к этой категории, то мы и занялись изучением этого феномена, отложив другие проблемы на второй план. Все-таки, когда речь идет о собственной жизни, в прямом, а не в философском понимании этого слова, все остальное странным образом теряет свою значимость.
Тут требуется некоторое разъяснение. На самом деле нас не трое, а четверо. Я сам, Женя, Юра и примкнувший к нам Ахмед.
Когда-то давным-давно я услышал о некой антипартийной группировке, состоящей из Молотова, Маленкова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова. Детское воображение тут же нарисовало бандитов в папахах, которые гоняли по степи на тачанке с пулеметом, совсем как у Батьки Махно. Вот только никак не удавалось присобачить в эту картинку Шепилова. В конце-концов я определил ему место бегущим вслед за телегой и кричащим: «Погодите! Меня забыли!». Но не скажу, что меня удовлетворил полученный результат. Как-то все это с отставшим марафонцем выглядело несерьезно. Даже с точки зрения непритязательных детских фантазий. С тех пор термин: «примкнувший» сохранился у меня в голове несколько размытым и неопределенным. Теперь, с появлением Ахмета, все стало на свои места. Он и был тем самым классическим примкнувшим. Дело в том, что в отличие от нашей троицы, попавшей в прошлое из вполне цивилизованных мест, Ахмета занесло в нашу компанию прямо из Атлантиды. Той самой, которая утонула. Место, по утверждению ее последнего жителя, слова доброго не стоящего. Причем Атлант-Ахмет тоже числился условно бессмертным. Правда не на физическом, а на биологическом уровне. Но это не отметало тот факт, что проблемы, связанные с чрезмерной продолжительностью жизни, перед ним стояли идентичные нашим. И с не меньшей остротой.
Сначала немного теории. Все-таки Жека какой-никакой физик теоретик. Из числа тех, которые не от мира сего. Короче, из гениев.
Он-то и предположил, что на самом деле наша троица все еще прибываем там, в бывшем нашем настоящем, которое на самом деле для нас сейчас будущее. Эко я загнул. Самому на секунду стало непонятно. Хотя кому я вру. Ежели сотни раз пытаться обдумать одно и то же, то все вышесказанное приобретает хрустальную ясность и прозрачность.
Итак, возвращаясь к теории, сварганенной на коленке нашим гением. Причем, надо отметить, без использования любых измерительных приборов, способных подтвердить или опровергнуть его рассуждения. Да и о какой научной атрибутике может идти речь, когда даже бумагу и карандаш еще никто не удосужился изобрести. Не говоря о таблице логарифмов и большом андронном коллайдере.
Так что на нынешнем этапе познания окружающего мира мы, некогда научные сотрудники, скатились до уровня Кантовских идей Чистого Разума, это когда каждый может нести всяческую отсебятину, поскольку ни подтвердить, ни опровергнуть любую гипотезу практически невозможно. В силу наличия отсутствия необходимого инструментального обеспечения. А критерием истинности выступает внутренняя убежденность говорящего, подкрепленная умным видом и большими кулаками. Последний аргумент в научном споре оказывается решающим. В соответствии с принципом: «Прав тот, у кого больше прав». Недаром, одно время Ахмет числился в нашем уютном научном сообществе великим мудрецом. Вплоть до того момента, когда Жеке это не надоело и он назначил себя официальным вождем племени троглодитов, после чего, на этом основании, забрал у Ахмета его дубину железного дерева. На время поносить. Но я снова отвлекся.
Теория нашего переноса в прошлое, разработанная вождем племени, постулировала, что здесь и сейчас присутствует некая наша физическая проекция. Поэтому уничтожить в прошлом нас невозможно, до тех пор пока мы присутствуем в будущем, а уничтожить нас в будущем тоже невозможно, поскольку это самое будущее еще не наступило. Этакий парадокс получается, который, надеюсь, будет устранен, когда мы в текущем временном потоке достигнем точки погружения в прошлое. Так что физически пострадать, в том числе и умереть, нам никак не удается. Другими словами мы заключены в некой темпоральной петле, выход из которой расположен там же, где и вход. С обязательным условием: сколько публики внутрь вошло, столько и обязано покинуть бордель по окончании сеанса психотерапии.
Но это все так, абстрактная теория. Значительно веселее практика.
То, как в реальной жизни работает защита наших тушек. Если попытаться охарактеризовать одним словом, то ближе всего подходит — песня, если несколькими — бред сумасшедшего под воздействием сильнодействующих веществ.
Мы окрестили этот феномен — эффектом отрицательной энтропии. Один маленький пример. Когда Юрка, еще при троглодитах, экспериментировал, пытаясь придумать, как бы нас извести, он однажды провел целую серию с многотонной глыбой, которую бедные аборигены затаскивали на приличную такую по высоте горку, а потом сталкивали вниз, с тем, чтобы та скатилась по заранее вырезанному в камне желобу прямо на ожидающего ее внизу горе-экспериментатора. Потом по этим мотивам появилась легенда про Сизифа. Ахмет постарался. Любит он женщинам мозги пудрить занятными историями. Так вот, в первый раз глыба в самом конце, непосредственно перед столкновением с горе экспериментатором, подскочила на какой- то кочке и аккурат перелетела через Юркину голову, обрушившись на зевак из числа троглодитов, задействованных в опыте. Потеряли троих. Во второй раз, сразу после начала движения глыбы, приключилось небольшое землетрясение, желоб деформировался и снес еще пятерых, Юрке естественно хоть бы хны. В следующий раз, прямо перед началом движения глыбы, где-то высоко в горах прорвало перемычку, удерживающую горное озеро. Водой смыло половину племени, Юрка не пострадал. Дабы сохранить остатки населения подшефного нам племени троглодитов, я потребовал немедленно прекратить опасные эксперименты. И слава богу! Жека потом вычислил что, реакция, мать ее за ногу, Вселенной возрастала от случая к случаю по экспоненте, и на пятый раз мы вполне могли рассчитывать на столкновение Земли с астероидом и наступлением нового ледникового периода. Понятно, что с нами-то ничего бы не случилось, да вот только мало радости в том, чтобы постоянно мерзнуть и жрать мороженную мамонтятину. Дело в том, что на сенсорный аппарат защита не распространяется, так что и голод и холод мы испытываем в полной мере. А вот сдохнуть от голода не удается никак. Тот же Юрка однажды забурился в пустыню и перешел на диету из кузнечиков. Ну и что? За полгода даже килограмма в весе не потерял, зато так изголодался, что до сих пор жрет все, что ни попадя.
Короче, с точки зрения физического сохранения наших тушек проблемы нет никакой. За этот момент Вселенная несет персональную ответственность. Казалось бы вся Чики-Чики. Вот только в этой ложке меда оказалась зарыта огромная такая бочка
