подстроенной вами катастрофой, но первокурсников этому не учат. Вы задаёте Ольге слишком сложные задания, превосходящие её возможности: аварийная ситуация во всех пяти уроках, она гибнет третий раз за последние два дня! Вот обязательно было устраивать этот пожар на последних секундах?
Арина Родионовна спорила с Петровым, подняв в красном полумраке академические таблицы для наглядности своих слов.
— Арина, не начинай. Ты прекрасно знаешь, что нынешние учебные программы Академии откровенно слабы и почти не готовят курсантов к действию в чрезвычайной ситуации, целиком положившись на автоматику. А космонавт, неспособный справиться с аварией, не стоит и ломаного гроша!
— Да, я даю ей более сложные задания, чем обычно, я постоянно испытываю Ольгу аварийными сценариями и буду делать так и дальше, но оно того стоит: Воронок должна быть подготовлена по высшему разряду. Ты в неё веришь, и я тоже, значит, девчонка справится. И десяток виртуальных катастроф не будут лишними и не убьют её — в конце концов, никто ещё не слышал о героически погибшем экипаже тренажёра. Сейчас Ольге больно, тяжело и страшно, но когда-нибудь мои уроки спасут ей жизнь. И тогда не забудьте сказать спасибо!
Куратор повернулся к девочке:
— Оля, что ты можешь сказать о катастрофе?
Ольга ответила не сразу — она вспоминала пятый учебный полёт во всех подробностях, от первой до последней секунды, пытаясь найти ошибку. Что она сделала не так?
— Я не смогла ликвидировать последствия взрыва четвёртого двигателя, особенно смещение груза и отказ системы управления векторами тяги. И мне не хватило топлива.
— Да-да, всё верно: нарушение центровки, отказ рулевой системы и нехватка топлива. Но это всё следствие твоих ошибок, всех этих неприятностей можно было избежать. Смотри сюда, Воронок.
Куратор включает перед ученицей трёхмерную модель грузовика вместе со схемой размещения груза:
— Нарушение центровки при сильных маневрах происходит только в том случае, если груз в трюм укладывают неправильно, а руководила погрузкой ты. Здесь и вот здесь ты неправильно распределила вес, допустив ошибку с расчётом центра тяжести. За эту ошибку в самом начале урока электрошок дважды поправлял тебя, но ты не сделала нужных выводов. Неудивительно, что, когда ты дала полный газ, контейнеры сорвались, разрушив пост управления.
— А нехватка топлива в решающий момент — тут кто виноват, Юрий Гагарин? Из-за нарушения центровки при погрузке корабль с первых секунд плохо слушался рулей, на каждом маневре сжигая больше топлива, чем положено. Посмотри на повторе — при последнем повороте грузовик бросало из стороны в сторону, как необъезженную лошадь. Маневровые движки сожгли на двенадцать процентов горючего больше, чем положено, именно этих двенадцати процентов тебе и не хватило в решающий момент! Одна ошибка закономерно приводит к другой, и в итоге мы получаем столкновение вместо стыковки. А ведь электрошок предупреждал тебя о каждой твоей оплошности, вот для чего там стоят электроды, а вовсе не для того, чтобы мучить маленьких девочек, что бы там Арина ни говорила.
Куратор грозно нахмурил брови и продолжил:
— Стыковка — исключительно важный маневр, именно при стыковке происходит большинство катастроф. Отработать посадку грузовиков ты должна до автоматизма, в любой момент будучи способной правильно реагировать на любую чрезвычайную ситуацию просто для того, чтобы не погибнуть самой и не погубить своих товарищей.
— Пойми: всё ваше снабжение зависит от того, сможешь ты причалить грузовик или нет. Высокий Дом не является автономной станцией, ты ведь понимаешь, что значит автономный! Твой космический Дом не может вырабатывать кислород или воду, не может выращивать продовольствие или производить необходимые запчасти. Всё нужное привозят извне, и, если перевозки сорвутся из-за того, что ты не научишься как следует принимать грузовики, плохо будет в первую очередь тебе. Вот кончатся у тебя продукты, и что будешь делать? Ботинки съешь, как Чарли Чаплин в «Золотой Лихорадке»? Съешь ботинки и шнурком закусишь?
Девочка улыбнулась было, но куратор оборвал веселье строгим взглядом:
— Это совсем не так смешно, как кажется. Знаешь ли ты про случаи каннибализма во время голода во Фрипорте? Про Каппу Дальнюю, личный состав которой погиб от жажды? Про то, как на Хевроне-8 убивали за глоток кислорода? И множество других страшных катастроф времён Экспансии и Первой Космической Войны — все по причине срыва перевозок. По причине таких вот глупых ошибок!
Петров устало откинулся в кресле, рука его безнадёжно махнула в сторону Ольги. Девочка опустила голову, не зная, как оправдаться, но тут вступила няня:
— Куратор Петров, вы слишком драматизируете. Да, Ольга не справилась с уроком, но это вовсе не значит, что она не понимает смысла происходящего. Уверяю вас, моя ученица полностью осознаёт важность данного упражнения, я подробно объясняла ей значимость перевозок, и она поняла меня в точности. По паспорту ей, может быть, и шесть лет, но по уму и подготовке Ольга легко превзойдёт десятилетнего земного оболтуса! А может, и двенадцатилетнего.
Арина сердито помолчала и добавила:
— Вы думаете, она не понимает, что делает, не понимает, как это важно? Всё она отлично понимает, и всё у неё получается. Да, нам есть, над чем поработать, но всё же её результаты лучше с каждым занятием, Ольга осваивает пилотирование с удивительной скоростью! Вам напомнить ваши оценки в Академии? Напомнить с какого раза вы на ручняке состыковались хотя бы на «удовлетворительно»?
Арина убрала руку с плеча девочки, выпрямилась и стала ещё более похожа на очень строгого начальника, глаза её сурово и неумолимо смотрели на земного коллегу, не обещая ничего хорошего:
— Тройка — оценка несправедливая с учётом аварийной ситуации. В процессе подготовки Ольги я имею такое же право голоса, как и вы, и считаю, что тут как минимум «удовлетворительно», ближе к «хорошо». Пусть ещё раз попробует привести корабль, у неё получится, в следующий раз она справится с подстроенной вами аварией!
Петров оценивающе глянул на ученицу, раздумывая о чём-то:
— Только учтите: я обязательно придумаю что-нибудь особо каверзное. Ну хорошо, если успеете, то попробуем ещё раз на следующем обороте. У вас восемьдесят пять минут до начала урока. Конец связи.
Куратор торопливо удалился, недовольно бормоча что-то под нос. Ольга встала из кресла, по-кошачьи выгнула спину, потом подошла к иллюминатору и всмотрелась в проплывающую внизу тёмную Землю.
Большая часть Европы закрыта непроницаемыми облаками, только в районе Средиземноморья появлялись просветы в густом сером покрывале. Девочка наблюдает за бушующей над побережьем Туниса грозой, тёмными морскими водами, огнями Сицилии и Пиренейского полуострова, стараясь не обращать внимания на боль в руках.
— Да, Оль, сегодня электрошок задал тебе хорошую трёпку, — няня привычным движением
