трубы. Но разгонная труба упала. Генри успел лишь увидеть как она надломилась в двух местах у основания и на выходе. Синее свечение вырвалось у основания и произошла сильная вспышка, ослепив объектив, а затем сигнал с камеры пропал вовсе. Изображение с беспилотника вывелось само на основной экран, там были видны только столбы пыли, однако вскоре и с него картинка пропала, оповещая о потери сигнала. Все приборы, которые передавали сигнал от места предполагаемого тактического удара, а также около самой установки молчали. Сигнала не было ни от одного из них. На оперативном экране были видны только оповещения о потери сигнала с разных камер и летательных аппаратов, которые поочередно переключались оператором. Было изображение со спутника, но оно не давало четкой картинки для оценки произошедшего. Поверхность не показывалась под плотным облаком пыли, и четкость изображения не давала возможность понять произошедшее.
В голове у Генри зазвенело, он оцепенел. Он не слышал никого и ничто, только отчётливый звон, который оглушал его разум, мысли и тело. Он стоял как вкопанный, держа наушник до сих пор около рта, и его стеклянный взгляд был прикован к экрану, которой до сих пор перебирал изображения с работающих камер, которых было не так много и они не давали возможность для понимания ситуации.
Генри из шока вывел Джефф, который подбежал и начал трясти за плечи Генри, из-за чего он выронил наушник.
– Мистер Сайнсхолл, очнитесь! – с ужасом в глазах кричал Джефф – Связи нет ни с Кайросом-2, ни с каким либо прибором в радиусе фиксации эксперимента, мы понятия не имеем что происходит в радиусе трёх километров вокруг , черт возьми! Полная тишина, ни один беспилотник не отзывается, Генри, что делать, черт тебя подери! Хаммер требует доклад, очнись уже!
Тряска вывела Генри из шока, он отошёл от Джеффа, поднял наушник. На вид он был весь бледный, он чувствовал, как ему становится холодно от ужаса. Он чувствовал каждый удар своего сердца, который внушал страх в его разум, но он вернул себе контроль над собой же и начал думать, что делать.
– В воздух поднять вертолет с ближайшей базы для визуального контакта с Кайросом-2. Пусть возьмут все гравитационные анализаторы и эхолокаторы для понимания что происходит внизу. На оперативный экран вывести запись с камер оперативной Кайроса-2 сейчас же! Доклад Хаммеру отложить на неопределенный период, отключите их от общего канала, Джефф, ты общаешься с ними. Я должен понять, что произошло.– как только Джефф договорил, на оперативном экране показали запись с зала Кайроса-2.
Учёные находятся по своим местам. Начальник Кайроса-2 у своего рабочего места около него ещё около пятнадцати человек. Судя по всему, когда Генри отдал приказ инфицирования удара, у них заминал зелёное оповещение. Начальник Кайроса-2 что-то скомандовал, звук отсутствовал. Генри наблюдает нормальный рабочий процесс, но спустя несколько секунд на экране происходит что-то невообразимое и камера теряет сигнал.
– Еще раз эту запись в замедленной съёмке и вывести все показатели Лабриса к этому моменту. – Генри отдал команду и изображение вновь вернулось на экран, дополненное таблицей с показателями.
Показатели в норме, картинка тоже удовлетворительная. Начальник Кайроса-2 два снова что-то говорит, обращаясь к сотруднику. Сотрудник нажимает что-то на своем рабочем компьютере. Показатели остаётся в норме ещё несколько сотых секунд. Затем, показатели вибрации и силы давления на все опоры резко подскакивают.
Сила разгона частиц в блоке повышается в несколько десятков раз выше нормы. После чего в следующие сотые секунд замирают с меткой потери сигнала. Датчики вокруг установки фиксируют рост гравитационной и сейсмической активности, которые постепенно появляются на все большей глубине, а затем также замирают с меткой "Нет сигнала". Но самая ужасная картина творится в оперативной Кайроса-2. После потери сигнала с приборов установки, оперативная начала как будто бы схлопываться, будто это спичечный коробок, на который наступили. По скорости воспроизведения было видно, что все произошло не дольше чем за несколько секунд. Судя по положению камеры, она была закреплена на каком-то из рабочих компьютеров в середине зала. На последних секундах изображения, Генри видел как пол начал подниматься, раскалываясь и поднимая людей, которые там были, ломая технику, стены которые были закреплены. Камера также начала подниматься и, видимо, падать. Потолок же наоборот начал опускаться, тоже ломая все на своем пути. Последние сотые секунды съёмки камера завалилась на бок, показывая как трескается оперативный экран, люди, теряя равновесие, начинают падать и трансляция оборвалась. Генри понял, что все кто был на том объекте погибли.
Весь персонал Кайроса- наблюдал за этим. У кого-то был шок, кто-то держась за голову опустился на кресло и ничего не говорил, кто-то начал тихо пускать слезы. Слов не было точно ни у кого. Секундная тишина прервалась от работников, которые пытались установить связь с Кайросом-2, а также от тех, кто направлял вертолет к месту расположения объекта. Кто-то безуспешно пытался восстановить связь с беспилотниками, кто-то пытался улучшить картинку со спутника через нейросеть, но результат все равно оставлял желать лучшего. Кто-то начал выходить из оперативного зала в комнату для курения так как все приборы за которые они отвечали не подавали сигналов. Кайрос-1 полностью ослеп, оглох и потерял осязание до момента подлета вертолетной группы.
Джефф постоянно с кем-то говорил по наушнику. Олаф обескураженно изучал графики и искал причины. Его мысли велись к тому, что доложил Джефф, о повышении давления и вибрации на второстепенных опорах. Эти опоры держали разгонный блок над землёй, когда он находился ниже чем на 90 градусов над землёй, то есть они выполняли свою функцию только при тактическом использовании, когда разгонную трубу необходимо было наклонить почти параллельно земле. Они выполняли второстепенную функцию, то есть делили давление с основных опор. График не давал понять причину повышения давления и вибраций, однако, у Олафа были лишь догадки. Одна из самых реалистичных сводилась к тому, что после первого использования Лабриса под установкой просел грунт и площадь распределения нагрузки поменялась из-за чего была увеличена вибрация от подготовки снаряда, что в свою очередь увеличило нагрузку на опору. Додумывая эту теорию, Олаф решил, что разгонная труба упала, из-за сломавшихся опор, это вызвало надлом в двух местах, судя по записи. И снаряд вылетел не из выходного отверстия, а наоборот, он влетел внутрь разгонной трубу, попав в энергетическую установку. Поскольку опора была второстепенной, ее показатели не были первым приоритетом так как нагрузка на нее была меньше нагрузки основной опоры, но из-за изменения поверхности под площадкой, ситуация поменялась, о чем не могли
