стал князем, уже не проблема.
Ростислав Владимирович пошел проводить обход, проверяя каждого приземлившегося человека. А я тем временем просканировал округу.
Если бы нападавший увидел, что его удар по самолету не принес результата, он бы атаковал чем-то серьезнее. Так что радостно вопить, что мы уцелели, пока что было преждевременно, враг мог быть поблизости.
Самолет не был защищен от работы магии, и кто-нибудь, обладающий подходящим даром, мог устроить нам замыкание на подлете к городу. С воздушным судном все было в порядке, после инцидента со старшим сыном Невского аэрофлот Русского царства перетрясли с головы до ног. Да я и сам устроил подаренным Емельяном Сергеевичем машинам дотошную проверку.
И так как на борту не было никого, кто мог бы организовать подобную аварию, остается магия. Способности к манипуляциям с электричеством — не такие часто встречающиеся, как обыкновенные стихии, однако и не сказать, чтобы были редкостью.
Точечное воздействие — настолько умелое, что я его даже не обнаружил, и вот вам авария. Тем более схема отработана в Выборге.
— Дмитрий Алексеевич, — обратился ко мне Ростислав Владимирович, встав передо мной, — травм никто не получил, мы можем выдвигаться в цивилизацию прямо сейчас.
Я кивнул, показывая, что услышал, а к нам подошел глава делегации.
— Князь, прошу вас принять мою благодарность за спасение, — пробормотал он, все еще потрясенный от пережитого. — Вся моя семья будет молиться за вас. Но нам не обязательно куда-то идти. Нас ведь наверняка видели…
— Не видели, Олег Константинович, — покачал головой я. — Создавая поле, дублирующее наш самолет, я задал силовым полям такие параметры, что мы казались пустым местом для всех наблюдателей. Так что никто не знает, что мы здесь.
— Но… — протянул он, явно не понимая моих мотивов.
А вот Иващенко сразу смекнул, о чем речь.
— Это не был несчастный случай, — сказал сержант, после чего взглянула на меня, и продолжил: — Неизвестный враг пытался сорвать нашу встречу с деспотом, а потому и ударил именно здесь, возле столицы. Так что Дмитрий Алексеевич правильно рассудил — если врагу ничего не стоило уничтожить наш самолет, и он бы увидел, что мы выжили, он бы нанес новый удар, и на этот раз не факт, что нам бы удалось уцелеть.
Посол взглянул на меня с вопросом в глазах, ожидая подтверждения.
— Я сейчас свяжусь с Русским царством, — предупредил я. — И до тех пор, пока мы не получим указаний из Москвы, лучше найти укрытие. Из людей, способных сражаться, у нас только я и Ростислав Владимирович, а враг неизвестен, и количество его солдат. Так что предлагаю уйти с поля.
Конечно, сорок семь человек в стогу не спрячешь. Это огромная толпа, так что и особо углубляться в красивый лесок рядом не было никакого смысла. Да и он искусственного происхождения, скорее, сад, чем чаща.
Пакет с информацией ушел сразу же, как мы приземлились, так что я велел никому не расходиться, пока ждем ответа государя, а сам подозвал к себе биологического брата.
Ростислав Владимирович после лечения наноботами, нужно признать, стал выглядеть гораздо солиднее. Да и война с пережитой на ней героической гибелью тоже наложили свой отпечаток.
В поджаром теле сержанта царской армии чувствовалась не только сила и готовность при нужде свернуть врага в бараний рог голыми руками. Прибавилась уверенность и хладнокровие во взгляде. Сейчас его бы никакой бретер не посмел бы задевать, а если бы рискнул, ему пришлось бы собирать выбитые зубы сломанными руками.
Даже я, следящий за собой, по сравнению с Иващенко, смотрелся хлюпиком. А его брутальная короткая прическа и вовсе превращала моего биологического брата в головореза, завидев которого добрые люди должны переходить на другую сторону улицы.
И эта разница во внешности делала нас совершенно непохожими друг на друга. Пожалуй, даже Игорь Михайлович вряд ли бы назвал нас братьями.
— Ростислав Владимирович, — начал было я, но Иващенко меня прервал.
— Простите, Дмитрий Алексеевич, что я вас перебиваю, — произнес он. — Но прошу вас, называйте меня по имени. Вы только что снова мне жизнь спасли.
Он глядел на меня совершенно серьезно, так что я не видел повода отказывать. В конце концов, он был прав: если бы не я, Иващенко давно бы сгнил где-нибудь на дне Москва-реки.
— Хорошо, Ростислав, — кивнул я. — Перейдем к делу. Из всех здесь присутствующих только у вас достаточно опыта, чтобы руководить людьми в боевой обстановке. Так что я полагаюсь на вас.
Он хмыкнул, по его лицу было заметно, что он мог бы со мной поспорить. Но не стал.
— Сделаю все, что в моих силах, Дмитрий Алексеевич, — ответил он. — Мы надолго здесь? Нужно знать, окапываемся мы или будем уходить.
— Минуту, — я чуть скосил взгляд. — Отряд наших бойцов направляется по нашим координатам. Будут здесь через пару часов — далеко я нас закинул.
Сержант кивнул и по-деловому осмотрелся.
— Как назло и оружия никакого.
Я взглянул на небо и хмыкнул.
— Ну, положим, оружие у нас сейчас будет. Прошу вас, Ростислав, успокойте наших подопечных. Сейчас начнется…
Уточнять, что именно, сержант не стал, а сразу же направился выполнять указание. А я проводил взглядом приближающиеся инверсионные следы на высоте в пару тысяч метров, и сделал шаг назад.
«Стражи» падали с неба, доставленные самолетом Романовых. Я не наивный дурак, и с голыми руками в чужую страну лететь не планировал. Но не везти же боевые доспехи в багаже царского посольства? Меня бы просто не поняли.
Сам транспорт использовал трофейную систему невидимости, а потому я видел его исключительно в дополненной линзами реальности. Пересечь границу для самолета было делом плевым — ни одна современная система слежения его не видела. За исключением «Оракула», разумеется.
С ревом двигателей на поле стали падать мои гвардейцы. Приземлялись они одинаково — на колено, упирая руку в землю. Комья земли и обрывки травы разлетались в стороны от каждого из двадцати бойцов под управлением «Роя». Эффектное появление, в чем я смог убедиться, разглядывая лица посольских и экипажа погибшего воздушного судна.
— Господа, — обратился я к жертвам крушения, — к сожалению, доспехов на всех не хватит. Однако не стоит опасаться, к нам уже выслана подмога, и через пару часов, пока мы обживаемся в этом парке…
С неба упала последняя посылка — капсула с гербом Романовых в центре, и я махнул рукой Ростиславу, чтобы следовал за мной.
— …все будет в полном порядке, — закончил я свою мысль. — Сержант, я знаю, что в Британии вы работали немного другим оружием, но, уверен, легко разберетесь.
Я коснулся панели,
