переборок. Командир решил идти к Корейскому берегу, а затем вдоль него пройти до Владивостока. Плохо управляемый "Адмирал Нахимов" менял курсы, уклоняясь от отрядов миноносцев, и к 1.30 15 мая вышел из района их действия. Около 2.00 взошла луна, и при её свете стали ремонтировать катера и шлюпки и продолжали попытки подвести пластырь. Командир капитан 1 ранга А.А. Родионов, видя безнадежное положение корабля, направил крейсер к показавшемуся на западе высокому берегу северной оконечности острова Цусима. В 5 милях от берега командир приказал остановить машины, не желая, чтобы корабль затонул на мелком месте и мог быть поднят впоследствии врагом. Шлюпок крейсера на всех не хватало, и офицеры в них не садились, уступая место матросам. Корабельный священник отец Виталий бросился в воду в полном облачении с крестом и иконой. Командир и лейтенант В. В. Клочковский остались на тонущем крейсере и после его потопления длительное время находились в воде, пока не были спасены японскими рыбаками. 523 члена экипажа были приняты на подошедший вспомогательный крейсер "Садо-Мару", 101 человек подошли на шлюпках к острову Цусима и высадились на берег. Согласно японскому описанию, старший лейтенант Инадзука прибыл на шлюпке на "Адмирала Нахимова" и поднял на фок-мачте флаг страны Восходящего Солнца. Русские источники этот факт отрицают. "Адмирал Нахимов" пошел ко дну около 8.00 15 мая.
Поврежденный крейсер "Адмирал Нахимов". Фотография сделана с японского корабля.
Снимая с тонущего крейсера людей, японцы не отказали себе в удовольствии, между делом, сорвать Андреевский флаг и поднять над «Адмиралом Нахимовым» свой. Но ненадолго. Отправляясь восвояси, они впопыхах не заметили, что на крейсере остались двое людей, практически, обрекших себя на смерть: командир капитан 1 ранга Родионов и старший штурман — лейтенант Клочковский.
Контр-адмирал Вячеслав Клочковский. Фотография 1920-х годов
Оба офицера решили разделить судьбу родного крейсера. Но того, как оказаться в холодной воде, командир и штурман выбрались из своего укрытия, незаметно пробрались на корму. Там они сорвали с флагштока и выбросили за борт японское белое полотнище с красным кругом и подняли флаг Андреевский… С ним и пошли ко дну. Так утром 15 мая 1905 года погиб броненосный крейсер «Адмирал Нахимов».
Тонущего Родионова спас староста маленькой рыбацкой деревни. Несколько дней командир крейсера провел у него, пока не был передан властям. За это время между старостой и русским офицером сложились достаточно доверительные отношения. Дело в том, что Родионов, много плававший ранее в дальневосточных водах, неплохо знал японский язык. Они много и подолгу беседовали наедине. Именно поэтому вскоре по деревни. А потом и дальше пошли разговоры, что раненный русский офицер поведал рыбацкому старосте некую большую тайну о своем погибшем корабле.
В госпитале лагеря военнопленных Родионов быстро пошел на поправку, а спустя полгода после Цусимского боя он вместе с другими офицерами прибыл во Владивосток на пароходе «Киев».
А спустя некоторое время после отъезда Родионова староста внезапно отправился на рейсовом пароходе в Токио, чтобы с помощью родственников и старых друзей оформить право на экспедиционные работы в районе мыса Марусаки. Получить такое разрешение ему, однако, не удалось. Старосте вежливо посоветовали пока воздержаться от своей затеи, ибо у японского военно-морского флота был свой интерес к затонувшим у Цусимы русским броненосцам и крейсерам.
Прошло еще полгода и капитан 1 ранга Родионов погиб во время матросских волнений в Кронштадте. Из исследования историка Виталия Гузанова: «Восстание готовилось социал-демократами и эсерами и началось в час «икс» с захвата оружия 2-й дивизии, куда пришел служить после японского плена капитан 1 ранга Александр Андреевич Родионов, зачинщикам отводилась роль диверсантов. На фортах об этом знали и с часу на час ждали подмоги. Родионову 2-му доложили, что в канцелярию дивизии вероломно ворвалась буйная ватага матросов. Убили дежурного офицера, оказавшего сопротивление, взломали сейфы и металлические ящики, в которых хранились оружие и боеприпасы. Капитан 1 ранга сообщил о ЧП контр-адмиралу Беклемишеву, вдвоем они пошли в казармы, где проходил митинг.
…Появившись в казарме, капитан 1 ранга Родионов приказал построить матросов в одну шеренгу. Но его спокойный и даже несколько равнодушный голос утонул в выкриках. Родионов и Беклемишев видели, что на лицах матросов написана злоба. Офицеров передернуло. Повернуть назад — значит, проявить позорную слабость. Александр Андреевич повторил свое приказание. Он, славно послуживший Отчизне, не мог стыдливо потупить взор, как человек, знавший за собой что-то дурное. Он нашел в себе силы остаться. Кто-то из митингующих крикнул:
— Офицеры без оружия! Бей их!..
Могила капитан 1-го ранга Радионова
Призыв не смутил Родионова, он пошел к самодельной трибуне, сооруженной из двух столов, где ораторствовал очкарик в студенческой тужурке. Он шел, твердо ступая, и было во всей его фигуре что-то такое, чему нельзя было преградить дорогу. Матросы, разрывая круг, расступились, но вдруг — для всех неожиданно — раздался выстрел. Родионов побледнел, медленно качнулся и стал опускаться на грязный, затоптанный пол… Контр-адмирал Беклемишев кинулся на помощь, но его порывистое движение опередил второй выстрел… Несмотря на то, что матросы были сильно возбуждены, предательские выстрелы внесли в их ряды замешательство…»
В один из своих приездов я пришел на морское кладбище Кронштадта. Недалеко от входа я без труда нашел могилу последнего командира «Адмирала Нахимова» и положил не нее цветы. Смотритель кладбища рассказал мне, что после революции могила Родионова была осквернена. А могильный камень выброшен на помойку. Спустя почти восемьдесят лет его случайно выкопали из земли и водрузили на старое место. Что ж, лучше поздно, чем никогда…
Кладоискатели из деревни Марусаки
Прошло еще несколько лет. Старика старосты уже не было в живых. Всеми его делами, в том числе и рыбацкой артелью, заправлял сын Нодзава. Кроме того, он был еще хозяином небольшой компании, отвоевавшей, в конце концов, у военно-морского флота право на поиск и обследование затонувшего «Адмирала Нахимова».
Посетивший Японию именно по данному вопросу историк Виталий Гузанов пишет относительно Нодзавы следующее: «Затевая рисковую игру кладоискателя, Нодзава понимал, что успех не окажется скорым: родившись у моря, он знал, что не так просто отыскать затонувшее судно, даже если известны координаты места его гибели… Необходима встреча с капитаном. «Вот бы разыскать господина Родионова в России, — продолжал размышлять Нодзава. — Наверное, рад был бы узнать о том, что о нем здесь осталась добрая память». Нодзава был занят своими мыслями. Кто
