«И он может заполучить любую женщину, какую только захочет», — напомнила себе Кэсс. Оставалось загадкой, почему великолепный Том по сей день свободен. С ориентацией у него все в порядке, с перспективами тоже. Каждая холостячка и скучающая домохозяйка в округе старалась обратить на себя его внимание. Особенно Виола Перкинс. Она недавно развелась в третий раз и действовала крайне агрессивно — Кэсс никогда бы на такое не решилась. А Виола все тянула к Тому свои жадные ручонки.
«Сучка». Кэсс не чувствовала ни капли вины за подобную мысль.
Том дотронулся до ее руки, здороваясь.
— Привет. — Прозвучало почти нормально, будто невинное прикосновение его пальцев к коже Кэсс на заставило ее буквально расплавиться.
— Пришла выбрать тыкву? — усмехнулся Том.
— Просто хотела убедиться, что все в силе и я могу в понедельник привести детей.
— Конечно. Пусть берут, сколько захотят. Приберегу для твоего класса самое лучшее. — Он подмигнул, и Кэсс покраснела.
— Очень мило с твоей стороны делать это каждый год.
— Кто я такой, чтобы нарушать традиции? Еще мой прадед когда-то начал раздавать тыквы. Детям — радость, и для дела полезно.
Кэсс взглянула на длинную очередь клиентов, многие из которых на выходе брали визитки питомника.
— Вижу.
— К тому же холодает. Если не раздам тыквы, мороз их погубит. Через пару недель праздник урожая, надеюсь, погода продержится. Кажется, в этом году я вырастил парочку победителей.
Кэсс улыбнулась, заслышав в его голосе ликование. Любовь Тома к его призовым тыквам была хорошо известна. Кэсс посмотрела на прекрасных оранжевых монстров в углу участка:
— Они великолепны. Уверена, ты выиграешь.
— Спасибо.
От его теплой улыбки в теле вспыхнул жар, и магия выплеснулась наружу, подняв супер-сильный волшебный ветер. Где-то позади организаторы вечеринки кинулись ловить брезент и листовки.
«Только не сейчас!» — внутренне простонала Кэсс.
Ее шарф сорвался с шеи прямо на Тома. Он стащил с лица мятежную вещицу и, отплевываясь от шерсти и посмеиваясь, вернул ее на законное место.
Но на этом не остановился. Кэсс замерла; каждый сантиметр ее кожи покалывало от возбуждения. Том помедлил, заправляя шарф и высвобождая прядь волос из его захвата. Прикосновение теплых мужских пальцев к шее Кэсс направило импульс острого желания прямо в ее лоно. Сердце забилось сильнее, и магия рванула на свободу.
— Мне пора. — Кэсс отстранилась.
Том опустил руки и нахмурился:
— Все в порядке?
— Да. Просто… мне еще столько всего нужно сделать.
— Идешь сегодня на вечеринку?
Кэсс заколебалась. Наверное, затея не из лучших, но…
— Возможно.
— Отлично, — усмехнулся Том. — Прибереги для меня танец.
«А теперь и правда пора убираться отсюда». Мысль о том, чтобы прижаться к нему под великолепной осенней луной, разделяя его тепло, вдыхая его запах, оказалась чересчур яркой. Кэсс либо сама воспламенится, либо что-нибудь подожжет.
Несколько испуганно улыбнувшись, она сбежала.
* * *
Глядя Кэсс вслед, Том любовался ее идеальной попкой, обтянутой мягким синим вельветом, который при каждом шаге кокетливо приоткрывал бедро. А из-за черных сапог ее ноги казались бесконечными.
«Эти сапоги — моя погибель».
Тома атаковали мысли о голой Кэсс: о ее стройных икрах, облаченных в черную кожу; как она, стесняясь, обхватывает свою грудь, пока сама скачет на нем верхом; как краснеет, когда Том втягивает в рот ее сосок.
«Боже, кто ж знал, что застенчивость может быть так чертовски сексуальна?»
Пять лет назад, когда Кэсс переехала в их район, Том едва ее заметил. Родители только что оставили ему свой бизнес и дом, сами поселившись в удобном кондо во Флориде, и Том был слишком занят собственным обустройством, чтобы обратить внимание на маленькую тихоню-учительницу. Встречая ее в супермаркете или на улице, он лишь кивал в знак приветствия. У Кэсс имелась целая орда шумных и эксцентричных родственников, которые любили наведываться к ней в любое время дня и ночи, но в отличие от них соседка Тома была милой и очень скромной и жутко стеснялась всех, кроме своих учеников. Однажды он поймал себя на том, что ищет причины выйти на улицу, когда Кэсс проходит мимо, что старается лишний раз мельком увидеть ее лицо или услышать нежный мелодичных смех. Кэсс была умной, милой и совершенно очаровательной.
И тогда начались эти сны — жаркие эротические сны, от которых Том моментально твердел, изнывая от желания ощутить, как ее ноготки впиваются ему в спину, как иссиня-черные волосы касаются его груди, а сладкое лоно обнажает свои тайны, раскрываясь только для него, будто сумеречный тепличный цветок. Том всегда просыпался возбужденный, в поту, не достигнув пика и крепко сжимая член рукой. Вполне достаточно, чтобы свести с ума любого мужика.
Том гордился своим терпением. Он любил возиться в огороде, а выращивание чего угодно требовало времени и заботы. Так что он решил действовать медленно, стараясь, чтобы Кэсс чувствовала себя уютно, и каждую крошечную вспышку интереса в ее темно-синих глазах воспринимал чуть ли не как долбанную золотую медаль. Том не завязывал случайных интрижек, с юмором и без особых усилий избавляясь от местных свах и сосредоточив все внимание на главной цели — заполучить Кэсс в свою жизнь и в свою постель. «Или в душ, на кухонный пол, на заднее сиденье грузовика…» Он не привередлив.
Кэсс скрылась за углом, и Том вздохнул, дернув вниз края куртки, чтобы скрыть мощный стояк под застежкой джинсов.
«Мы будем ждать столько, сколько потребуется», — напомнил Том члену, сожалея, что нет времени зайти в дом и снять напряжение. От этой женщины он всегда твердел, как гребанный камень. А она об этом даже не знала. Дерьмо! Пора что-то менять. Конечно, Кэсс стоила того, чтобы подождать, но, возможно, пришла пора более наглядно продемонстрировать свои намерения. Последнюю пару недель Кэсс вела себя странно: стала еще нервознее, чем обычно, и почти безвылазно сидела дома. Том заволновался, что на горизонте появился другой мужчина. При мысли, что он сам, возможно, упустил шанс быть с ней, внутри все сжималось от беспокойства. В голове возникла картинка, как Кэсс робко стягивает платье, обнажая соблазнительную грудь перед каким-то недостойным ублюдком. Том отогнал неприятный образ, преисполнившись решимости:
«Не бывать такому!»
* * *
Кэсс стояла перед шкафом, пытаясь выбрать, что надеть. Солнце село, соседи на улице уже вовсю веселились, и в комнату то и дело залетали звуки музыки и смех. День прошел хорошо, без единого магического срыва, и Кэсс начала верить, что сестры были правы. Немного терпения и практики, и она сможет управлять своими способностями и вернуться к нормальной жизни. Ну, относительно нормальной.
