который полностью сбил меня с ног. Она хотела, чтобы это была романтическая комедия и эпичная любовная история, которые воплотились в жизнь. Она хотела, чтобы я была счастлива. И это было так мило с её стороны. Но также это было нереально.
Всё это у меня уже было. И закончилось ужасной трагедией.
Её вопрос предполагал простой ответ. Но даже если я не была готова к предложению руки и сердца сейчас, я должна была хотеть, чтобы это когда-нибудь произошло. Ведь так?
Найти нормального парня. Влюбиться в нормального парня. Выйти замуж за нормального парня. Жить нормальной счастливой жизнью до конца своих дней.
Это мечта любой девушки. Кроме меня.
— Мы встречаемся всего лишь шесть месяцев, — сказала я ей, засмеявшись, и обратив всё в шутку. Я должна была пролить свет на её абсолютно нелепое предположение. — Он даже ещё не сказал мне, что любит меня.
Нехорошее чувство прокатилось внутри меня. Моё тело полностью отрицало возможность того, что я кому-нибудь скажу эти слова.
Она моргнула, взмахнув накладными ресницами, которые почти задели её высокие скулы.
— Ох.
Майа была романтиком до мозга костей. Она хотела, чтобы все вокруг влюблялись. Если какой-нибудь мужчина нагибался рядом с её стойкой, чтобы завязать ботинок, она считала это изощрённым способом сделать предложение.
— Ну, тогда, может быть, сегодняшний вечер это вечер любовных признаний!
От этой мысли моё сердце заколотилось и снова привело мои нервы в порядок. На этот вопрос было проще ответить, хотя она ещё не задала мне его. Скажу ли я Адаму, что люблю его, если он первый произнесёт эти слова? Да. Да, я скажу их.
По крайней мере, я на это надеялась.
Иногда мой рот жил своей жизнью.
Я захлопала ресницами, посмотрев на неё.
— Лучше помоги мне выглядеть хорошо, просто на всякий случай.
Она улыбнулась и взяла в руки помаду "Русский Красный".
— У меня для тебя хорошие новости. Если он ещё не любит тебя, то он точно полюбит после того, что я с тобой сделаю.
Я бросила сумку, набитую нотами, к ногам и запрыгнула на один из высоких стульев, с нетерпением ожидая того момента, когда Майа сделает из меня красотку. В вопросах макияжа эта женщина была просто волшебницей. Правда, она могла сделать кого угодно красивым.
Не то, чтобы ей приходилось очень стараться для себя самой. Она была по-настоящему одной из самых роскошных женщин, которых я когда-либо видела. Её тёмная кожа была абсолютно идеальной. Дикие афрокосы словно бы отражали её душу, которая была больше, чем вся жизнь. А о таких изгибах тела мечтала бы любая женщина, проводящая множество часов в тренажерном зале. Ей же они были даны от природы. Она долгое время была одним из лучших продавцов "MAC", потому что всем хотелось выглядеть как она.
Чёрт побери, большинство женщин хотели бы быть ею.
А ещё она могла превратить любую женщину из посредственности в богиню, взмахнув пару раз своими магическими кистями.
Через тридцать минут я едва смогла узнать себя в маленьком круглом зеркале на её стойке. Она сделала мне смоки айз, акцентировала скулы, да и этот "Русский Красный" выглядел просто потрясающе, вкупе с натуральным рыжим цветом моих волос.
— Невероятно, — прошептала я, когда она, улыбаясь, посмотрела на меня в зеркало через плечо.
Она замаскировала мои веснушки на носу и под глазами, сделав мою кожу идеальной и как будто фарфоровой, словно на ней вообще не было изъянов. Хотя я, конечно, знала, что всё это ложь. Я выглядела лучше, чем когда-либо.
Даже лучше, чем когда у меня была команда визажистов.
— Пойдёшь домой с этой помадой, — приказала она. — Ты должна обладать ей, ценить её и носить её каждый божий день.
— Из-за неё мои волосы выглядят такими рыжими, — застонала я.
Сколько я себя помнила, я плохо ладила со своими волосами. Одно время я делала всё возможное, чтобы избавиться от своих ярко-рыжих кудрей. Я выпрямляла их, убирала назад и скрывала под шапками и, наконец, когда мы привлекли команду пиарщиков, я стала красить их в сумасшедшие яркие цвета типа розового или дерзкого фиолетового. Мне нравились забавные оттенки, хотя я и выглядела как Барби.
Но отказавшись от всего этого пять лет назад, я вернулась к своему естественному цвету. Носить кудри оказалось проще, чем выпрямлять всё это хозяйство каждый день. В конце концов, мой парикмахер-стилист нашёл идеальный цвет, который совпадал с цветом моих корней. Мне даже не нужно было больше краситься. Теперь это была просто я. Кловер Кэловей, абсолютно натуральная. Абсолютно обычная. Абсолютно неизвестная.
Никто не ожидал этих рыжих кудрей. Теперь это была моя новая визитная карточка. И я понемногу училась любить их.
Точно так же я понемногу училась любить эту жизнь.
— Не благодари, — повторила Майя, смеясь. — И вот, что я тебе скажу. Если бы у меня были твои волосы, я бы такое с ними сотворила!
Так я и поверила.
— Май, если бы у меня были твои волосы, мне бы больше никогда не пришлось переживать о них.
Она выпучила на меня глаза.
— Думаешь, это так легко? Ты даже не представляешь, сколько времени они отбирают у меня каждый день!
— Такая же история, — вздохнула я.
Покачав головой, она пробормотала:
— Я так понимаю, трава у соседа не всегда зеленее.
— Воистину так.
Пожилая женщина и дама лет тридцати с небольшим, которая выглядела как ее более молодая копия, подошли к стойке, заинтересовавшись тенями для век.
— Вот мне и пора, — прошептала Майа и пробила мне помаду, использовав свою корпоративную скидку.
Я протянула ей кредитную карту. Честно говоря, каждый раз, когда она выбирала для меня косметику, я без раздумья отдавала все мои деньги. Майе было лучше знать.
— Спасибо тебе.
Она улыбнулась.
— Удачи! Завтра расскажешь всё в деталях.
Если честно, я не ожидала никаких грандиозных признаний в любви. Мы с Адамом познакомились на одной из моих работ в качестве местного фотографа. Он был шафером на свадьбе, которую я помогала снимать. Наше знакомство началось с того, что он получил в лицо непослушным баскетбольным мячом.
Шафер с женихом резвились в спортзале при церкви в ожидании невесты и её гостей. А мы с моей коллегой — фотографом и самой лучшей подругой, Ривер — делали забавные фотографии их спонтанного матча во фраках, как вдруг Адам отвлёкся и получил мячом в лицо. Кровь из его носа, который сразу же опух, брызнула во все стороны и залила фрак.
И в чем же была причина? Он уставился на меня и
