- Нет, нет… господи…Нет!..
Чем ближе она подходила, тем становилось страшней… сильней хотелось развернуться и уйти… если не сбежать!
- Что ты делаешь… Эллис, пожалуйста!.. господи! Господи! ГОСПОДИ! – сиплый шёпот перешёл в сдавленный хрип.
Её тоже парализовало где-то до шага от Мэндэлла. Её буквально обдало горячей волной мощного ментального взрыва, жгучей вспышкой нестерпимой боли, чужой реальной боли, обжигающей твою собственную кожу ошпаривающим невидимым паром.
Можно ли стать меньше, чем ты есть? Казалось, Дэну это удалось. Сжался, стянулся, скрутился, превратился в один цельный комок оголённых нервов, обнажёнными, вывернутыми на изнанку внутренними болевыми точками. Он теперь и был сплошной цельной болевой точкой – прикоснёшься, и тебя самого разложит на атомы.
- Дэ… Дэниэл!.. Ты в порядке? – универсальный вопрос на все случаи жизни?
Дорогой, тебе отрезало поездом ноги?! Ты в порядке?
Правильно и положи ручку на его плечо, осторожно, почти пугливо… хотя есть чего бояться. Впервые, пусть и слегка ощутить реальный «ожог» на собственных пальцах от соприкосновения с чужим окаменевшим телом, с пылающей кожей… Fuck, горящей от нестерпимой внутренней боли!
Теперь страшно не только за своё безрассудство и неуёмное кошачье любопытство, страшно видеть, осознавать и тем более чувствовать чужое безумие, ужас, нарастающую дрожь неконтролируемого страдания. Живого, осязаемого, срезающего ржавым тупым лезвием каждую клетку с напряжённого тела, лоскуток за лоскутком, каждый натянутый нерв и капилляр!
Сэм, тебе было мало потрясений за этот день? Хочешь полного выноса мозга по всем канонам классики жанра?
Широкая горячая ладонь накрывает руку девушки. Несколько незримых мгновений, длинные пальцы сжимают и перекручивают запястье стальным скользящим захватом, безжалостным оттиском по всем нервным окончаниям.
Она не успевает не то что прочувствовать, понять или хотя бы вскрикнуть от резкого взрыва новых шоковых ощущений, она не успевает даже по настоящему и как следует испугаться.
Секунда? Полсекунды? Четверть секунды?.. Глаз успевает лишь зацепиться и залипнуть на чужих глазах напротив – больших, бездонных, чёрных – угольная бездна с алыми вспышками рвущегося на волю сознания, истекающего кровавой болью… дикой, сумасшедшей болью и… ненавистью!
Дыхание или горящее рычание смертельно раненого зверя поверх твоего лица, кипящим ударом по слизистой широко раскрытых глаз. Сколько надо времени, чтобы до конца осознать и наконец-то почувствовать всё это?! Что ты в ловушке, в западне, в чужих руках, в одной сильной жилистой ладони, со вздутыми от перенапряжения венами и вычерченными рельефами каждого сустава и сухожилия, оплетающего твоё горло ласкового смертельного захвата.
- Где она? Fuck! ГДЕ?
Когда он успел подняться, выкрутить ей руку, схватить другой за шею под самым подбородком и впечатать спиной и затылком в ужасно твёрдый и неровный ствол дерева?
Сэм, ты дура, причём законченная!
- Ты совсем с катушек съехал? – она ещё могла что-то говорить?
Жалкая попытка вцепиться ему в руку собственными пальчиками у горла, ослабить хватку чужих пальцев хотя бы на миллиметр провалилась сокрушительным обвалом по всем показателям. – Дэн, я сейчас закричу!..
- Если успеешь!.. Куда она поехала? На какой вокзал?
Ей стало ещё страшней чем это вообще возможно! И она действительно осознала, что не успеет закричать, вернее… попросту не сможет. Это потемневшее лицо, этот взгляд напротив ей не позволят. Глаза, которые способны заткнуть тебя и без помощи руки!
Он что, знал, что она шла за ним? Он это предвидел, просчитал, предугадал, выждал? Дождался?.. Нет, это не возможно! Он не в том состоянии, чтобы заранее прокручивать подобные финты в реальном времени. А то что он был сейчас на грани, это да! Это не только видно, она ощущала это на собственном горле и лице. И что самое смешное, она не испытывала никакой острой физической боли, лишь чувство давления и хватки пальцев Мэндэлла, и никакой боли, по крайней мере собственной.
- Дэн, прекрати. Мечтаешь закончить остаток дней за решёткой? Или ещё раньше, на электрическом стуле?
- А ты уверена, что всё не закончится лишь одним предварительным слушаньем и штрафом под залог, если вообще состоится задержание? Или твой дух восстанет из ада для дачи свидетельских показаний?
Вот теперь ей стало страшно, в буквальном смысле до усрачки (когда она в последний раз ходила писать, неужели так давно?). Ведь Дэн не шутил, он знал о подобных делах куда больше, чем хотелось бы. И страшно было не из-за этого, а… то что он на самом деле мечтал придушить её, при чём не сразу… поэтапно!
- Дэн, это не смешно! Или думаешь, я тебе сразу всё выложу? Мёртвые не умеют говорить! Забыл об этом факте?
- Может и не сразу, может со второго или с третьего раза, когда придёшь в сознание. Я так понимаю, тебя ещё никогда не душили до полной отключки? Поверь, для этого не обязательно передавливать трахею, достаточно пережать сонную артерию.
- Дэн, хватит! – она всё-таки ударила его или попыталась отпихнуть ладошками в грудь. Панический выброс неконтролируемого страха, инстинкт самосохранения. Он не шелохнулся ни на миллиметр!
- Солнечное сплетение ниже, и бить надо сильней!
Ласковый захват чужих пальцев наконец-то ослабевает, разжимается, соскальзывает, и вот только тогда она начинает ощущать. Боль в следах и отпечатках на собственной коже, на гландах (fuck!!!), внутри самого горла, будто ей передавили мышцы изнутри, заставив проглотить кусок острого камня. Теперь понятно почему в фильмах всегда кашляют после подобных попыток удушения. Ей тоже захотелось выкашлять всё это, вместе с царапающими глотку сухими «камнями».
- И после ТАКОГО ты надеешься, что я тебе всё выложу на блюдечке с голубой каёмочкой? – собственная ладонь самопроизвольно тянется к шее неосознанным порывом защититься от возможных повторных нападений или… в попытке снять с себя ощущение отпечатка чужой ладони – болезненного, отвратительного отпечатка! – Или мне мало всех тех шокирующих страстей и изумительных подробностей из бурной жизни Дэниэла Мэндэлла-младшего?! А может мы мало с тобой цапались и грызлись за откровенную антипатию к друг другу? Чтоб я вот так, за здорово живёшь или от скуки ради предала свою лучшую подругу?
