очень наивно.
Глава 1
За несколько дней до…
– Проходи, Изабель! Смелее! – Бастиан Мелес покровительственно похлопал по сиденью кожаного дивана рядом с собой.
Я боязливо огляделась вокруг. Назначить встречу в мужском клубе, где появляются только дамы определённого сорта, – такое страшное унижение ещё надо было постараться придумать!
К сожалению, я поняла, где оказалась, только когда шагнула внутрь: вывески таких заведений обычно не бросаются в глаза. Снаружи ждал экипаж, на запятках которого лежал одинокий чемодан с моими вещами – всё, что было у меня после окончания учёбы в Межмировой школе иллюзий. Пара платьев, которые давно вышли из моды, да бельё – вот и всё моё имущество, ведь после смерти бабушки я лишилась даже родового имения.
А когда узнала, что теперь нахожусь под опекой душного барона Мелеса, то едва не впала в истерику. Он никогда мне не нравился, даже когда считался другом и соратником отца. Я постоянно чувствовала исходящую от него угрозу, и чем ни закончилось расследование несчастного случая, в котором погибли мои родители, до сих пор считала, что он приложил к этому руку.
Вот и теперь Бастиан улыбался, а в его глазах стоял такой холод, что не хотелось к нему приближаться. За те годы, что я училась, он заметно постарел, но ещё сохранил аристократическую стать. Впрочем, что-то в его чертах всё равно казалось мне склизким и подозрительным.
Может, уйти? Но куда… А он хотя бы прояснит ситуацию, в которой я оказалась.
Пришлось наступить на горло собственной гордости и брезгливости и пройти дальше, в душное, сумрачное пространство клуба. Меня сразу облепили любопытные мужские взгляды. К счастью, одета я была скромно, даже очень, – в серое форменное платье Школы. Оно точно не похоже на фривольные наряды куртизанок. Кстати, хорошо, что шевроны с эмблемой Школы на них пришивать не принято: к таким, как я, все относятся с подозрением.
У меня даже внешность сейчас не своя. К ней я привыкла, а настоящую скрывала, иначе уже издалека было бы понятно, кто я такая.
– Добрый день, мессир. – Я кивнула барону и осторожно присела на край дивана, чтобы сохранить максимально возможную дистанцию между нами.
– Это хорошо, – протянул он, оглядывая меня с головы до ног. – Очень хорошо. Ты постаралась.
Я не сразу поняла, что он имеет в виду, но вспомнила о том письме, которое он прислал мне незадолго до выпуска из Школы. В нём барн просил меня выбрать для себя как можно более привлекательный облик, ведь белые волосы, бледная кожа и светло-голубые, почти бесцветные глаза – обычные для всех альез – вряд ли могут кого-то привлечь. Я махнула на его распоряжение рукой и осталась верна той внешности, которую выбрала для себя несколько лет назад. Но оказалось, что и она вполне годилась, но для чего?
– Есть хочешь? – спросил Мелес с ходу. – Наверное, проголодалась с дороги.
При мысли о еде у меня под рёбрами тоскливо заныло. Выехать из Школы, со всеми проверками и пропусками, – это само по себе задачка непростая. А уж добраться до нужного города из самой глуши – ещё одно испытание. Принимать от Бастиана хоть что-то мне не хотелось, даже такую мелочь, как обед. Но желудок не обманешь, поэтому я молча кивнула.
– Зачем вы назначили встречу здесь? – уточнила, когда он отпустил гарсона.
– Чтобы ко мне в дом ты приехала, зная всё, что тебе следует, – голос Мелеса стал ровнее и неприветливее. – Дело в том, что в своё время мне пришлось взять некоторые заботы о тебе и твоём наследстве.
Наследством это можно было назвать чисто условно, потому что после гибели отца выяснилось, что от него остались только долги. Как это было возможно при всей той благополучной жизни, какую я помнила, – непонятно.
Но семейные счета оказались пусты, а деловые документы содержали кучу сомнительных сделок, от которых наша фамилия несла лишь убытки. У бабушки ещё оставались кое-какие сбережения, и, как только мне исполнилось десять, она отправила меня учиться в Школу для таких, как я, – альез, девушек, магия которых позволяет им принимать любой облик.
Наверное, она хотела уберечь меня от неприятностей. Но те нашли меня сами.
– Не понимаю, почему именно вы, – с сомнением в голосе отозвалась я.
– Ну как же… Мы с твоим отцом были отлично знакомы и много работали вместе. Я не мог не помочь. Пришлось выкупить ваш дом, когда он ушёл с молотка. И оплачивать твою учёбу почти десять лет. К сожалению, средств твоей бабушки едва хватило на год. И пришло время платить по счетам, Изабель.
– Вы лжёте! – выпалила я, привстав с места. Мужчины в зале начали коситься в нашу сторону с удвоенным интересом. – Она писала мне, мы много говорили об этом. Она сказала бы мне, если бы за учёбу платили вы!
– Она обратилась ко мне, когда стало совсем тяжело, и мы договорились оставить мою помощь в тайне.
– Что ж вы мне обо всём рассказали? Благородно молчали бы дальше. – Я откинулась на спинку дивана и сложила руки на груди.
– Всему однажды приходит конец. – Бастиан нервно постучал кончиками пальцев по столу. – Тогда всем было выгодно молчание, но многое изменилось. Я считаю своим долгом заняться дальнейшим устройством твоей жизни, но и ты должна научиться быть благодарной!
Его тон становился всё более напряжённым, словно он шёл по краю собственного терпения.
– И каким же образом вы хотите устроить мою жизнь? – Я ехидно прищурилась.
Гарсон принёс заказанное для меня блюдо, но я даже не почувствовала запаха, исходящего от горячей еды. Всё внутри буквально голосило от негодования. Интуиция билась в припадке, гарантируя, что ничем хорошим это не закончится.
Может, надеть ему на голову эту миску с бульоном и сбежать? Сменю облик – он меня в жизни не найдёт!
Первый злорадный порыв быстро схлынул. За такие выходки сразу лишусь с трудом добытой лицензии. Мстительный барон точно это устроит! А без допуска мне не найти хорошую работу. Ещё и этот отслеживающий браслет у меня на лодыжке – его надевают всем выпускницам Школы, чтобы контролировать девиц с опасной магией и не допускать бесчинств.
– Разве можно устроить жизнь молодой девицы лучшим образом, чем выдать её замуж? – Бастиан беспечно рассмеялся.
– Можно, – бесстрастно возразила я. – Например, помочь ей найти хорошую работу. Я не белоручка, чтобы сидеть дома и смотреть в потолок. Я училась и хочу применить свои умения для дела!
Перспективы у меня были неплохие, если приложить к моей необычной
