тишину. — Она же недалеко! Ты всё обещаешь, а не делаешь. Совсем меня не любишь.
— Ну что за глупости, Зоя? — Кирилл набросил на худенькие плечи девушки тёплый плед. — Разве я дал повод усомниться в своих чувствах?
— А почему тогда не можешь сводить меня на другой берег? Почему я только и слышу про завтра? Ты что, там хранишь свои секреты? — Голубые глаза злобно засверкали.
Кирилл изумлённо уставился на неё, поражаясь быстроте необоснованных и нелепых выводов. Зоя перебралась к нему пару месяцев назад и с первого же дня загорелась идеей сходить на другой берег протекающей рядом реки. Ни окружающий просторный особняк лес, ни расположенный неподалёку пруд с прозрачной водой — ничто не интересовало девушку так же сильно, как широкий мост и противоположный край земли, где громоздились высоченные горы.
— Что молчишь? Угадала, да? — Зоя взбрыкнула, скидывая плед.
— Ну что ты такое говоришь? — Он крепко обнял её, игнорируя вялые протесты. — На том берегу нет ничего примечательного: такой же лес и всё. Поэтому я просто не понимаю твоего повышенного любопытства к этой пещере. Что там может быть такого, Зоя?
Она посмотрела на Кирилла исподлобья и упрямо отвернулась, вновь рассматривая испещрённый острыми булыжниками берег. Огромный многовековой дуб одиноко охранял вход в крутую пещеру, уходящую глубоко вниз. Кирилл сам построил особняк, а потому исследовал каждый закоулок окружающей территории. Поэтому он не раз бывал и на другом берегу, ходил в пещеру и знал, что скрывается в ней, а ещё помнил, по каким причинам не стоит соваться туда просто так.
Кирилл устало вздохнул, пряча лицо в густых каштановых волосах любимой. За всё время знакомства Зоя никогда ещё не отказывалась от своих намерений. Поэтому рассчитывать на то, что девушка уступит в этот раз — наивная беспечность.
С улыбкой Кирилл вспомнил, как Зоя первая завязала с ним разговор и так неожиданно, но прочно вошла в его жизнь, что теперь он и не представлял, как раньше обходился без неё. Зоя стала тем самым лучиком надежды, необходимым воздухом, в котором Кирилл отчаянно нуждался все эти годы. Пустяковые капризы ничего не значили для него: наряды, украшения, косметика, книги и сотни ароматических свечей — он был готов подарить ей всё, что угодно, лишь бы она улыбалась.
— Хорошо. — Кирилл сдался. — Мы сходим с тобой на тот берег и посетим пещеру, и ты убедишься, что ничего интересного там нет.
— Спасибо, спасибо, спасибо! — Зоя засияла от счастья и прильнула к его крепкой груди.
— Но при одном условии, — девушка удивлённо уставилась на Кирилла: — Ты не отойдёшь от меня ни на шаг, не прикоснёшься ни к чему и никогда не будешь перебираться туда в одиночку, — потребовал он, заставляя Зою недоверчиво нахмуриться.
— Почему? Боишься, что заблужусь? — усмехнулась она, запуская ладошку в его густые каштановые волосы.
— Мост постоянно гниёт, — пояснил Кирилл. — Наступишь не туда и тут же провалишься в воду. Не думаю, что тебе это понравится. Поэтому мы договорились? Обещаешь, что не нарушишь слова?
Зоя активно закивала, и на долю секунды Кириллу показалось, что она согласится на всё, лишь бы её желание осуществилось. Прижав девушку к себе, он помрачнел и поджал губы, молясь о благоразумии возлюбленной. Кирилл отчаянно хотел верить, что прогулка на злосчастный берег сможет утихомирить нездоровый энтузиазм Зои, и более они никогда не вернутся к этой теме. Крепко зажмурившись, Кирилл постарался отогнать от себя все сомнения и дурное предчувствие, упорно шепчущее, что не стоит надеяться на лучшее.
На следующий день пара отправилась на противоположный берег. Деревянная переправа показалась Зое прочной, но Кирилл попросил в точности повторять его движения: шаг по левой стороне, два по правой, четыре в центре, один посередине и снова три справа. Такую точность Кирилл объяснил: он менял по весне худые доски на новые и отлично помнил, где самые прочные. Аккуратно ступая за ним след в след, Зоя пробралась на другую сторону и блаженно улыбнулась — её желание сбылось наполовину!
Но стоило только оглядеться, как Зою ожидало разочарование. Как и говорил Кирилл, противоположный берег оказался совершенно обыкновенным. Всё тот же мрачный и тёмный лес, увядающая трава, одинокий дуб, но только ветер дул слишком холодный. Поёжившись, Зоя перевела взгляд на высоченные горы, которые вселяли чувство собственного ничтожества перед их исполинским великолепием. Однако это ничуть не смутило девушку, и, не обращая внимания на предупреждающий стон дуба, она уверенно зашагала за Кириллом через проход в полумрак.
На удивление пещера оказалась совсем не узкой и тёмной, а достаточно широкой. Не было и спёртого воздуха, от которого бы мигом закружилась голова. Вместо этого тело окутывали прохлада и свежесть, а просторный каменный зал плавно уводил вниз. Ожидаемая непроглядная тьма рассеивалась дальним отблеском света впереди и лучами зажжённых фонарей, которые предусмотрительно захватил Кирилл.
— Ты бывал здесь? — вопрос Зои разлетелся эхом, заставляя мужчину обернуться и приложить палец к губам. Он кивнул, продолжая идти вперед.
Осматриваясь по сторонам, Зоя предвкушала найти наскальные рисунки, давно оставленные скелеты или брошенную утварь, но ей встречались лишь пустота и камни. Вся пещера казалась абсолютно нетронутой рукой человека. «Странно. Кирилл говорил, что в округе часто бывают туристы. Они-то могли оставить хотя бы мусор», — размышляла Зоя, подсвечивая каждый уголок пещеры.
Мелкие камешки хрустели под ботинками, потоки ветерка чуть касались щёк, пока спутники спускались ниже и ниже. Умение Кирилла хорошо ориентироваться на местности не осталось без внимания Зои, но она лишь прикусила щёку, не позволяя саркастичному комментарию сорваться с губ.
«Конечно, было бы странно не посетить эти подземелья за столько лет жизни в здешних местах. Хотя сколько он тут живёт? Не помню, чтобы говорил», — размышляла она.
— Кир, а как давно ты перебрался в эту глушь? — осторожно спросила Зоя.
— Я же уже говорил. — Кирилл подал ей ладонь, помогая перелезть валун.
— Ну напомни, пожалуйста. Через меня столько информации проходит каждый день, ты же знаешь.
Кирилл взял её за руку и стал рассказывать:
— Два года тому назад, когда получил наследство. Дом принадлежал деду, он вроде как лесничем раньше был. Мы не особо общались, но я был единственным внуком. Ну а я очень устал от шума города: постоянные пробки, машины, все куда-то спешат — в общем, надоело
