металлических шариков. – Очень наивно, леди. Очень наивно. И да, я выиграл.
Внутри все упало, когда я осознала, что меня обманули. Нет. Я сама дала себя обмануть. Во рту появился привкус желчи, а в глазах потемнело.
Но если в тот миг мне казалось, что сегодня уже ничего хуже произойти не может, то я снова ошиблась. Дверь таверны с грохотом распахнулась. Вначале в нее ввалились два полисмена, а следом из-за их спин вышел мой брат. Увидев меня, он сделал печальное лицо и произнес:
– Эмми, как ты могла?
Брат направился ко мне, неторопливо, но решительно. Костюм в тонкую полоску неизменно элегантен, прическа – волосок к волоску. Безупречный Джереми. Идеальный во всем. Все взгляды в таверне были устремлены на него и меня. Робби тоже замер за барной стойкой, наблюдая.
– Вот где ты проводишь вчера, сестренка, – произнес брат, окидывая взором зал. – Какое разочарование. Собирайся, мы едем домой. Отцу не терпится увидеть тебя живой и невредимой.
Я еще не успела оправиться от позорного проигрыша, а тут новый кошмар. Отец и брат узнали о моем секрете. Пожалуй, это худший день в моей жизни. Трудно представить, что ждет меня дальше.
– И для этого ты привел с собой полисменов? – Мне снова приходилось скрывать свой страх. Правда, сейчас к нему примешивалась злость, и именно она придавала мне храбрости. – Выведешь меня отсюда как преступницу? Или боишься, что не справишься со мной один? Что я сбегу?
Кстати, неплохая идея. Была бы. Если бы все доступные выходы не находились позади Джереми и стражей порядка. Судя по лицу Робби, он тоже пытался что-то придумать для моего спасения, но, кажется, идей было немного.
– Мисс Брайн, не несите чепухи. – Брат снисходительно улыбнулся. – Они здесь для твоей защиты, а не ареста. И если бы ты вела себя прилично, как и подобает леди твоего круга, – он понизил голос, говоря сквозь зубы, – не пыталась бунтовать и перечить отцу, то и не пришлось бы прибегать к помощи полисменов.
– Простите, это не вы уронили? – внезапно вклинился в наш разговор мой бывший соперник по игре стихий. Капюшон на его голове был натянут еще глубже, почти свисая на лицо. Случайно на него упал свет от лампы, и я смогла рассмотреть его губы и подбородок с легкой щетиной, а еще белую полоску шрама, убегающую вверх по щеке, в густую тень под капюшоном.
– Вы мне? – Брат лишь искоса глянул на него.
– Да. – И незнакомец показал простой деревянный мундштук.
– Нет, не мое, – ответил Джереми, точно отмахнулся.
– Тогда прошу прощения. – Незнакомец коснулся его руки, затем коротко кивнул и поспешил к выходу. И даже ничего не сказал мне на прощание.
Я глянула на стол, за которым только что мы сидели: ни билета, ни моей заколки. К горлу снова подступил ком, в глазах защипало от непрошеных слез. Я быстро отвернулась, чтобы их не видел Джереми, и стала порывисто собирать игру.
Полисмены обступили меня с обеих сторон, лишая последней возможности на какие-либо маневры. Робби с сочувствием посмотрел на меня, когда я проходила мимо, точно под конвоем. «Удачи», – прочитала я по его губам и слабо улыбнулась в ответ. Хоть кто-то на моей стороне.
Джереми сам распахнул передо мной дверь экипажа и помог – скорее, подтолкнул – забраться в него, затем, отпустив полисменов, сел напротив. Он молчал, я тоже. Меня подмывало спросить, как меня разыскали, но гордость не позволила. Я отвернулась к окну и до самого Лонг-Линда молчала. Джереми тоже лишь однажды нарушил тишину, заметив, что пропала одна его запонка.
– Наверное, потерял в том притоне, – пробормотал он с досадой. – Кто-то из твоих друзей-бродяг сегодня разбогатеет.
Я не удостоила его ответа, продолжая отсутствующим взглядом смотреть в окно. К моменту, когда экипаж остановился у ворот нашего особняка, я почти вернула себе самообладание и боевой дух. Встреча с отцом предстояла жаркая, но я не собиралась ломаться под его напором. Его гнев меня уже давно не страшил. Я знала, что вначале меня ждет долгий мучительный монолог, полный нравоучений и распеканий, потом, возможно, меня посадят на время под арест в свою комнату или придумают какое-либо другое наказание, например, заставят выучить все статьи из кодекса магического права. Или снова пришлют миссис Ривер, чтобы учить меня этикету. Возможно, опять начнутся угрозы выдать меня замуж. Но я все это стерплю, мне не впервой. А потом начну все заново. Я и без того уже скопила достаточно денег, осталось немного – и наконец обрету желанную свободу. И этого никто у меня не отнимет.
Я ожидала, что меня сразу потащат в кабинет к отцу, но дворецкий, открыв дверь, сообщил:
– Господин Брайн велел, чтобы вы отправлялись в свою комнату, мисс, и привели себя в порядок. Через полчаса он ждет вас и господина Джереми в столовой. Сегодня на ужине будут гости.
– Гости? – Джереми озадачился, мне же было на гостей плевать.
Неприятный разговор с отцом откладывался, и только это меня радовало. Поэтому я, не дослушав ответ дворецкого брату, почти бегом бросилась к лестнице.
Глава 2
Путь в комнату лежал через галерею портретов моей родни: от дальних и давно почивших представителей нашего рода до ныне здравствующих. Был здесь и мой портрет – маленькой шестилетней девчушки, сидящей на коленях у матери. После ее смерти я больше не позировала ни одному художнику, хотя отец и пытался меня заставить. Но я каждый раз бросалась в такие горькие слезы, что художники сами отказывались меня рисовать. Зато Джереми красовался на нескольких картинах, одна из которых была нарисована три года назад, когда он поступил в Университет Высшей магии.
Прямо около моей комнаты висел портрет моей бабушки, о которой я вспоминаю с не меньшим теплом, чем о маме. Она воспитывала меня в течение восьми лет после смерти мамы, пока сама не отправилась в мир иной. В тот день я осознала всю глубину своего одиночества.
– Привет, бабуля, – тихо поздоровалась я, проскальзывая в свою комнату. – Отчитываюсь: я жива, здорова и полна оптимизма.
Бабушка смотрела на меня с портрета с мягкой улыбкой, и я улыбнулась ей в ответ.
Закрыв дверь, я услышала шаги в ванной комнате. Это наверняка была моя горничная Марго. Я поспешила спрятать свою сумку под кровать ровно за секунду до того, как Марго показалась на пороге, вытирая влажные руки о передник.
– Мисс Эмили, вы уже вернулись. – Она с дружелюбной улыбкой склонила голову. – Я как раз готовлю вам ванну.
