ты хочешь войти в историю? – поинтересовался Олаф подойдя для приветственного рукопожатия.
Однако, действительно, одежда Генри, состоящая из обычных черных брюк, белой футболки и клетчатой рубашки смотрелся повседневно на фоне костюма Олафа, состоявший из парадной белый рубашки, спрятанной под парадной черно-желтой жилеткой.
Олаф, старый немец, который прожил уже шесть десятков лет, однако его задорности и лёгкости в общении Генри завидовал. Олаф попал в команду Кайроса-1 за то, что смог перед самым началом войны сбежать из Оборонительного Союза, прихватив с собой свои наработки по использованию электромагнитных установок для создания управляемых колебаний гравитационных волн. Олаф бежал не один, с семьёй и несколькими другими учёными. Однако до берегов ближайшей страны Объединения добраться смог только он и его семья, остальных его коллег ждала, наверняка, ужасная участь. Олаф, с его слов, успел уничтожить все наработки его группы, которые не успел взять с собой, и которые могли быть в руках Союза, тем самым, один он уничтожил то, над чем работали десятки людей на протяжении многих лет.
– Что-то вы слишком разговорчивы, Олаф. Наверное, неприятно видеть как человек в три раза моложе за три года делает больше чем группа учёных за десятки лет, а? – Генри прекрасно знал отношение Олафа к подобного рода уколам. Это заставляло старого немца давить из себя специально плохо наигранный театральный смех, а также сыпать разными неприятными на слух, и наверное по смыслу, словами на немецком. Однако это только разряжало обстановку и помогало сбрасывать напряжение, которое росло по мере наступления даты финального эксперимента в проекте Лабрис.
– Ах, юный молодой человек. Да я счастлив, что я не на твоём месте, а всего лишь участвую в этом проекте! Я люблю науку, а не пряники славы или кнуты ответственности. Министерство обороны, наверняка смотри даже за тем, сколько ложек сахара ты кладешь в свой кофе и сколько раз в день испражняешься! – с улыбкой на лице съязвил Олаф, что означало, что вербальный бой был принят и Генри нужно отбивать атаку, однако стоило только Генри придумать, как отшутиться о том, что он будет личным Министерством Обороны для Олафа, последний поменялся в лице и подошёл ближе к Генри и произнес достаточно тихо, чтобы адресат у сказанного был только один -Генри, если бы ты знал как мы все переживаем! Ты в первую очередь физик и, черт возьми, отменный. Однако мы тут не рак лечим, команда сомневается в том, что мы делаем, хотя и никто под дулом пистолета не скажет об этом. Нужно напомнить нам всем что и для чего мы тут делаем. – Олаф сразу же отошёл от Генри, как будто этого момента не было.
Генри смутился, он начал думать: а сомневается ли он сам?
Проект Лабрис в большей степени его детище, он потратил на это три года, если не учесть то как он встраивал свои разработки, которые были ещё со времён учебы в университете, в этот проект. Как он может сомневаться в том, к чему шел всю свою осознанную жизнь? Как он может сомневаться в том, что разрабатывают сотни сильнейших умов одновременно? Нет, он явно понял, что его уверенность непоколебима и эти вопросы к самому себе лишь подтверждает то, что он не бестолковый фанатик, а учёный, который уверен в своем проекте и задаёт себе вопросы лишь для того, чтобы ещё раз дать на них четкие утвердительные ответы. Генри был тверд в намерениях завершить начатое. Однако, он осознал, что его уверенность в этот самый момент должна охватит всех сотрудников Кайроса-1 и Кайроса-2.
– Джефф, подключи меня к линии Министерства Обороны. После подключения выведи изображение трансляции на экран. – скомандовал Генри, проверяя состояние наушника, прощелкивая на нужный канал связи.
– Мистер Сайнсхолл, куратором эксперимента по линии Министерства Обороны назначили меня, я Генерал Хаммер, заместитель начальника штаба вооруженных сил Объединения.-прозвучал низкий мужской голос в наушнике Генри, который в очередной раз за сегодняшний вечер вернул Генри из размышлений в реальность.
– Здравствуйте, Генерал Хаммер, я проведу брифинг, и мы можем начинать. Для проведения эксперимента проекта Лабрис все готово.– доложил Генри.
– Хорошо, ждём вас, мистер Сайнсхолл.– после недолгой паузы Генерал добавил – Мы рассчитываем на успех вашей команды, все страны Объединения желают поскорее положить конец этой войне и ваша вклад в эту победу будет сложно недооценить. – строгим и холодным голосом сказал Генерал.
– Я вас понял, мистер Хаммер. – нервно ответил Генри.
Последние слова генерала застали врасплох Генри. Он только сейчас, почти в конце работы понял, какое великое оружие он создаёт. Принцип работы Лабриса схож с применением топора, в честь которого был назван проект. Разница в том, что топором древние греки останавливали неприятеля прямым ударом по его телу, не оставляя человеку шанса на выживание, а Лабрис Генри делал замах активными частицами внутри разгонной трубы, после чего нанося удар гравитационной волной по земле, поражая силу противника, сметая его технику, укрепления и живую силу. В теории, такие установки можно будет делать любых масштабов, и ставить их на шасси. Также активные частицы, разгоняемые внутри Лабриса можно запускать на расстояние, используя как бомбы или ракеты, с разницей от оригинала в том, что ракету или бомбу можно сбить средствами противовоздушной обороны, а заряд Лабриса до момента детонации активных частиц поразить или даже увидеть невооружённым взглядом почти невозможно. Регулировать траекторию полета заряда Лабриса можно с помощью регулировки активности частиц, которые разгоняются в разгонном блоке. По расчетам команды Генри заряды можно будет запускать на расстояние до 8 тысяч километров, тем самым делая это оружие межконтинентальным. Также огромный плюс Лабриса в том, что две его самые важные части это разгонный блок и силовая установка могут быть практически любого масштаба. От оперативных вариантов, установки которые можно использовать на шасси танков и других бронемашин, до больших межконтинентальных установок, по высоте разгонного блока около 80 метров. Заряд, выпущенный Лабрисом невозможно сбить или обнаружить визуально или средствами радиолокации, радарами ПВО, а детонация может быть отсрочена благодаря отложенной детонации активных частиц. После детонации заряда на земле в определенном заранее радиусе будет твориться контролируемый ад. Почва под ногами врага начнет дрожать и трескаться, поднимая пласты земли вверх, образуя в свою очередь трещины и расколы способные уходить в глубину и высоту на расстояние 20 или 30 метров. От эпицентра попадания заряда будут расходиться мощные гравитационные волны, уничтожая на своем пути все живое и неживое. Как если бы на боевой танк, откуда не возьмись, прилетела бы огромное взрывная волна или огромный молот,
