убеждена в том, что я готов отстаивать её перед столицей и, если придется, кем угодно другим и всё ещё раздумывает над моим предложением стать частью моего Рода — и судя по гневно раздувающимся ноздрям девушки, слова придурка Выхина её тоже задели. Отлично…
— Но чтобы никто не обвинял меня позднее в излишней жестокости и том, что я не дал вам шанса, я предлагаю вам дуэль. Не со мной, разумеется, — поднял я ладонь, не дав Архимагу шанса отказаться. — Сразитесь с кем-нибудь из моих подчиненных. Здесь и сейчас, по условиям, которые выберете сами.
Я бросил короткий взгляд на Тёмного, но, к моему удивлению, с легкой улыбкой на ноги поднялась Ольга Инжирская. Светлая коротко поклонилась мне, а затем и остальным присутствующим, и заявила:
— Я Ольга Николаева-Шуйская, принятая со стороны господином Аристархом в Род. И я не могу и не хочу молча игнорировать факт того, что кто-то оскорбил моего Главу в моём присутствии. Олег Семенович, если вам достанет мужества — примите мой вызов на дуэль!
Новости о том, что драться придется лишь с недавно взявшей ранг чародейкой, изрядно добавила мужества Выхину. Нормальный цвет лица вернулся к волшебнику, и он, внимательно оглядев ауру Ольги, явственно свидетельствующую о том, что Архимагом она стала не больше полугода назад, он кивнул и ответил:
— Сегодня, после этого совещания. До первой крови, сталь и магия.
— Принимается, — кивнула Ольга, вновь опускаясь в своё кресло.
— Что ж, с этим мы разобрались, — усмехнулся я и напоследок как следует, не скупясь придавил аурой придурка.
Пошатнувшись, Выхин выдохнул сквозь стиснутые зубы и сел на своё место, однако на этот раз открывать рот не рискнул. Ну, хоть немного мозги работают. Непуганные идиоты обитают в столице, ох непуганые…
— Вернемся к шведскому принцу, господа, — напомнил я. — Судя по тому, что мы о нём знаем, он далеко не идиот, а потому ожидать, что он продолжит движение в направлении Петрограда не стоит. Ну и слова о том, что он явится за моей головой, я склонен воспринимать весьма серьёзно… Он заберет все до сих пор не задействованные силы и отправится к нам. И это действительно плохие новости…
— Но причин так уж его страшиться я тоже не вижу, — возразил всё тот же Выхин. — При всем уважении, Аристарх Николаевич — теперь мы знаем, что он силён и опасен, и потому будем готовы. У нас здесь четверо Магов Заклятий — вы, госпожа Успенская, Тойво Валге и Игнат Борисов. Притом господин Тойво, насколько мне известно, куда сильнее погибшего Солдатова — мало того, что он Маг пяти Заклятий, он всегда был сильнее Федора Никитича. Плюс, насколько мне известно, совсем скоро сюда прибудет ещё как минимум семеро Магов — четверо из Александровской губернии и трое из боярских Родов. Прибудут вместе со своими армиями и флотами, что несомненно укрепит наши силы — итого у нас выйдет одиннадцать Магов против восьми, в крайнем случае девяти шведских. Преимущество на нашей стороне — так к чему такая тревога?
— Как удобно, когда в другой конец страны на помощь вассалам Императора прибывают совсем не его войска и сторонники с целью расхлебывать заваренную им кашу… — ни к кому в отдельности не обращаясь заметила Успенская.
На этот раз Выхин благоразумно промолчал, ограничившись недовольным взглядом на чародейке. Впрочем, большинство присутствующих поглядело на неё также — здесь ведь, по большому счету, присутствовали представители Рода Романовых и генералы Имперской Армии и Воздушного Флота. И при них в лицо бросать подобные обвинения Императору было моветоном…
На который Успенской было откровенно наплевать. Десятилетиями скрываясь на богом забытом острове в Балтике, с одной стороны — почти под носом Императора и его ищеек, с другой же в такой дыре, куда они даже не всматривались всерьёз, она ничуть не остыла от своих обид.
Красивая, видная чародейка из обедневшего и распавшегося дворянского Рода, она обладала уникальным талантом и внешностью, сумевшей зацепить самого Императора. Казалось, все условия для того, чтобы возродить Род и привести его на невиданную до того степень могущества и славы, были у неё в руках — будь фавориткой Императора, развивай личное могущество и умело используй положение, чтобы возвеличить свой Род…
Но девица оказалась упрямой и принципиальной и становиться игрушкой для постельных утех венценосца Всероссийского не пожелала. Что вылилось в неудовольствие Николая Третьего, гибель на дуэли её жениха и отчаянную, глупую выходку со стороны разъяренной женщины — там своей магией Пространства буквально разорвала на куски убийцу своего жениха.
Убийцу, носившего капитанские нашивки лейб-гвардии Его Императорского Величества и в момент её нападения находившегося при исполнении своих служебных обязанностей. Девушка Младший Магистр, сумевшая в схватке сдюжить с Магистром Старшим, оказалась вне закона.
Гнев Императора оказался тяжел. Род Успенских лишился дворянского положения, всех владений и привилегий, его представители лишились всех государственных постов — скандал был жуткий, по слухам. Первое десятилетие правления Николая, времена, когда многие лишились влияния, доходов, а иной раз и голов…
Чародейка, увлекающаяся магией Пространства, чудом сумела бежать. И после этого вся её жизнь превратилась в череду побегов и погонь, попыток скрыться и постоянного страха за свою жизнь.
Клятвы, принесенные не Императору лично, а самой Империи — как выдающийся гений они обучалась в Петроградской Академии Оккультных Наук, а потому вынуждена была приносить определенные клятвы на верность стране — не позволяли ей поступить самым простым и логичным образом. Пойти в услужение другому государству и предать Империю с такими клятвами было нереально — она была гением с потенциалом Мага Заклятий, и такие люди, получая образование в столичной или любой иной высшей магической академии Империи были скованы весьма могущественными клятвами. Каждая из которых обходилась Империи в огромную сумму — лишь поэтому такие клятвы не были распространены вообще на всех чародеев, обучающихся в подобных заведениях…
В общем, причин не любить Романовых в целом и Императора в частности у неё было предостаточно. Тем удивительнее был тот факт, что именно служащие на флоте представители Императорского Рода привели её ко мне в критической ситуации…
— Господа, во первых — ещё неизвестно, сколько на самом деле будет чародеев восьмого ранга на стороне противника, — вмешался я. — Возможно, их будет куда больше десятка. Шведы уже показали, что умеют неприятно удивлять… Во вторых — касательно силы принца Швеции. Просто поверьте мне на слово — мало в этом
