увидев что-то страшное под веками.
– Да, о нем. Я говорю «примерно», потому что не знаю точное число. И никто не знает. Все сведения погибли вместе с планетарной системой.
– Насколько я слышал, вашу победу в битве при Миндоре едва ли можно назвать убийством…
– Насколько вы слышали? Опять эти байки…
– Ну, я слышал, что… То есть… – Джептан осторожно прокашлялся. – А что, собственно, вы хотите мне поручить?
– Вы следователь. Вот и расследуйте.
– И что я должен расследовать?
– Миндор. – Лицо Люка перекосилось. – Мои действия.
Он был само страдание. Или все страдания во Вселенной одновременно.
– Ох, я… м-м… – Служащий уже мысленно прикинул с десяток способов сколотить на этом поручении небольшое состояние. – Если позволите, могу я узнать, каким образом возникла моя кандидатура?
Скайуокер отвел взгляд:
– Вас рекомендовал один старинный друг.
– Правда? А как ваш старый друг…
– Это был не мой, а ваш друг, – уточнил молодой генерал. – Его зовут Ник.
– Ник? – Джептан нахмурился. – Я не знаю никакого Ника…
– Он просил передать вам это. – Скайуокер протянул ему что-то блестящее, будто бы из металла, и изогнутое, как крючок. – Осторожно, оно острое.
Служащий робко взял предмет. И как только тот коснулся его ладони, его память заполонили образы коротко стриженного темнокожего человека с самоуверенной ухмылкой и пронзительным взглядом голубых глаз.
– Ник Росту? – выдохнул он. – Я не вспоминал о нем много-много лет… Я думал, он давно погиб.
Юноша пожал плечами:
– Возможно, так и есть.
– Не понимаю… – Но Джептан уже начинал понимать. Предмет в его руке был привезен с его – и Ника Росту – родной планеты.
Это была колючка с медной лозы.
– Стало быть, он был прав насчет вас. – Скайуокер кивнул в сторону колючки. – Он сказал, что вы способны считывать информацию с предметов. Что прикосновение к ним рассказывает вам об их владельцах.
Собеседник пожал плечами. К чему все отрицать?
– Это скромный, но полезный для аналитика дар.
– Или для следователя.
Джептан еле заметно кивнул:
– И что еще обо мне поведал Росту?
– Он сказал, что вы безнравственный, продажный и дурной человек и что в вас нет ни следа порядочности, а человечности ровно столько, сколько у ледниковой ящерицы.
Служащий с каменным лицом кивнул:
– Это вполне в его духе.
– Еще он сообщил, что вы мужественный и смелый человек и никого умнее он в жизни не встречал и что если вы начали дело, то обязательно доведете его до конца. Что вы не любите джедаев, но вам все равно, кто правит Галактикой, пока вы можете достойно жить. И все это говорит о том, что вы самый подходящий кандидат.
– А в чем, собственно, будет состоять моя работа?
– Заведите дело. Поговорите со всеми, кто пережил Миндор. Соберите факты, выстройте единую картину. Выдвиньте обвинение.
– Какое обвинение?
– В военных преступлениях, – мрачно произнес Люк. – В преступлениях против цивилизации, преступной халатности, дезертирстве. Во всем, что обнаружите.
Джептан склонил голову набок:
– А кому я его предъявлю? Кто этот военный преступник, которого вы хотите обвинить?
– Я думал, это очевидно. – Тьма в глазах Скайуокера сгустилась еще сильнее, грозя поглотить юношу целиком. – Речь обо мне.
– Я возьмусь, – заявил Джептан.
Кто бы что обо мне ни рассказывал, это не меняет того, кто я такой на самом деле.
Люк Скайуокер
Прошло шесть месяцев после разрушения второй «Звезды Смерти» и низвержения императора Палпатина. Люк Скайуокер и победоносный Альянс повстанцев по-прежнему борются с остатками вооруженных сил Империи, которые упрямо пытаются уничтожить все, что есть хорошего в Галактике.
Облаченные в черную броню штурмовики под командованием таинственного военачальника совершают набеги на еще не оперившуюся Новую Республику, занимаясь пиратством и грабежами везде, где образовалось временное безвластие после развала Империи. Их неожиданные нападения подрывают веру Галактики в способность Республики поддерживать порядок и безопасность.
Где-то в глубоком космосе, на Кореллианском торговом пути, отборная эскадрилья Альянса готовит для налетчиков ловушку…
Глава 1
«Королева Кореллии» была у всех на устах: ее считали самым пышным лайнером, бороздившим пространство, межзвездным дворцом, роскошью, которую могли себе позволить далеко не все, а лишь те, кто баснословно богат. По слухам, по цене одного-единственного коктейля не в самом престижном ресторане «Королевы» можно было купить целый космический корабль; а полный обед стоил как корабль, порт, где он стоял, и завод, где он был собран. Нельзя было просто взять и оплатить место на «Королеве Кореллии»: одного толстого кошелька было недостаточно. Чтобы вступить без оглядки на путь неумеренности и излишеств, нужно было доказать, что твои манеры превосходны, а происхождение столь же высоко, как и цены в барах лайнера. Само собой, все это делало корабль лакомым кусочком для террористов: кого же еще брать на прицел, как не избранных из избранных, могущественнейших среди могущественных, величайших среди великих?
Так что когда один, по-видимому, нечистоплотный экспедитор из глубоких недр корпорации «Пределы туманности» втихую предложил на продажу определенным группировкам повсюду, от Киндлабетии до Нар-Шаддаа, наводку на возможный маршрут «Королевы» в предстоящем круизе, это вызвало живой интерес.
Впрочем, два относящихся к делу факта остались сокрытыми от конечного покупателя. Первый состоял в том, что этот предположительно нечистоплотный служащий не был нечистоплотным, да и в сущности служащим-то не был, а являлся умелым и опытным агентом разведки Новой Республики. Второй важный факт заключался в том, что «Королева» и вовсе не совершала круиз в этом сезоне, а вместо нее бороздить просторы космоса отправилась пустая оболочка, годная только на то, чтобы до поры до времени служить тайным вместилищем целого полка истребителей под командованием – как это было принято – знаменитых пилотов Разбойной эскадрильи.
* * *
Именно в тот момент, когда R4-G7 завопил об опасности сближения, а внутришлемный дисплей пилота высветил шесть значков СИД-защитников, висящих у него на хвосте, лейтенант Дерек Кливиан по прозвищу Хобби из почившего Альянса за восстановление свободы в Галактике, а ныне Новой Республики, начал подозревать, что блестящий замысел коммандера Антиллеса устроить засаду не был таким уж блестящим, и тогда он прямо, без экивоков, высказался об этом. Если опустить сказанное сгоряча, его комментарий звучал так: «Ведж, план был дурацкий. Как слышно? Ду-рац-кий, ду… Ой-й!»
«Ой» означало, что множественные попадания только что испарили его орудие правого борта и значительную часть крыла, на которое оно крепилось. Кливиан вцепился обеими руками в ручку управления и давил обеими ногами на регуляторы высоты, силясь выровнять полет срывающегося в пике корабля. Ему это почти удалось, но тут пара СИД-защитников, шедшая
