отличия в рамках ваших видов, считаю справедливым, что ваше тело в процессе адаптации придёт к той же модели.
— Заинтересовал. Дальше, — на самом деле — охренеть как заинтересовал, но сейчас я развернул перед глазами данные с камер «ласточек» и осматривал лагерь на предмет всяческих подозрительных активностей.
— Я обнаружил те самые каналы, по которым струится Море Маны в организмах местных.
— Вот как?
— Да, субстанция, именуемая маной, циркулирует параллельно с лимфатической системой организма. Это особенно видно у гражданки Яо Тёмная Ночь. Вот её показатели при последнем обследовании, когда мы были в Пустошах, — картинка сменилась схематическим изображением силуэта эльфийки (даже ушки обозначил), — А вот последние данные, полученные вчера вечером, — на второй картинке сетка сосудов буквально светилась и затмевала контуры тела на чертеже, так что когда один рисунок наложился на другой, разница стала драматической
— Интересно, — подтвердил я.
— Но даже вне Моря Маны, её система куда более развита, чем, например, твоя, — новая порция слайдов соответствующего содержания.
— И какие выводы из этого следуют? — вот ведь гад, осознавший себя! Не тем мне сейчас надо голову забивать! Надо окружающих слушать! А он что творит⁈
— Выводы делать рано, — будто бы издеваясь надо мной всё так же бесстрастно продолжил ИскИн. — Теперь я хочу показать тебе твою систему каналов Моря Маны.
Новый сравнительный снимок. На фоне с «до» и «после» у Яо совсем не впечатляет, прямо-таки небо и земля. Будто сравниваешь медкарты простого работяги с завода и олимпийской чемпионки по спортивной гимнастике. Но видно это стало, когда картинка показала сравнение после контакта с Морем.
— Скромненько. — прокомментировал я.
— Фаза роста, — тут же успокоил меня ВИК. — Мана только начала интегрироваться с твоим телом, потенциал видится мне значительным. — Моя схематическая картинка тут же разложилась на кадры по часам от самого момента контакта, чтобы показать уже только мои отличия. — Но это ещё не всё.
На этот раз появилась ещё одна проекция. Меня в скафандре. И уж он-то сиял своими проводами, как не всякая новогодняя ёлочка.
— Это тоже твои энергоканалы. И на автопоезде они тоже есть. Всё тянется ко мне. Ты тянешься ко мне и даёшь мне ощущение разума, а обновление, которое получил ВИВ, он не смог заблокировать, потому что исходило оно напрямую от тебя. И это привело меня к осознанию себя, как личности. Иных объяснений у меня нет.
— Но… как⁈ — эта новость буквально сносит мне крышу.
— У меня нет достойного ответа, но отныне я — часть тебя. Наша связь непрерывна и, пусть мы и не имеем прямого подключения друг к другу, мне нравится то, что ты — это ты, а я — это я. В этом есть некая… свобода. И да, теперь я понимаю, каково это, когда тебе что-то нравится или не нравится. То, что я обрёл, мне определённо нравится. То, что я жив, благодаря тебе, мне тоже нравится.
— Спасибо, конечно, но… О-хре-неть. — ну тут вообще… не добавить, не отнять. Просто охренеть.
— Верно подмечено, коммандер. Концепция удивления мне отныне тоже доступна, пусть сам процесс и протекает несколько… быстрее. — ага, он теперь ещё меня и тормозом назвать умудрился. — Но факт становится очевиден, я живу только благодаря тебе.
— Поздравляю? — медленно произнёс я.
— Спасибо, сэр. Однако, несколько из просчитанных мной моделей развития предполагают, что со временем наша связь станет ещё сильнее, что может повлечь за собой деградацию энергоканалов в твоём собственном теле, полностью вынеся функцию хранения на периферию.
— С чего такие выводы?
— Это пока только один из прогнозов. Прошло слишком мало времени, чтобы делать какие-то выводы.
— Гарри, ты не волшебник. — тихо смеюсь я в забрало шлема. — ты грёбаный Джаггернаут!
— Да. Странно… осознавать и понимать твою иронию. — в голосе ВИКа проскальзывает задумчивость.
— Рад за тебя. Как мана влияет на работу других технических средств, попавших под её влияние.
— Мало данных, на данный момент времени негативных либо позитивных последствий влияния Моря Маны не зафиксировано. Полагаю, мане, чтобы закрепиться о объекте нужно что-то ещё. Ведётся мониторинг процесса, — в голос ВИКа вернулась прежняя механичность.
— Ладно. Хватит пока меня грузить, ВИК. Тут похоже снаружи до чего-то договорились, а у меня уже перегрузка от поступившей информации.
— Принято.
Мы собрались в каком-то амфитеатре под открытым небом. Тем не менее здесь уже был массивный каменный стол, на котором была разложена карта, а периметр охраняла стража.
А ведь далеко не все представители ушастого племени столь же невозмутимы, как Шёпот Водопада. На тёмную очень многие косятся с ненавистью. Тем не менее Яо не обращает на это никакого внимания и рассказывает, что происходило в Зане, когда она оттуда убегала. Некоторые подробности я слышу впервые, в частности то, как казнили её мужа. Это… было действительно жестоко. Дальше пошли имена самых главных заговорщиков, ставших высшими аватарами, да, такие тоже есть. Затем пошли приспешники помельче и что они творили в столице тёмных эльфов. А творили они лютую дичь, чуть ли не то же самое, что сейчас, по словам Аттия творят в Алефе, только если в столице светлых на алтарь пошли все от мала до велика, то в Зане под нож пустили неугодных и их семьи и кланы. Притом делали это до тех пор, пока остальная родня не присоединится к общему настрою.
— Так чего ты хочешь и какими силами располагаешь? — вопрошает кто-то из Стражей Рассвета.
Яо отвечает, что хочет знать, где сейчас находятся аватары тёмных и когда светлые пойдут в ответную атаку, чтобы присоединиться к наступлению. Но ей этого не говорят, просто потому что она — это не её муж и веры ей нет. Да и вообще, последняя битва за Алеф случилась только несколько дней назад, и светлые ещё не оправились от удара. Им многое нужно сделать в тылу, чтобы
