Кованые ворота — три таких, как я, в высоту надо, чтобы их измерить, — последнее, что отделяет меня от заточения в этот инкубатор магов.
— Владлена, все свои выкрутасы здесь, перед воротами, оставь, и не смей позорить мое имя! — дал последнее наставление отец, пригрозив напоследок пальцем.
Мама обняла, поцеловала, пустила слезу… Рано, маменька, плачете. Я через месяцок-другой вернусь довольная и счастливая. Только спляшу перед этим победный танец на руинах сего восславляемого заведения.
Ворота распахнулись, стоило мне произнести свое имя, и, гордо тряхнув каштановыми кудрями, я шагнула на территорию Академии. Ворота с лязгом захлопнулись. Я помахала родителям, с тоской глянула на оставшийся за воротами город и с сумкой наперевес поплелась к столпившимся у входа инкубаторским.
Навки, феи, ведьмы, вампиры, эльфы, гномы, последних, кстати, очень мало, у них по природе своей магия отсутствует, но есть и исключения. Демоны, но только в человечьем обличье, стихийники, инкубы, дриады, оборотни… В общем, всех, кого только можно, здесь обучают.
Личину свою в обществе не принято показывать, разве что феям, но им по работе положено в первозданном виде к детям являться. Поэтому отличить сейчас можно только вампиров — бледные, аки поганки, эльфов — волосы длинные, ушки острые, и гномов — ростом мне по пояс.
А, еще ведьмы. Их только слепой не узнает. Юбки такие, что еле-еле все сокровенное прикрывают, чулочки в сеточку, на подтяжечках миленьких, кофточки с вырезом до пупа, обтягивающие, и в основном кожаные. И шляпки остроконечные, из-под которых волосы, искусно волнами уложенные, на плечи и спину спадают. Оборотни слюни пускают, у эльфов уши задергались, стихийники пламенем алым пылают… Да, я тоже засмотрелась. У них ведь ни жиринки нет! Стройные как тростиночки.
Нет, я тоже стройная, не жалуюсь, но они ведь просто эталон женской фигуры. Везде, как говорится, все есть. А у меня сзади-то есть, а спереди — лучше промолчать. И шляпки у них классные…
Вот и почему я не ведьма? Я, вообще, смесь дриады и демона. И у меня от дриады — вспыльчивость и импульсивность, а от демона — характер и… характер! Потому мы с папой и не ладим, как только мне четырнадцать исполнилось и сущность проявляться начала. Как же, дочка — наполовину то, наполовину это. И унаследовала ведь от обоих не самые лучшие качества!
Что мы все стоим, стоим, никто не приходит. Пойду, что ли, территорию боевых действий осмотрю, заодно пути к отступлению намечу.
Сумку оставила за углом, наложив на всякий случай заклинание от воров. Украсть не украдут, а нос свой сунуть — запросто. А у меня там ингредиенты секретные, я же готовилась.
Пошла я по самой красивой тропинке. Да, здесь еще имеются и некрасивые. Облезлые, цветочков нет, каменной кладки нет, трава желтая. А я иду в окружении цветочков, бабочек и зеленой, щекочущей травы. Туфельки свои в руках несу, привыкла я по траве босыми ногами бегать, а не топтаться по оной в обуви.
Академия-то не такая и маленькая… Главное здание, перед которым я стояла, оказалось не больше моего дома. Обычное такое, скучное. А вот за ним стоит огромных размеров не знаю что. Просто огромное… И кладка каменная… Да, руины из этого сложно будет сделать, но я девочка старательная.
Впереди замаячил сад. Красивый, цветущий. Лавочки, скамеечки, цветочки всякие разные, изгороди живые. И фруктовые деревья имеются. Апельсины, яблоки, груши… Так, сорву себе и того, и того, и того. Я не жадная, но, поразмыслив, решила сорвать себе по две штуки каждого фрукта и пошла дальше, надкусывая яблоко.
Ох, красота-то какая… Водопад — прямо из дерева. Из дерева водопад, представить только! А вода изумрудная, тепленькая такая, как молоко парное… Вокруг все зеленое, яркое, прямо душа радуется. Решено, сад трогать не буду, такую красоту уничтожать нельзя.
Дальше тропинка разделилась на две, я пошла налево, где кустики цветущие вглубь уходят. И изумлению моему предела не стало. Озеро, большое, с водой прозрачной, так что дно видно. По кругу озера бортики из корней деревьев, чтобы не прыгал никто. Значит, живет там кто-то. Надо будет потом узнать кто. С русалками очень интересно пообщаться. Один раз довелось, когда они меня спасли. Плавать не умела, а в воду прыгнула. Не помню зачем, но помню, как тонула.
Эх, хорошо здесь. Но надо обратно идти. А то всех распределят, а мне потом бегай, выискивай, куда поселили.
Фрукты оставшиеся я в футболку сложила, оголенный живот приятно ветерком обдувает… Туфли аккуратно этой же рукой придерживаю, в другой — груша. А еду и обувь сочетать вообще нельзя.
И как-то не заметила я, что на площадь перед зданием главным вернулась, а там все построенные в ряды стоят, перед ними тетеньки, дяденьки, и один, самый главный наверно, вещает что-то громко. А тут я — с задраной футболкой, в которой фрукты из сада, с туфлями в одной руке и грушей в другой.
Мужчина замолчал и на меня уставился, и так не вовремя, я только грушу ко рту поднесла, чтобы откусить, вот так и замерла. Все остальные за взглядом его проследили и тоже на меня смотрят.
Не стоять же мне здесь, я и пошла к этому главному. А он не моргает даже, взглядом следит, брови удивленно подняв.
— Здрасьте. — Я широко улыбнулась, руку хотела подать, но обе заняты. — Вы уже начали, а я не знала. Решила прогуляться и… опоздала.
Он скользнул взглядом по собранным фруктам, груше в руке и строгим голосом спросил:
— Ваше имя, студентка?
— Владлена. — Я еще шире улыбнулась. — Владлена Зельсберг.
— Встаньте в строй, мисс Зельсберг. Мы с вами отдельно побеседуем.
Я пожала плечами и пошла туда, где народу поменьше. Отдельно так отдельно, мне разницы нет.
— Значит так, учиться вам здесь три года. — Это еще не факт. — С правилами Академии ознакомитесь лично каждый, в ваших комнатах они имеются. — Правила созданы, чтобы их нарушать. — Отчислять буду жестко всех отстающих, вы приехали учиться — будьте готовы выкладываться по полной.
— А если кто-то уже не хочет учиться? — спросил кто-то из толпы, а посмотрели все на меня. Ой, это я сказала?
— У вас будет сегодня возможность мне об этом сказать, — без всяких эмоций ответил мне мужчина, обводя взглядом студентов. — Ваши комнаты. — Он щелкнул пальцами, и у каждого в руках появился листок с небольшой картой и указанием комнаты. — С завтрашнего дня начнутся занятия, расписание получите позже, а сейчас свободны.
Свободны так свободны. Я посмотрела на карту. Так, какая-то башня, этаж восьмой… Я уже двинулась в сторону своей сумки, но меня окликнули.
— Мисс Зельсберг, прошу в мой кабинет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
