великой тайны, Забава довольно улыбнулась и произнесла:
Для него ты будешь Радой, а всё остальное — не моя уже забота, — и тут же скрылась в тонкой завесе меж мирами.
Вдали послышался раскат грома, первые капли упали на пожухлую траву, ветер поднял хоровод разноцветных листьев, пока Рогнеда стояла, пытаясь придумать план. Одно дело — испугать и проучить непутёвого, совсем иное — избавиться от него навсегда. Похоже, она вновь вляпалась в неприятности.
Серый волк
«Помыслы твои просты и наивны, душа светла и юна — за это дар необычный положен сполна. Но помни, однако ж: защита невинных отныне забота твоя. Леса и земли от напастей охотников оберегай, зверьё и деревья в обиду никогда не давай. За верность и храбрость получишь награду, а за проступки — жестокую кару».
Из воспоминаний о Рогнеде Великого Лешего — Дубровца,
принявшего под свою защиту множество отчаявшихся душ.
Лес Сосновца, Явь
— Поверить не могу, что ты интересуешься походами в лес и собираешь грибы. Весьма необычные увлечения для юной девушки, — удивился Виктор.
— Спасибо, сочту за комплимент, — бросила через плечо Рогнеда, шагая впереди с корзинкой в руках.
— Знаешь, когда ты написала про свидание на природе, я представлял себе миленький пикник на поляне или берегу озера, но это, — он развел руками, словно пытался обнять округу, — превосходит все ожидания.
На лице Рогнеды появилась очередная миловидная улыбка — одно тошнотворное притворство.
С самого начала она считала идею мавок бестолковой, но отчего-то рискнула им довериться. Создала профиль в социальных сетях, нашла этого Витю и представилась самой обычной девушкой. О первом свидании договорились через пару недель виртуального общения, и уже тогда молодой мужчина не понравился Рогнеде. Он показался ей чересчур обходительным, двуличным, скользким и слишком уж настырным — верный знак нехорошего человека. Однако все её намёки и разговоры про охоту оставались словно незамеченными, поэтому Рогнеда и стала сомневаться в браконьерстве Виктора. Поделившись мыслями с Забавой, которая опять удумала сказываться обиженной, Рогнеда решилась на отчаянный шаг: на очередном свидании отвести Витю в тот самый лес, где он злодействовал, и присмотреться к его поведению.
Теперь они бродили на свежем воздухе около двух часов, в течение которых слова мавок подтверждались. Виктор ступал очень тихо, легко определял направление пути, замечал едва видимые тропинки и следы зверей. Когда мужчина запросто распознал ловушку, которую мог поставить только опытный охотник, Рогнеда окончательно поверила Забаве. Внутри неё тут же разгорелась лютая неприязнь, граничащая с ненавистью, а желание расправиться с негодяем клокотало всё сильнее и сильнее, но нужно было выждать определённого момента.
— Кстати, ты так и не рассказала, откуда так хорошо знаешь эти места, — проговорил Витя, поддевая носом ботинка кучу опавших листьев. Он внимательно посмотрел на Рогнеду, улыбаясь, хоть глаза и оставались холодными. — Может, расскажешь?
Девушка замерла: этот простой вопрос поднял в её душе ворох старых воспоминаний.
Рогнеда родилась очень давно: тогда ещё было принято праздновать Новый год в сентябре, а земли наполняли смутные времена. Она рано осталась сиротой и жила в ветхой избушке на краю деревни.
Родительское хозяйство было бедным: немолодая корова, три козы, скудный огород на худой земле обветшалая печка. «Заботливые» соседки настырно уговаривали девушку избавиться от скотины, чтобы выручить пару монет, но Рогнеда слушать никого не стала. Она слишком сильно была привязана к дому и животным, цеплялась за них, словно они могли вернуть ей счастливые моменты, когда родители ещё были живы. Поэтому поклялась, что ни один нож не тронет животных.
Так и жила дикаркой в худой лачужке, но зато в окружении пушистых и пернатых друзей. Рогнеда старалась всячески заботиться о них: обрабатывала раны, подкармливала каждого, выхаживала брошенных и больных. А те словно в награду приносили ей гостинцы: ягоды, коренья, грибы и цветы всякие, точно, как в настоящей сказке. Возможно, и дальше бы могла Рогнеда жить в одиночестве и покое, но приключилось несчастье, навсегда изменившее её.
Однажды, прогуливаясь по лесу, ставшим точно вторым домом, в поиске грибов, Рогнеда увидела, как сосед-душегуб с дружками своими решили извести маленьких лисят, что жались к умирающей матери. В душе девицы пробудился настоящий гнев, толкнувший на необдуманный шаг. Она подкралась к мужикам, притаившимся в засаде, и швырнула в них шишку. От этой выходки лисята испугались и тут же умчались, мелькая рыжими хвостами. Но, пока Рогнеда счастливо смотрела им вслед, мужики быстро поняли, что случилось и кто виноват.
Заметив движение слева, Рогнеде вдруг подскочила и встретилась лицом с неприятелями, что гнусно улыбались. Страх моментально заставил девицу рвануть с места в тёмную чащу. Она бежала, не разбирая троп и ориентиров, перепрыгивала через коряги и кочки, но охотники не думали отставать. Они гадко потешались, бросались шутками и намёками, заставляя Рогнеду двигаться быстрее и быстрее. Отчаяние дурманило голову, удары сердца отдавались в ушах, а злые голоса слышались прямо за спиной. Из последних сил Рогнеда добежала до густых зарослей кустарника и притаилась там, шепча молитву лешему.
— Эй, земля! Приём, как слышно, приём? — голос Виктор вывел из нахлынувших воспоминаний. — Ты чего так застыла-то?
— А? — Рогнеда ошарашено посмотрела по сторонам, сбрасывая морок, и, окончательно придя в себя, кивнула: — Всё нормально, — отряхнув новую куртку от невидимой пыли и поправив шапку, зашагала глубже в чащу.
Много лет Рогнеда не вспоминала своего прошлого, предпочитая забыть его как страшный сон. Она даже больше никогда не бывала в том самом лесу, словно опасалась, что одни только виды способны вернуть её в тот роковой день.
Виктор бросил на неё обеспокоенный взгляд, но смолчал — ссориться с этой чудной особой не хотелось. Конечно, он совсем иначе представлял их пятое свидание, но раз уж сказал, что выбор места за дамой, то нужно слово держать. По этой причине и приходилось молча брести за Радой — так девушка представилась ещё на первой встрече — и собирать грибы.
— Так, что расскажешь-то? Откуда про лес прознала? — спросил Витя, наклоняясь за лисичками и закидывая их в корзинку. — Только не говори, что бываешь тут каждые выходные, — попытался пошутить мужчина.
— Мой дед был тут лесничим, — протараторила она заученную по наставлению мавок легенду. — Он и таскал меня с собой повсюду. Так что не
