документы о Кинто, но не нашёл решительно ничего. Наверное, их уничтожили, чтобы они не напоминали про оллов, чьими трудами пользуются жители Тинсу до сих пор. История Тинсу, не могла начаться с оллов, как видно решили основатели империи. Они убрали все упоминания о народах, живших здесь до их прихода.
На двенадцатый день наконец вернулись лодки, воины в которых представляли собой печальное зрелище. Бойнед был покрыт повязками, и только его гордый нрав, не позволял показать свою усталость. Многие не вернулись вовсе, остальные были ранены. Из охраны Неомони уцелела едва половина, из отряда теки немногим более. Из двенадцати Котов осталось восемь. Тайп не могла сдержать слёз.
Техкаси позвал её и Неомони, когда он слушал доклад Бойнеда. Кроме них там присутвовали только Илан и Морел.
Бойнед рассказывал, как они плыли, не жалея сил. Как высадились неподалёку от границы с Тарау, и встретили отряд теки, которые охраняли её. Те сообщили, что чужаки не проезжали здесь за это время, и Бойнед решил, что они почему-то едут очень медленно, так как свернуть им было бы некуда.
По ту сторону границы стоял отряд чужаков. Как рассказали теки, недавно усиленный пришедшим к ним отрядом из жителей Тарау. Бойнед решил, что они готовятся перейти границу и атаковать землю Тинсу. Решив не ждать, он со всеми своими людьми и теки пограничной стражи, ночью напал на лагерь чужаков. Их учуяли сторожевые звери и подняли шум. Внезапного нападения не получилось, и завязался долгий тяжёлый бой. Как говорил Бойнед, им очень повезло, что большинство чужаков не успели оседлать лошадей, и сражались пешими. Также многие не надели тяжёлые доспехи. Схватка была трудной, и хоть Бойнед не обмолвился об этом, Техкаси понял, что если бы отрядом командовал менее опытный человек, чем он, то отряд бы дрогнул и разбежался. Бойнед высоко оценил боевые качества чужаков:
— Надо придумать, как бороться с ними. Их доспехи очень трудно пробить, а сбить со спины лошадей, не менее трудно. Вся наша предыдущая тактика боя не годится для битвы с чужаками.
Техкаси задумчиво смотрел на него. «Если уж на тебя они оказали такое впечатление, то что было бы с другими? — подумал он, — надо предупредить Тарегана. Вдруг они высадятся в Мауле раньше, чем нападут на нас».
Бойнед продолжал рассказывать, как жители Тарау не выдержали боя и начали сдаваться. Как чужаков осталось мало, и они до последнего человека рубились своими мечами. Как был убит последний из них, и лагерь был захвачен. Потом они собирали трофеи и ловили лошадей.
Часть отряда теки вела караван пешим ходом в сторону Тинсу. Поскольку никаких признаков того, что чужаки, похитившие Амару, отправились именно в Тарау не было, Бойнед решил вернуться в столицу. Он поднял всех теки провинции Кири, и оповестил их о похищении зятя императора и о розыске чужаков.
— Они готовятся прийти к нам, — проговорил Бойнед, — и в Тинсу, и в Мауле. Надо встретить их.
— Надо, — произнёс Техкаси, — ещё как надо. Они хотят забрать у нас всё. Но я не отдам ни клочка земли Тинсу. Я не поступлю, как этот жалкий трус Тиот, который отдал им всё сам. Нет, если они и смогут отнять наши земли, то только тогда, когда нас здесь не будет. Мы вышлем против них всю армию, которую сможем собрать. С сегодняшнего дня, все четыре провинции собирают людей. Тайо, скоро прибудет, и мы нанесём чужакам поражение.
Все промолчали, но Тайп, глядела на Бойнеда, и видела сомнение у него на лице.
Бойнед не годился для погони, и Тайп, скрепя сердце, отказалась от мысли, что он возглавит преследование. Люди Неомони были усталые и измученные, и тоже не годились для долгого пути. Бойнед предложил отправить Ванбли, и ещё четверых Котов. Техкаси выделил сто пятьдесят человек из резерва теки. Халиан вызвался всё равно ехать, хоть и без Бойнеда. Техкаси поставил его во главе отряда.
Тайп удивила всех, когда заявила, что она, конечно, тоже едет. Халиан и Бойнед отговаривали её. Сам император просил не отправляться с ними, но она была как камень, и даже Техкаси сдался. Неомони не собиралась ехать и Тайп даже упрекнула её за это, о чём тут же пожалела.
— Я бы с удовольствием поехала с тобой, но не могу, — отвечала Неомони, — ты сама видишь, что творится в Тинсу. Всё держится только на дяде, а он в последнее время что-то нездоров, хоть и держится бодро. Но меня не обмануть. Наместники и остальная знать — это лживые ублюдки, которые сами побегут под крыло к чужакам, если с императором что-то случится. Из значимых людей, только Илан на нашей стороне. У него теперь нет вариантов перейти на ту сторону, после казни чужаков. Это хорошо. Лаки скорее на нашей стороне, но я не уверена в нём, как дядя. Тайо неизвестно когда вернётся, но в нём я хотя бы уверена. С ним чужакам никогда не договориться. Морел … Морелу я не доверяю. Он тихий, но я сомневаюсь в нём. Надо за ним присматривать. Мне нельзя уехать сейчас. Если чужаки захватят Тинсу, то падёт и Мауле. Тогда какой смысл спасать Амару? Чего будут стоить наши жизни в таком случае?
Тайп разумом согласилась с ней, но сердце её протестовало. Она кивала головой на разумные доводы Неомони, но сама бы не смогла принять такой выбор. Амару перевешивал всё остальное. Тинсу вместе с Мауле, и со всеми живущими в них людьми. Хотя хорошо, что Неомони останется здесь. Она уследит за событиями в Тинсу. Об этом можно не переживать.
Неомони помолчала, и с трудом заставила себя заговорить:
— Я хотела попросить тебя. Дай мне яд-молнию. Я знаю, что у тебя есть.
— А тебе зачем? У меня-то есть, но он не очень свежий. У Воапа было много, но он забрал его с собой.
— Чтобы не закончить, как Анжени.
— Анжени? Это дочь сестры Тиота?
— Да. Ты ведь слышала о ней?
— Нет.
— Я подслушала разговор Чолько и дяди. Лаки говорил, что чужаки забрали её на корабль, а потом скормили акулам. Я не собираюсь закончить так. Мне нужен яд-молния. Ты ведь понимаешь меня?
Тайп кивнула:
— Я принесу его тебе, Неомони, если ты пообещаешь мне, что используешь его только если совсем не останется выбора. Но до последнего старайся избежать этого. Я хочу, чтобы ты знала, что если с тобой что-то случиться, то мне будет очень больно. Когда-то я ненавидела тебя из-за Амару, но теперь ты для
