Кэсс по-прежнему не смотрела на Тома. Стянув перчатку, он поддел костяшкой указательного пальца подбородок гостьи, чтобы их глаза встретились, и с удовольствием услышал ее быстрый вздох.
— Ты вчера сбежала.
— Я замерзла.
— Не стоило уходить далеко. Я мог тебя согреть.
— Ты, кажется, был немного занят с Виолой.
Том провел рукой по ее щеке — будто нежнейший шелк под подушечками пальцев.
— Она не в моем вкусе.
Кэсс слегка улыбнулась, а член Тома напрягся, словно его погладили.
— Правда?
— Правда.
Зная, что рискует, Том намотал на палец выбившуюся прядку ее волос и нежно потянул. «Как шелковая лента…» Кэсс уставилась на него округлившимися глазами, видимо, решая какой-то внутренний спор.
— Чай, — наконец выпалила она.
— Что?
— Может, зайдешь ко мне на… чай? Завтра, после школы.
Кэсс напряженно теребила концы своего шарфа, а Том стоял и улыбался от уха до уха, зная, что выглядит как полный идиот, но не в силах с этим бороться. Хорошо еще, что меж грядок носились дети, а то, будь они наедине, Том точно прижал бы скромнягу-учительницу к стене дома и зацеловал бы до потери пульса, наплевав на последствия.
— У нас свидание.
Их окутал холодный ветер, и Кэсс задрожала. Том потер ее руки.
— Давай-ка я помогу вам с тыквами. Нужно успеть укутать грядки, пока они льдом не покрылись. Первый раз вижу такую холодрыгу.
Она глянула на призовые тыквы, похожие на завернутые в одеяла мячики.
— Уверена, это просто досадная неприятность.
— Угу. А я из-за этой неприятности могу профукать главный приз на празднике урожая.
Разочарование в голосе Тому скрыть не удалось, но Кэсс лишь слегка сжала его ладонь своей, и страдальцу сразу полегчало. Нафиг холод, нафиг тыквы, у него свидание с обалденной учительницей!
* * *
«Вот засада». Кэсс штудировала старый пыльный талмуд, пытаясь найти хоть что-нибудь полезное. Конечно, скоропостижный Ледниковый период, охвативший окрестности, — это ее вина. А все потому, что Кэсс буквально извелась после вчерашнего побега с танцев, и даже жаркое предвкушение свидания с Томом (о боже мой!) никак не могло прогнать холод.
Отчаянный звонок старшей сестре Айви толку не принес. Перекрикивая бурную вечеринку на заднем плане, ведьма посоветовала Кэсс расслабиться и с кем-нибудь перепихнуться. Через двадцать минут перебранки с сестрой, Айви наконец нехотя созналась, что где-то в старых учебниках могло найтись заклинание тепла. Упомянутые учебники валялись на чердаке у Кэсс наряду с прочим хламом, который сестры сбрасывали ей на регулярной основе. Конечно, ведь так удобно иметь родственницу с собственным домом.
— Ну чего ты так заморачиваешься, Кэсс? Твоя магия — это продолжение тебя самой. Просто расслабься и… Ого, как клево!.. Ну правда, сестренка. Плюнь ты на все эти заклинания и колдовство и просто пойди, выпей и возьми в руки какой-нибудь хороший твердый…
Кэсс повесила трубку.
И вот, несколько долгих часов спустя, мерзла на чердаке, скрючившись на низком стульчике, жалея, что фланелевая ночнушка не особо-то греет, и с растущим волнением листала очередную книгу заклинаний.
«А что, если я не смогу остановить холод, и весь город замерзнет навечно? Мне ведь на самом деле нельзя встречаться со смертным? А вдруг Том узнает, кто я? Вдруг выяснит, что это из-за меня его тыквы померзли? А если ему не понравится, как я выгляжу без одежды?»
В общем, было над чем поломать голову. Кэсс уже начала отчаиваться. Она сбросила книгу с колен и потянулась за следующей. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». Ведьма рывком открыла учебник и… вот оно.
— Как создать тепло, прогнать холод и наполнить все жаром своих намерений. Похоже, то, что надо.
Даже если заклинание не продержится долго, оно все равно отгонит холод на некоторое время, и тыквы Тома будут спасены. А через пару дней сестры вернутся и уладят ситуацию в два счета. Кэсс никогда не слышала о чарах, описанных в учебнике, но других вариантов не было. Инструкция гласила: в полнолуние произнести простенькое заклинание, начертить в грязи руну — и вуаля! Все готово. Кэсс глянула на часы — почти полночь. Вырвав страницу из книги, ведьма пулей слетела вниз по ступенькам, сунула ноги в первую попавшуюся пару обуви (которой оказались ботинки на меху), накинула пальто прямо поверх ночной рубашки и выскочила на улицу.
Соседи спали, надежно попрятавшись по теплым домам. Повсюду блестел иней, а деревья и трава сковала ледяная корка. Запахнув пальто поплотнее и стуча зубами, Кэсс на секунду пожалела, что не оделась нормально, затем отбросила эту мысль и быстро пошла в сторону участка Тома, такого же темного и безмолвного, как и остальные дома в квартале.
«Ну, поехали».
Кэсс пробралась на тыквенную грядку и осторожно прошла к особым экземплярам в углу. Почти весь урожай блестел от инея, и лишь запотевшие стекла теплицы еще как-то помогали сохранить тепло. Кэсс откинула одеяла, заботливо подоткнутые вокруг призовых тыкв, и облегченно выдохнула — не идеально, да, но еще и не совсем померзли.
Ведьма схватила ближайшую палочку и присела, чтобы вывести на земле руну — нелегкая задача, учитывая, что почва практически окаменела. Все-таки умудрившись выцарапать отчетливый символ, Кэсс отбросила палочку, откинула волосы с лица и достала бумажку с заклинанием.
— Калидум магике релегант фригус…
Оно было длинным и запутанным, и Кэсс пару раз запнулась. Она никогда не ходила с сестрами на уроки колдовства — какой смысл? Дочитав, ведьма встала и тревожно посмотрела на тыквы. Долгие несколько минут ничего не происходило.
«Ну давай, давай же».
Вдруг крохотная и яркая искорка весело замигала в холодном ночном воздухе. Потом еще одна, и еще — пока вся грядка не засверкала горячими огоньками, озаряющими темноту. Искорки отскакивали от тыкв и сталкивались друг с другом. Кэсс почувствовала облегчение, когда теплый воздух закружился вокруг ее лодыжек и растрепал волосы на голове. «Все будет в порядке».
Или нет.
Послышался какой-то тихий гул, затем он стал расти. И тыквы тоже.
— О, нет… остановитесь!
Кэсс оставалось только стоять и в ужасе смотреть, как двенадцать призовых питомцев Тома набухают, пускают «усы», становясь больше, чем положено нормальной тыкве, разрастаясь поверх ограды, заполняя все пространство, огромные и пульсирующие жаром и магией. Достигнув трех метров в высоту, они остановились.
Кэсс так и замерла, разинув рот.
