был кто-то из будущих офицеров ГРУ, но нет. Обычный рядовой из мотострелков. Как это может быть?
Тут в голову к Виктору Викторовичу закрались смутные подозрения.
— Товарищ полковник, разрешите вопрос?
— Да?
— А как фамилия этого рядового? Быть может, он уже где-то и когда-то попадал в поле нашего зрения?
— Думаешь, это важно⁈ — тем не менее, полковник быстро полистал папку с отчетом. — Хм, вот… Громов! Максим Сергеевич!
Услышав это, майор Кикоть словно оцепенел… Вот это поворот!
* * *
— Алексей Семенович! — вздохнул подполковник Каменев. — Что-то я тебя не пойму! Откуда столько желчи?
За прошедшие напряженные дни, командир части практически не спал. Лицо осунулось, глаза были красные. Казалось, он резко постарел на пару лет.
— Ну а что? — возразил майор Ветров, суетливо присаживаясь за стол. — Смотрите… Рядовой Громов ослушался приказа, забрал у сослуживца личное оружие и прошу отметить, потерял его! Потратил весь боезапас. Еще, прошу отметить, что он передал командование другому солдату, хотя такими полномочиями его никто не наделял. Это вообще как? Чистое самоуправство! Громов не только подверг свою жизнь опасности, он рисковал и всеми остальными. Так он еще и часть своего обмундирования потерял… Каски нет, магазинов тоже. Форма изодрана! Ранее, в конце-концов. Да что это я… Он даже свой собственный автомат потерял. Конечно, позднее его нашли, но дело не в этом… Халатность! За такие заслуги его в дисциплинарный батальон нужно, а вы его предлагаете наградить медалью… Вот лично мое мнение, ничего этому Громову не давать! А лучше всего, даже наказать!
— Что ж ты такой кровожадный, майор? — поправил седые усы Каменев. — Как будто свою медаль отдаешь. Разве парень не заслужил?
— Я считаю, что нет. Точнее не так, конечно же, заслужил, ведь он вывел раненых… Но другими своими действиями, он наоборот, все заслуги свел на нет!
Каменев тяжко вздохнул, глядя на своего замполита. Покачал головой. Он знал, что Ветров очень жадный и алчный, когда речь идёт о награждении, если только не его самого.
— Знаешь, наверное, меня скоро снимут с этой должности… — Каменев сменил тему разговора. — Ну что, Алексей… Готов занять мое место?
— Да ну, товарищ подполковник! — смутился Ветров. — Вас? Не снимут!
— После того что произошло? — тот поднял бровь. — Ну, признавайся, уже придумал, к какой стене стол переставить? Ты офицер проверенный, служишь давно. Да и послужной список у тебя хороший.
Ветров замялся. Конечно же, он об этом думал и уже наводил справки. Вот только ему из штаба четко и ясно намекнули, что подполковничьи погоны майору надевать пока рановато. А уж такую должность принимать и подавно.
— Ладно, ладно. Шучу я! — ответил тот, махнув рукой. — Скажи мне, чем тебе так этот Громов не нравится? Ты ж сам его к нам привез, а теперь нос воротишь. В чем дело?
— Странный он какой-то, дерзкий. Я людей хорошо чувствую, а его вот не пойму. Думаю, что пока еще рано из него народного героя делать. Вот лучше пусть им военная контрразведка занимается, там люди свое дело знают. Выведут его на чистую воду. А там и поглядим, какой из него герой.
Каменев усмехнулся. Он знал, что его замполит тоже был у них на крючке. Было дело.
— Ну ладно, убедил. Кстати, забыл сказать, завтра меня в штаб округа вызывают, поэтому пару дней побудешь за старшего.
— Есть, товарищ подполковник!
— Ну, тогда все, Алексей Семенович. Больше не задерживаю.
Замполит козырнул и покинул кабинет командира части. Пока шел, отругал нерасторопного писаря — тот умудрился рассыпать заварку и разлить кипяток.
— Ну вот что ты натворил, а? — возмутился майор, глядя на устроенное безобразие. — Глаза протри, рядовой!
* * *
Я сделал простой вывод, что раз КГБ мной заинтересовалось, значит, я все сделал правильно. Звоночков оставил более чем достаточно. Мне оставалось только лежать и ждать.
Время шло, Вера нервничала. И каково же было мое удивление, когда в палату вошел не человек в штатском, а наш ротный. Правда, не один, а в сопровождении начальника госпиталя.
— Ну, привет герой! — издалека начал Антон Сергеевич. — Как здоровье?
— Жить буду, товарищ капитан! — я хотел было встать, но рука отозвалась болью.
— Лежи, лежи! Не вставай! — видно было, что он серьезно озадачен моим здоровьем. — Смотрю, твое состояние намного лучше, чем тогда, когда вас на дороге обнаружили. На тебе лица не было, бледный весь, местами в засохшей крови. Каменев первым делом распорядился, чтобы раненым прямо там оказали первую помощь. Ну а когда выяснилось, что ты и сам пострадал… В общем, в госпиталь ты поехал одним из первых.
— Ясно. А это… Что с прапорщиком? — напрямую спросил я.
Тут капитан помрачнел. Взял стул, приставил к кровати.
— Ну, я позже подойду! — пробормотал начальник госпиталя и вышел в коридор.
— Ну… Ты парень нормальный, поэтому тебе скажу, как есть… Группа пропала без вести. Разведка нашла место где, судя по всему, у них завязался бой с душманами. Есть погибшие.
Я сразу же вспомнил тот случай, когда у самого вертолета услышал, что где-то неподалеку были слышны звуки боя. Я еще тогда предположил, что это были наши.
— И что теперь?
— А что тут поделаешь? — возразил капитан. Решение принимает штаб. Если кто из группы и уцелел, сейчас им не помочь. В горах никого нет.
Я шумно вздохнул. Надо же как получилось.
— А что с полковником Бехтеревым?
— Жив. Пришел в себя. Советнику уже рассказали, кто вытащил его из Сталинградского котла. Думаю, он и сам попытается тебя отблагодарить. Женщины, что были в составе геологической экспедиции живы и здоровы. Летчик тоже.
— Вы знаете, что среди них была его дочь?
— Конечно же, знаю! Он отправился туда спасать дочь, а в итоге сам попал в мясорубку. Пришлось ей рассказать. Она кстати тоже здесь, в госпитале!
— Здесь? — удивился я. — Так тут же нет гражданских лиц!
— Есть. Во втором здании. Но я тебе об этом не говорил.
— Ясно. А как там старший лейтенант? Жаль, фамилии его не помню. Игорем звали.
— Не понял. Какой еще старший лейтенант? — нахмурился Воронин, посмотрев на меня с подозрением. — Вас там пятеро было. Две девушки, советник и летчик.
