только от моих желаний тут мало что зависит. Ещё вчера мне подробно объяснили: преступник, сменивший смертную казнь на арену, должен делать то, что прикажет Император, если его Величество решит, что мой соперник не заслужил жизни, то так тому и быть. А на случай если я решу проигнорировать высшую волю, есть стража с луками, вон они стоят на нижних рядах трибун в проходах. Формально, на тот случай, если дикий зверь сорвётся с привязи и попытается добраться до зрителей. Но преступник, не подчинившийся воле Императора, суть тот же зверь, сорвавшийся с привязи.
Я повернул голову к Императорской ложе. Несколько секунд ничего не происходило, Его Величество неспешно пил вино, не обращая внимания на замершие в ожидании решения трибуны, затем так же неспешно встал и протянул руку к стоящему перед ним столику. Не видно, что он взял. Ну сколько можно тянуть?!
Резкий взмах и по воздуху плавно заскользил красный шёлковый платок. Красный.
— Извини.
Я ударил резко, почти без замаха, вкладывая весь вес и силу. Тело в броне вздрогнуло и замерло навсегда. Быстрая смерть — это всё, что я могу.
Трибуны вновь зашлись в восторженном рёве. Вас бы, суки, сюда, чтобы друг друга перебили, раз так любите это зрелище.
— И вновь победил Тёмный маг!
Похоже, это уже и будет моим прозвищем на арене, интересно, сколько? День? Два? Три? Я зло оскалился и, рывком выдернув из убитого двуручник, отступил на пару шагов. Ну, кто следующий?
Следующего не оказалось, распорядители решили, на сегодня с меня хватит. Хорошего понемножку, выгуляли, как бойцового пса, дали попробовать крови и обратно в клетку.
***
— Неплохо. Толпе он нравится.
— Да, Ваше Величество. Завтра нужно снова выпустить его на два-три боя. Уже с претендентами.
— Думаешь, он может дойти до финала?
— Не исключено. В Университете боевую подготовку преподаёт Ян Тролебой. Я его ещё по гвардии помню, у него плохих учеников не бывает. Мёртвые бывают, а плохие — нет.
— Это хорошо. Сделай завтра от меня ставку на этого студента. И присмотри, чтоб он не сошёлся с тем наёмником, которого его святейшество сюда всунул, думая, что мы не в курсе. Ещё слишком рано.
— Как скажете, Ваше Величество.
***
Доргард сердито дёрнул себя за бороду и снова попытался вчитаться в текст учебника по составлению
