— Мама…
Никто не откликнулся. Она прошла в комнату. На диване сидела, сгорбившись, пожилая женщина. Оля бросилась к ней:
— Мама, что случилось?
Женщина подняла глаза — в них была такая мука, что Олины страдания сразу отступили на второй план.
— Мама, что?..
Ровным бесцветным голосом женщина сказала:
— Сегодня твоего отца выгнали из университета. Дома с ним случился сердечный приступ. Я вызвала «скорую».
— Где же папа, в больнице? — Оля лихорадочно сжала плечи матери. — Говори скорее, говори все!
— Он умер. Умер.
Часть первая
1
Этим летом жара в Москве стояла просто невыносимая. Слепяще-белое солнце палило, как в пустыне Сахара, листья на деревьях желтели и сохли от зноя. Счастливчики отпускники проводили время на дачах, а остальные передвигались по городу, словно сонные мухи. Вообще-то Лена жару любила и переносила ее легко, но сегодня вид пыльного Нового Арбата и плавящийся под каблуками асфальт раздражали безмерно.
Она шла к метро «Арбатская», не задерживаясь даже взглядом на палатках с мороженым и водой — конечно, в нормальном состоянии она соблазнилась бы чем-нибудь холодненьким, но сейчас… Пусть уж совсем все будет плохо, чем хуже, тем лучше! У «Праги» за столиком пила пиво компания «крутых» подростков: один из них скользнул взглядом по Лене и что-то сказал остальным. Парни обернулись и провожали ее глазами до тех пор, пока она не скрылась в переходе. Лена недовольно передернула плечами. Что толку в том, что на улицах на нее оглядываются! Вообще что толку быть красивой, если все равно это не помогает получить то, что хочешь!
Еще не доходя до вестибюля метро, она заметила одинокую фигуру Славика — спрятался в тень, бедный, но все равно жарко. Она опоздала почти на час, и все это время он проторчал здесь как привязанный. Но и Славика сейчас не было жалко. Он увидел Лену, но не двинулся с места, а просто стоял и смотрел, как она идет к нему, девушка-подарок, девушка из сказки, непостижимая грация в каждом движении, светлые тонкие волосы разлетаются при каждом шаге… У Славика перехватило дыхание. Он никогда не привыкнет к тому, что это его девушка, что сейчас он запросто поцелует ее и спросит: «Ну, как дела?»
— Привет. — Славик наклонился и поцеловал Лену в щеку. — Ну как дела?
— Хуже не бывает. — Лена хмуро взглянула на него и отбросила со лба светлую прядь.
— Неужели не прошла?
— Нет.
— Но тебе же обещали…
— Что мне обещали? Взять, если останется место. Ну так вот, его не осталось. Раскланялись и велели приходить через год.
— Ну и дураки! Если уж тебя не брать в театральный, то я не знаю, кто им там нужен! Ты же любой голливудской красотке сто очков вперед дашь!
— Видишь ли, миленький, для того чтобы быть актрисой, красоты мало. Еще и талант нужен. Банально, но факт. А с талантом у меня, видно, не так хорошо, как с внешними данными.
Лена закусила губу, чтобы не расплакаться. Прошла же ведь, прошла все три тура! И именно в Щукинское — мечта всей жизни! На амплуа инженю было две претендентки — она и еще одна девушка. Взяли ту, другую. Как же, дочь известного режиссера! «Приходите в следующем году». Можно подумать, что в следующем году ничьи дети поступать не будут. Славик дотронулся до ее плеча.
— Подожди минуточку, я сейчас!
Метнулся в сторону и тут же появился с букетом роскошных темно-красных роз:
— Держи!
— Спасибо, конечно, но этим ничего не исправишь. — Лена наклонилась к крупным головкам цветов — в такую жару даже розы почти не пахли.
— Хочешь, пойдем куда-нибудь?
— Нет. — Лена глубоко вздохнула. — Только домой. К маме.
Славика это предложение не восхитило, но спорить он не стал. Ленину маму он побаивался и старался попадаться ей на глаза как можно реже. Вообще с тех пор, как он мальчишкой-пятиклассником в первый раз попал в квартиру Трофимовых, он не мог побороть чувство собственной ущербности. Не то чтобы это была богатая квартира — нет, там не было никаких западных прибамбасов, даже элементарного видео и то не было. Простая светлая мебель, много книг, несколько картин… Славику очень понравилась одна — маленький мальчик и пони. «Эскиз Брюллова», — мимоходом сказала тогда Лена. Конечно, в этом доме на стене мог висеть только Брюллов. Ну, или Рокотов, или Венецианов. И было непонятно, что именно создавало атмосферу неуловимого, но несомненного аристократизма: то ли эти картины, то ли громадное старинное трюмо в прихожей, то ли слабый аромат цветов…
Во всех комнатах и на кухне даже зимой стояли цветы в изящных вазах. Одно только странно — в этом доме не жаловали белый цвет. Даже хризантемы, которым по определению полагается быть белыми, в соответствии со вкусом Лениной мамы покупались либо желтые, либо лиловато-розоватые. Лена как-то мимоходом сказала, что мама не любит белый цвет. Ну что ж, не любит так не любит — Славик принял к сведению и больше над этим не задумывался.
Но вообще-то мальчику из обычной московской семьи — папа-врач, мама-инженер — было неуютно в этом доме, особенно в присутствии Лениной мамы.
Ольга Васильевна вообще была непохожа на маму. Мало того, что она была неправдоподобно молода — она была неправдоподобно красива. Теперь-то Славик понял, от кого Лена унаследовала свою сногсшибательную внешность. Светлые прямые волосы, голубые глаза, правильные черты лица, потрясающая кожа. Стиль Катрин Денев и у матери, и у дочери, только в Лене, слава Богу, нет этой внутренней холодноватости и отстраненности. Славик никогда не видел Ольгу Васильевну неприбранной, в домашнем халате и в бигуди, как ходила дома его мама. Создавалось впечатление, что Ольга Васильевна либо сейчас отправится на торжественный прием, либо только что с такого приема вернулась. Работала она в каком-то Центре по культурным связям и часто уезжала в командировки — Лондон, Париж, Рим… Лена мать обожала — жили они вдвоем. О своем отце девушка никогда не рассказывала.
Всю дорогу до Маросейки Лена молчала — Славик никак не мог понять, слышала ли она хоть слово из того, что он говорил. В подъезде он приостановился:
— Знаешь…
— Что? — Лена вскинула на него глаза, и у него снова комок подступил к горлу — таких девушек не бывает!
— Лена… — Славик привлек ее к себе и робко коснулся губами ее волос. Она отстранилась:
— Ну что ты, нашел время! Пойдем?
— А Ольга Васильевна точно дома?
— Да. У нее творческий день.
— Знаешь, я, пожалуй, не пойду. Я вам буду только мешать.
Он надеялся, что она скажет: «Нет, ну что ты», но Лена равнодушно пожала плечами:
