– Спасибо, напомнила! Мне нужно закончить статью. На той неделе я задержала работу, так Лиз меня чуть не сожрала заживо.
– Дороти, я еще не закончила разговор! – пыталась настоять на своем Элизабет Грант. – Куда ты помчалась?
– Мам, я же сказала, закончить статью! – И, чмокнув мать в щеку, она подлетела к двери.
Выйти замуж за Анри Ромье? Ну, уж нет! Лучше всю жизнь куковать одной! Если она кого не переносит, так это бабников, а в этом деле Анри не имеет равных!
Дороти улыбнулась, припомнив свою детскую любовь. Когда Анри приехал к ним на каникулы, она ходила за ним хвостом, как слюнявый щенок, и впадала в восторг, если он удостаивал ее взглядом. Но тогда ей было тринадцать, а за восемь лет столько воды утекло…
Как-то пару лет назад мать обмолвилась, что Анри поправил семейное состояние, подорванное долгами покойного отца. Однако Дороти была уверена: Анри привлекают отнюдь не ее прелести, а весьма солидное наследство. Ведь он истинный француз, а французы славятся тем, что женятся на деньгах и заводят любовниц на стороне.
Впрочем, она не прочь посмотреть на физиономию Анри, когда тот увидит, как изменилась троюродная сестра. Дороти улыбнулась, вспомнив, какой невзрачной и угловатой она была тогда. Тощая жердь превратилась в стройную, гибкую лозу, зубы выровнялись, косоглазие вылечили – словом, теперь она вызывала всеобщее восхищение.
– Ну и когда приезжает наш красавчик? – спросила она, открывая дверь.
– В пятницу. Дороти, будь с ним полюбезнее! Не забывай, что Элен моя самая близкая подруга.
– Близкая? Да ты ее сто лет не видела!
– Только потому, что последнее время она проводит много времени в Калифорнии. У Анри винодельня в Оуквилле. Дороти! – повысила голос мать. – Ты, в конце концов, дашь мне договорить или нет?!
– Потом, ма. Сейчас мне некогда! – бросила дочь через плечо и закрыла за собой дверь.
Наступила пятница, статья была дописана и отослана, и Дороти, хотя и не признавалась в этом даже себе самой, с нетерпением ждала встречи со своей детской любовью. Узнав, что тот приезжает с приятелем, впервые задумалась над тем, что, пожалуй, Анри, так же как и она, побаивается встречи с ней. Да, ситуация на самом деле щекотливая…
– Мисс, хозяйка велела сказать, что гости приехали! – радостным тоном сообщила горничная Дотти.
– А ты их видела? – спросила Дороти.
– А то! Оба такие обалденные мужики, особенно ваш кузен. Короче, французы!
– А откуда ты знаешь, кто из них мой кузен? – удивилась Дороти. – Ты ведь недавно у нас работаешь.
– Как это откуда? Ваш отец с ним обнялся, а другому просто пожал руку, – с достоинством пояснила Дотти. – Тот тоже ничего себе, но ваш кузен… – Она мечтательно закатила глаза. – Ну, просто сдохнуть можно! Да если бы он тут жил, я бы цельными днями прибиралась у него в комнате! Ой! – Спохватившись, она прикрыла рот рукой. – Что-то я разболталась не в меру, мелю чего нипопадя! Извините, мисс!
– Все в порядке, Дотти! – Дороти выключила фен. – У меня к тебе просьба. Секретная.
– Я – могила! – Дотти сделала страшные глаза. – Чего изволите?
– Мне бы хотелось взглянуть на гостей тайком. До того, как нас представят. Постарайся узнать, куда они пойдут, когда распакуют вещи, и скажи мне. Ладно?
– Будет сделано! – весело отрапортовала Дотти и умчалась, а через четверть часа вернулась с донесением: – Гостям подали чай на веранду.
Облачившись с целью маскировки в темно-зеленое платье и такой же шарф, Дороти крадучись спустилась по черной, лестнице и обошла дом с тыла. Низко пригибаясь к земле, кошачьим шагом обогнула веранду и, притаившись в зарослях рододендронов неподалеку, заняла наблюдательную позицию. За столом, увлеченно беседуя, сидели два молодых человека – один спиной к ней, другой в профиль.
Дороти тихонько отогнула ветку – чтобы разглядеть все как следует, – и детская любовь ожила в ней с новой силой. Медленно, словно стараясь вобрать в себя, она рассматривала породистого красавца – высокие скулы, придававшие смуглому от загара лицу некоторую надменность, большой, четко очерченный рот, нос с горбинкой, черные вразлет брови над глубокими серыми глазами… В том, что это Анри, не могло быть и капли сомнения. Дороти захлестнула волна чувственности, исходившая от всего его мужественного облика.
Между тем второй гость обернулся, и Дороти должна была признать, что он тоже весьма хорош собой. Яркий блондин с карими глазами и мягкими чертами лица… И наверняка с легким, податливым характером, решила Дороти.
Одним словом, обалденные мужики, как справедливо подметила шустрая Дотти. Или, если угодно, достойные образцы мужской фауны, способные привести в трепет любую женскую особь. И одеты с отменным вкусом… Дотти права: ну просто сдохнуть можно!
– Анри, сделай милость, растолкуй, зачем ты притащил меня с собой, – произнес блондин на французском.
– Как это зачем? Во-первых, лицезреть меня в роли послушного сына, а во-вторых, быть свидетелем моего обручения с очаровательной кузиной.
– Твоего обручения? Хватит трепаться! – Блондин сверкнул белозубой улыбкой. – Не родилась еще та женщина, которая заставит тебя расстаться с холостяцкой жизнью.
– Примерно так я и сказал любезной матушке, но она не стала меня слушать… – Анри вздохнул. – Пришлось уступить. Мишель, я приехал познакомиться с Дороти, а заодно представить и тебя одной из самых красивых наследниц Англии.
Дороти расплылась в улыбке. А еще говорят, не надо подслушивать: мол, все равно ничего хорошего о себе не услышишь…
– Сгораю от нетерпения! – оживился Мишель:
– Увы, мой друг, тебя ждет большое разочарование. – Анри развел руками. – Если Дороти и сейчас такая же уродина, какой была восемь лет назад… – Он вздохнул и закинул ногу на ногу. – Но мадам Ромье не переупрямишь!
– А может, твоя кузина похорошела?
– Размечтался! И куда же подевались ее кривые зубки и косые глазки?
– Даже так? Да, старик, случай тяжелый! – Мишель сочувственно хмыкнул. – Что будешь делать?
– С присущим мне тактом дам – понять ее предкам, что хотя и нахожу их дитя прелестным созданием, но в обозримом будущем – увы и ах! – жениться не собираюсь. – Анри ухмыльнулся. – Что скажешь?
– Честно? Придумай что-нибудь получше.
– А что тебе не нравится?
– Сказать женщине, что ты не создан для семьи, все равно, что размахивать красной тряпкой перед мордой быка! Как известно, женщин трудности не пугают. Напротив: чем сложнее тебя заполучить, тем с большим упорством они тебя домогаются.
– Умник, что посоветуешь?
– Друг мой, раз тебя не прельщают семейные радости, – дурашливым тоном сказал Мишель, – иди в монастырь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
