Глава 2
Люсьен умел обращаться с женщинами, они млели перед ним – ни одна не могла устоять. Начиная охоту за прекрасной незнакомкой, Люсьен решил не спешить и прежде основательно к ней присмотреться. Он старался не упускать сестер из виду и, стоя в отдалении, наблюдал за тем, как они, бродя по ярмарке, посмеивались, глядя на жонглеров, слушали песни заезжих музыкантов и менестрелей и отдавали должное разным вкусностям, которые в изобилии готовились здесь же, на ярмарке, в котлах, горшках или на жаровнях.
В тот момент, когда молодые женщины заглянули в торговые ряды и вступили в беседу с горбатым продавцом металлической посуды и безделушек, Люсьен увидел, как его братья, протискиваясь через толпу, спешили ему навстречу. Подойдя к нему и схватив его за руки, они чуть ли не в один голос выпалили:
– Весь день тебя ищем, прямо с ног сбились!
– Мать хочет, чтобы ты сегодня вечером отужинал в замке, – сказал темноволосый черноглазый молодой человек, вцепившийся в его правую руку.
– Очень хочет, – вторя ему, проговорил парень с такими же черными глазами, схвативший Люсьена за левую руку. – Она так и сказала: «Идите и без Луи не возвращайтесь. Я соскучилась».
Люсьен ловким движением отстранил братьев и, поморщившись, произнес:
– Похоже, для матери я так и останусь до конца жизни ребенком.
Рейвен, тот из братьев, что стоял справа, добродушно рассмеялся:
– Ты что, нашу мать не знаешь? Мы для нее всегда будем малышами-несмышленышами. Даже когда облысеем, отпустим бороды и отрастим брюшко.
Люсьен согласно кивнул и отошел на обочину, уступая дорогу крестьянину, направлявшемуся к огороженному загону для лошадей, ведя в поводу коня. Затем он с рассеянным видом двинулся в сторону торговых рядов, а когда братья его нагнали, сказал со вздохом:
– У вас, Рейвен и Питер, есть Стоунли и Стоунвезер – деревеньки, где вы сами себе хозяева. А потому никто не может вам запретить шляться по ярмарке хоть до ночи, если вам вдруг взбредет в голову такая блажь. – Питер проследил за взглядом Люсьена.
– Ну, тебе тоже жаловаться не на что. Насколько я понимаю, ты здесь времени зря не терял и уже присмотрел себе девицу.
Рейвен по примеру своих братьев устремил взгляд на лавку жестянщика, увидел стоявших у прилавка женщин и, повернувшись к Люсьену, спросил:
– Интересно, какую же ты выбрал – темненькую или ту, чьи волосы как лунный свет?
– А ты угадай, – сказал Питер, опережая Люсьена.
– Разумеется, ту, что похожа на ангела. Люсьена всегда тянуло к блондинкам. – Рейвен сложил на груди руки и снова устремил взгляд на красоток. Девушки тем временем, проскользнув в лавку жестянщика, принялись там хозяйничать, помогая ее владельцу-горбуну.
– Кстати, о блондинке. Вы ее знаете? Или, может, видели где-нибудь? – обратился Люсьен к братьям.
– Нет. – Питер покачал головой, при этом прядь иссиня-черных волос упала ему на глаза; он нетерпеливо откинул ее и добавил: – Судя по всему, Люсьен, у тебя уже созрел план действий. Расскажи, что ты намерен делать? Не забывай только, что эта девушка, хотя и красотка, каких мало, несомненно, принадлежит к низшему сословию. И если хочешь поразить ее воображение, придется тебе сменить наряд.
– А ведь Питер прав, – поддакнул Рейвен, окинув старшего брата критическим взглядом. – Куртка и короткие штаны придают тебе сходство с йоменом. Не хватает только шляпы с пером цапли, чтобы окончательно уподобиться вольному стрелку. – Тут Рейвен расправил плечи, выпятил грудь, чтобы Люсьен мог полюбоваться его роскошной туникой, и добавил: – Видишь, мы с Питером приоделись и нисколько не похожи на йоменов или фригольдеров.
– Вы, братцы, владетельные лорды, – сухо улыбнувшись, произнес Люсьен. – И вам необходимо поддерживать свою репутацию. Я же – бедный служивый рыцарь, у которого, кроме коня и доспехов, ничего нет.
– Ты тоже можешь получить земельные угодья, – произнес Питер, оправляя расшитый плащ.
– Намекаешь на конфискованные, что ли? – мрачно поинтересовался Люсьен. – Но мне нужны мои собственные земли, и клянусь, в один прекрасный день я их заполучу. Что же касается дня сегодняшнего, то скажу так: на мой взгляд, странствующих рыцарей женщины любят, а владетельных лордов побаиваются, и в этом мое преимущество перед вами.
– Не стану спорить с тобой, – сказал Рейвен. – Но дело в том, что ты не похож на рыцаря. Скорее на слугу или вольного стрелка.
– Пусть девица думает, что я слуга или йомен, то есть ровня ей, это даже лучше, – хитро блеснув глазами, заявил Люсьен. – Тогда ее легче будет соблазнить.
– Ты рискуешь, – в один голос заявили Рейвен и Питер, а Рейвен продолжил: – Если эта простушка вдруг узнает, что ты родственник самого графа Фортенголла, то через несколько месяцев может заявиться к тебе с огромным животом, – Рейвен показал, какой именно у нее будет живот, – и объявит, что беременна от тебя. А наша мать и лорд Йен потребуют, чтобы ты на ней женился, пусть даже она зачала бы от черного как смоль мавра.
– А мне почему-то кажется, что наш старший брат не отказался бы взять в жены эту девицу, окажись она даже крепостной, – неожиданно заявил Питер.
– Зубы Божьи! – воскликнул Люсьен. – Да я еще и словом с этой девицей не обмолвился, а вы уже видите меня в роли няньки ее детей.
– За чем же дело стало? – ухмыльнулся Рейвен, шутливо тыча Люсьена пальцем в бок. – Иди поговори с ней. Мы с Питером пойдем с тобой, послушаем, какие песни ты ей будешь петь. Если она тебя отвергнет, дадим совет, как себя вести и как одеться, чтобы ты в конце концов преуспел в своем начинании.
Это была старинная игра, в которую братья играли на протяжении многих лет. Долгими зимними вечерами, сидя за кружкой вина или пива, они обсуждали приемы и подходы, направленные к одной заветной цели: как завладеть сердцем той или иной красавицы. Более того, не считали зазорным давать друг другу советы даже при женщинах, поэтому предложение Рейвена нисколько не удивило Люсьена. Кивнув в знак согласия, он зашагал через вытоптанную множеством ног полянку к лавке жестянщика. С минуту потоптавшись на месте, Рейвен и Питер двинулись за ним следом.
Светловолосая Адриенна сразу заметила приближавшихся к лавке молодых лордов, похожих друг на друга как две капли воды. Оба темноволосые, красивые, с чисто выбритыми породистыми лицами. Одеты в шелковые, расшитые серебром дорогие плащи и туники. Засмотревшись на лордов, Адриенна не сразу заметила, как к прилавку подошел какой-то мужчина. Она вскинула на него глаза и поначалу решила, что это крестьянин. Но тут же поняла, что ошиблась. Ни внешностью, ни повадками мужчина нисколько не походил на крестьянина, хотя был одет очень просто.
