я, вкладывая в вопрос все – помощь Гаррета, моего родственника и столичных нищих.
Рихан обернулся полубоком и ответил:
– Один из вас вас же и сдал.
Рихан ушел, и практически сразу же пришла девушка–медик. Она осмотрела меня, поменяла повязку на груди, оказывается, меня вскрывали, пока я была в отключке. Шов небольшой, не больше пяти сантиметров, расположился четко между грудей. Медсестра сказала, что мне нельзя ходить, максимум до туалета, который находился здесь же, дверь была за моей головой, поэтому я ее не видела. Когда девушка вышла, я еще немного полежала, думая, в какую жопу я опять влезла?
Один из нас, эти слова крутились в голове, и я не могла сконцентрироваться ни на чем другом. Я думала и думала. Кто это? Хант или Чейз? А может, я? Хант не должен был предать Гаррета, ведь тот обещал, что поможет и позаботится о благополучии его сестры. Я была точно уверена, что это не Чейз. У него не настолько близкие отношения с отцом, чтобы он ему помогал и сдавал нас. Да что говорить, я была уверена в Чейзе больше, чем в себе. Может, я где–то что–то сказала или… Я не знала. Мысли атаковали, а я даже не пыталась от них отбиться. Хотела найти нужную и получить ответ, но так и не получила.
Нужно было валить из этой больницы.
Ник. Неужели Рихан действительно нашел моего брата? Для чего? Для угроз и шантажа? В этом президент промахнулся, далеко не для всех семья столь важна, как для него. У меня не было этого культа поклонения. Если бы на месте Ника была мама или Мэри, да, я бы сделала все что угодно и даже больше, но не для брата, который бросил меня. Для него я делать ничего не хочу. А вот нищих, жителей Подполья Империи мне было очень жалко. Они не заслужили страданий из–за меня. Они вообще не заслужили их.
Кто предатель? Из всех вопросов, которые возникали в голове, я могла ответить только на один. Вскоре предателем должна стать я.
Мне удалось сесть, я боялась, что шов на груди разойдется, остальное меня не так пугало. Прошаркав по полу, я добралась до туалета, справила нужду и умылась, жадно выпила воду из–под крана. Вернулась в палату. Окон тут не было, я стояла и смотрела на дверь. Если бы только она отделяла меня от свободы, то это было бы замечательно, но я прекрасно понимала, что Рихан точно не оставил меня без присмотра. Сколько человек за этой белой преградой? Даже если один, это уже катастрофически плохо.
Меня угнетало то, что я оказалась слабой, сейчас меня бы даже медсестра одолела. Я прошла к двери и толкнула ее, она, естественно, не поддалась. Я заперта. Не успела я отойти от двери, как она снова открылась и мне удалось увидеть белый коридор. Как только за медиком закрылась дверь, то я услышала тихий писк. Какой–то автоматизированный замок?
– Почему я заперта? – спросила я у блондинки.
– Миссис Уорд, это прямое распоряжение президента Рихана.
– Почему вы называете меня «миссис Уорд»?
Девушка нахмурилась и смотрела на меня, как на сумасшедшую.
– Так было написано в документах, которые нам передали из больницы, – сообщила она.
Я вообще ничего не понимала.
– А я сейчас не в больнице?
– Нет. Вас привезли сюда четыре дня назад.
– Сюда – это куда?
Медсестра вздохнула, и ее плечи опустились. Кажется, она сама ни черта не понимала.
– Мне, наверное, не стоит говорить об этом, – сказала она.
Девушка оставила еду и ушла, я снова услышала пищащий звук со стороны двери. Я снова была заперта. Но мне не впервой пытаться выбраться оттуда, откуда нельзя. Больше всего меня волновало то, что я была слабой, и такой я решила оставаться как можно дольше. Когда медик пришла в следующий раз, я жаловалась на отвратительное самочувствие, сказала, что меня тошнило и голова кружилась невообразимо сильно, что я аж чуть не упала с кровати. Медсестра более тщательно меня осматривала, а я тем временем думала о том, что скоро нападу на нее, когда она станет выходить. Не сейчас, только после того, как мне принесут бумаги, по которым я должна выступать против Гаррета. Я должна понимать, что именно хотел сделать Рихан.
Где Гаррет? Где Чейз, Хант и Диего? Куда они все пропали? Как я оказалась в этом месте? И где это самое место находилось?
– Меня сюда одну привезли? – спросила я у медика, в надежде, что это не так, но девушка разрушила надежду быстрым кивком головы.
– Кроме вас, тут никого нет.
А вот эти слова снова вернули надежду. Я точно понимала, что находилась не на зоне номер семнадцать. Там была другая обстановка, другой запах и звук. Там вообще ничего не было слышно, а здесь я непрерывно слышала какой–то гул. Далекой и монотонный, но он постоянно присутствовал. Не прекращался ни на мгновение.
Через несколько часов мне принесли документы, которые я ожидала. Открыв первую страницу, я начала читать и поняла, что не смогу свидетельствовать против Гаррета, его отстранение равно смерти. Президент Империи Семьи Основателей убьет Гаррета и это будет по закону, потому что Гаррет помог сбежать преступникам. Он помог сбежать мне, и это каралось смертью. Кроме этой, самой важной для меня информации, была еще и другая. Из нее мне стало понятно, что Рихан еще не знает про Синт, иначе некоторых пунктов тут просто бы не было. Я прочитала документ около десяти раз, а потом легла на кровать и стала прислушиваться. Что это был за гул? Вроде бы казался знакомым, но в то же время был не определяем.
В следующий приход медсестры я сказала, что у меня безумно болит шов и все, что находилось под ним. В итоге недолгих разговоров, я выпросила обезболивающее, которое медсестра принесла через пять минут. Как только она воткнула иглу, в вену, я внутренне собралась и готовилась к нападению.
Попытка. У меня должна быть попытка на побег. Я не могла сидеть и ждать суда, на котором могло произойти все что угодно.
Я прикрыла глаза, но тайно наблюдала за медсестрой, когда она подошла к двери, я соскочила с кровати и чуть не взвыла от резкой боли, но быстро преодолела расстояние, сжав зубы. Медсестра открыла
