он и что вообще происходит. Воспоминания нахлынули разом.
Аномалия. Взрыв. Кан. Обломки-паутинки, тирамису из топинамбура…
ПИ-И-И-ИП!
Корпус сфокусировал взгляд на экране и удивлённо выдохнул.
«Получено сообщение».
И чуть ниже — «обнаружен сигнал».
Прямо позади него.
— Увеличить изображение! — закричал Корпус.
— Для голосового управления необходимо авторизироваться одним из…
— Корпус Вивем, один-четыре-два-восемь!
— Личность подтверждена, — добродушно ответил Теста и включил сирену. — Начинаю процесс консервации.
— С-сука! — Корпус забыл про то, что жить ему осталось восемь секунд. — Выход из личных установок!
— Выход подтверждён.
Корпус сфокусировался на изображении, движениями глаз растянул и приблизил крошечную фигурку позади себя.
Маленький белый скафандр, летащий прямо за ним.
— Кан! — рассмеялся Корпус. — Сукин ты сын, ты жив! Я знал, знал! Теста, включить канал связи «Домик на дереве»!
— Для голосового управления необходимо…
— Да ты бесишь! — Корпус сам включил связь. — Кан! Ты меня слышишь! Живой, чёрт бы тебя побрал! Как ты там, засранец?
Тишина. Корпус разглядывал изображение, и улыбка пропадала с его лица. «Человечек» не шевелился.
— Кан! Ты в порядке? Ответь!
Тишина.
Сообщение! У него же есть сообщение! Корпус притянул к себе окошко, раскрыл его и нажал воспроизведение.
— Говорит станция «Просвет». Это сообщение отправлено автоматически, в ответ на сигнал SOS, отправленный по координатам…
— Чёрт, это станция… — сказал Корпус, а затем рассмеялся. — Чёрт, да это же станция! Нас нашли! Кан! — он включил связь. — Кан, нас засекли, всё нормально! Жить будем, слышишь?
Кан не отвечал. Корпус дослушал сообщение — с ним обещали связаться в ближайшее время, а затем развернул Тесту лицом назад по оси. Вывел на экран шпаргалку символьного кода.
— Ну, Кан, если это такой прикол, чтобы заставить меня изобразить танцульки, я тебя убью, честное слово! — он врал, и сам это знал. Если у Кана повреждён Теста, то для связи оставались только «танцульки». А если даже это прикол — он бы всё равно ему это простил.
Корпус развёл руки в стороны, затем — треугольником над головой, после чего поместил обе ладони на грудь, и вновь развёл руки в стороны.
«Привет. Я живой. Я в порядке».
Рука в сторону Кана, вторая над головой. Ладони на плечи. Руки в стороны, руки над головой.
«Ты в порядке? Помощь. Вопросительная интонация».
Фигурка не шевелилась.
Корпус повторил «танцульки» ещё трижды, затем выругался.
Кан не отвечал. Возможно, без сознания, возможно — уже мёртв, а его Теста направилась к ближайшему обнаруженному сигналу… Хотя оставался ещё один вариант — принудительная консервация при повреждении начинки Тесты. Тогда Кан ещё жив, но ответить не может.
— Кан, давай, шевелись уже, — Корпус ещё раз повторил сигналы. Никакой реакции. Тогда Корпус включил форму ответа на сообщение и, не отрывая взгляда от фигурки Кана, начал говорить.
— Это Корпус Вивем, я отправлял сигнал SOS, полученный вами в… — он взглянул на сообщение, — 16:42 по солнечному. На станции «Трихаус» произошла утечка радиоактивного материала, в связи с аномалией… Скорее всего, это был выброс от одной из «добывалок»… То есть, от одного из грузовых или добывающих кораблей, возможно с повреждённой или неэкранированной тягой. Станция «Трихаус» полностью уничтожена, часть материала, возможно, направляется в сторону Путей. Выжившие: номер один, Корпус Вивем, старший научный сотрудник… Это я. Теста повреждён, консервация невозможна. Могу находиться в активном состоянии несколько недель, точнее не скажу… Номер два, Кан Сачиков, старший научный сотрудник… — Корпус запнулся, затем продолжил. — …не отвечает на визуальные сигналы. Возможно, его Теста произвёл консервацию и теперь движется за мной. Конец сообщения.
Корпус отправил голосовое письмо и посмотрел на список сигналов. Если SOS был получен так быстро, значит где-то рядом цепочка из спутников, но его радар тоже спятил — сигналы двигались по экрану с огромной скоростью, налезали один на другой и пропадали без предупреждения.
Хотелось есть. Корпус уже подумал, что индийская кухня не так уж и плоха, но вспомнил, что придётся авторизоваться, и Теста превратит его в «консерву». Чёртов Кан. Всё время на шаг впереди. У Корпуса тоже несколько раз получалось подкольнуть его особенно изощрённо, но…
Корпус вздрогнул, а затем уставился на изображение летящего за ним человека.
Четыре месяца назад Корпус использовал два маркера и все двенадцать часов отбоя, чтобы перекрасить Тесту Кана в ярко-розовый цвет. Кан потом утверждал, что это цвет самураев и сакуры, и носил его с показной гордостью, хотя сам был наполовину корейцем, наполовину бурятом. Это слегка обламывало радость от шутки, но всё равно было забавно.
Перед выходом в открытый космос, они собирались каждый в своей шлюзовой камере, и вышли по разные стороны оси станции, так что Корпус не мог видеть, какой именно скафандр надел Кан. Но зато он мог видеть три свободных скафандра, оставшихся висеть в гермокомнате через стекло шлюзовой камеры, и все они были абсолютно белыми. Четвёртый белый скафандр был на нём самом. А значит Кан сегодня вышел в своём, ярко-розовом Тесте.
Летящий за ним скафандр был абсолютно белым. Стандартная модель, как и у самого Корпуса.
Он сжал зубы.
Это был не Кан. Это был один из запасных скафандров, выброшенный взрывом, включившийся из-за аномалии и увязавшийся за Корпусом. Пустая оболочка, летящая на его сигнал, словно мотылёк на свет. Внутри же не было никого и ничего.
И когда Корпус, наконец, понял, что Кан не выжил — что он и не мог выжить, два чуда подряд произойти не могло, когда он, смирившись, уже потянулся взглядом, чтобы развернуть Тесту обратно, — тогда фигура зашевелилась.
Руки в стороны. Треугольник над головой. Обе ладони на ірудь. Руки в стороны.
«Привет. Я живой. Я в порядке».
— Что за… — Корпус попытался ещё приблизить изображение, но это был максимум.
Рука в его сторону, другая над головой. Ладони на плечи. Руки в стороны, руки над головой.
«Ты в порядке? Помощь. Вопросительная интонация».
Корпус молча смотрел, как танцует пустой костюм.
Руки в стороны. Треугольник над головой. Обе ладони на грудь. Руки в стороны.
— Если ты не Кан… То кто ты такой? — спросил Корпус, и услышал в своём голосе страх.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
4.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Скафандр «танцевал» несколько часов, повторяя то же самое раз за разом. Он даже держал паузы между сообщениями — точно такие же, как и Корпус, когда пытался с ним связаться.
Корпус тем временем пытался найти всему этому объяснение.
Вариант с тем, что это какой-то другой человек, выброшенный в открытый космос, отметался сразу. Вблизи станции не было ни одного Пути — проект считался засекреченным, связь осуществлялась по закрытому каналу, на путевых картах их
