За эти четыре дня я узнал больше, чем за десять лет жизни в Альдене.
Мрак узнал эти глаза, иногда они смотрели на него из зеркала. У каждого был свой болезненный путь и своя цель, что формирует идеалы, которые сложно предать.
Мужчина кивнул, подтверждая собственные мысли. Несколько секунд молчал, затем заговорил снова, уже тише:
— Знаешь, почему я молчал?
Илья нахмурился.
— Почему?
Мрак смотрел на него так, будто взвешивал, стоит ли говорить дальше. На миг пальцы дрогнули, но он быстро взял себя в руки.
— Ты мне кое-кого напоминаешь.
Он снова перевёл взгляд в окно.
Илья нахмурился сильнее.
— Кого?
Мрак чуть медлил, а потом произнёс, почти не разжимая губ:
— Брата.
Слово прозвучало глухо, будто тащило за собой тяжесть, которую он нёс годами.
— Ты на него похож — добавил он. — Есть в тебе что-то… Взгляд. Упрямство.
Илья замер. В этих словах были эмоции, которые не давали дышать спокойно.
— Что с ним стало? — осторожно спросил он.
Мрак едва заметно дёрнул плечом, отводя глаза.
— Неважно.
Он оборвал разговор настолько резко, что у Ильи пропало желание спрашивать дальше. Вопросы застряли где-то в голове, оставляя за собой лишь глухое напряжение. Мрак сцепил пальцы, чуть подавшись вперёд. В его взгляде было спокойствие, и неуловимое цепкое упрямство, будто он убеждал не только Илью, но и самого себя.
— Слушай, Вектор. Одному сейчас тяжело. Да что там. Невозможно. — Он сделал короткую паузу, словно проверяя, как Илья отреагирует. — Если хочешь выжить, держимся вместе. Я не обещаю тебе лёгкой жизни, и всё же вдвоём проще. Справимся.
Илья смотрел на него молча, стиснув ложку в руке. Искал подвох, ждал скрытого намёка. Но не нашёл. Всё было до ужаса просто, возможно, именно в этом был смысл.
— Ладно — пробормотал он, чуть кивнув. — Вдвоём, так вдвоём.
Мрак коротко кивнул в ответ, будто и не сомневался, что Илья ответит именно так. Потом спокойно откинулся на спинку стула.
— Тогда доедай. — Его голос стал обычным, без лишних эмоций. — Впереди много дел.
Илья жевал медленно, стараясь не показывать, как облегчение прокатилось по телу. В голове начали выстраиваться мысли: куда идти, как двигаться. Главное — он будет не один, самое страшное, чего он боялся, не случилось.
Мрак мог бы бросить. Опытному бойцу, знающему пустошь, не было никакого смысла тащить за собой парня, который ещё недавно был только учеником. Однако этого не произошло. Илья украдкой взглянул на него, Мрак сидел всё так же спокойно. Человек, который привык решать всё заранее — не торопился.
Многое хотелось спросить, но слова застряли где-то глубоко внутри. Вместо этого он сделал ещё один ленивый глоток воды и отвернулся.
Мрак заговорил неожиданно, будто продолжал прерванный разговор:
— Ну, а ты что-нибудь придумал?
Илья, застигнутый врасплох, оторвался от своей миски и быстро проглотил кашу, прежде чем ответить.
— Я… — он замялся, соображая, как лучше сказать. — Не особо. Ещё не успел подумать.
Мрак прищурился, во взгляде не было осуждения — только изучающий холодный интерес, а глаза… улыбались?
— Значит, думай — отрезал он. — Время есть. Но не много.
Илья кивнул, лениво ковыряя кашу ложкой. Напряжение немного отпустило, но в глубине всё ещё сидел тихий страх. Если он хочет остаться, если хочет доказать, что полезен — придётся выложиться. Иначе рано или поздно Мрак его просто оставит.
Когда тарелки опустели, хозяйка мотеля принесла две кружки кислой похлёбки, которую здесь называли «чёрным элем». Жидкость мутная, с резким, горьковато-кислым привкусом — нечто среднее между дешёвым пивом и дрожжевой брагой. Илья скривился после первого глотка, потом почувствовал, как тепло разливается по телу, и решил, что не так уж всё и плохо.
— Знаешь, Вектор — вдруг сказал Мрак, задумчиво вращая кружку в руках — я не привык к пустым карманам.
Илья приподнял брови, удивлённый таким заявлением.
— Ты о чём?
— О деньгах. — Мрак чуть усмехнулся. — За пятнадцать лет я скопил неплохое состояние. Никогда особо не нуждался, знаешь ли. Всё, что мне было нужно, шло через клан. Оружие, транспорт, еда — это всегда было в комплекте. А деньги…
Он сделал короткую паузу, задумчиво покачал кружку и хмыкнул.
— Деньги просто лежали. Пылились в одной из этих штук, для накопления…
Илья поставил кружку на стол, теперь полностью сосредоточенный на разговоре.
— Подожди. — Он чуть подался вперёд. — Ты хочешь сказать, у тебя здесь счёт? В Вулканисе?
Мрак медленно кивнул, не сводя с него взгляда.
— Именно так. — В уголке губ мелькнула короткая усмешка. — И удивительно: это заведение до сих пор работает.
Илья покачал головой, пытаясь осознать сказанное.
— Ну, хоть где-то нам повезло — пробормотал он, пряча облегчение за сарказмом. Ещё минуту назад он не понимал, как жить без гроша, если им придётся считать каждую монету, а теперь выясняется, что Мрак не просто боец, а весьма дальновидный человек.
— Повезло? — Мрак фыркнул, но в голосе звучала лёгкая усмешка. — Это не везение, Вектор. Это привычка. Всегда нужно иметь запасной план.
Он взглянул на Илью, оценивающе, с лёгким оттенком насмешки.
Илья покачал головой и вернулся к кружке. Напиток не становился вкуснее, но сейчас это уже не имело значения. Одно было ясно — с деньгами дело пойдёт проще.
Мрак, медленно потягивая кислую похлёбку, прищурился, глядя в окно. Его взгляд блуждал где-то далеко за пределами этой комнаты, уходил дальше, туда, где шоссе растворялось за горизонтом.
— Знаешь, Вектор… — начал он спокойно, почти задумчиво. — Кроме рейдов я ничего толком не умею. Всю свою жизнь жил дорогой. По-другому и не представляю.
Илья посмотрел на него, молча слушая. Мрак редко говорил о себе, и это привлекало внимание сильнее любых баек шутов и трубадуров.
— Пробовал думать — продолжил Мрак, лениво наклоняя кружку, следя за мутной жидкостью внутри. — Что бы было, коль кости выпали иначе. Если бы остался в одном из городов. В клане или без него. Может, стал бы торгашом. Осел в Альдене или здесь, в Вулканисе, считал прибыль с караванов. — Он усмехнулся, но в этом звуке не было ни радости, ни сожаления. — Только вся эта возня с цифрами и сделками… Одна мысль претит мне, как прокисшее молоко.
Илья усмехнулся. В словах Мрака сквозила неожиданная честность. Искренность, которая редко прорывалась сквозь привычную сдержанность.
— А вот дорога… — голос Мрака стал чуть мягче, будто он говорил о чём-то, что действительно ценил. — Дорога это другое дело. Она настоящая. Её не обманешь. Либо ты сильнее, либо она сотрёт тебя в пыль. Всё просто. Никакой грязи городов, никакого лицемерия. Только ты и путь.
