могу найти вот уже сколько лет, а еще и с ребенком?! Пока буду в поиске, пора будет опять пересмотреть условия и искать дедушку с внуками. — Намек на «достоинства» Ирина решила проигнорировать. Подруга обоснованно считала, что Ирина останется одинокой, если не снизит планку в выборе мужа.
Одинокий мужчина с ребенком…Хм, среди ее знакомых и родственников, а также знакомых знакомых и знакомых родственников таких не наблюдалось. Редкие, должно быть, экземпляры. Мужчины с детьми от первого брака, второго и так далее, не редкость. Взять, хотя бы Ирининого нынешнего ухажера Андрея: два брака за спиной и в обоих по ребенку. Причем он говорит о женах и детях: «мои бывшие». Ирину это выражение просто коробит. Ладно, бывшая жена. Но как может быть «бывшим» ребенок?
За размышлениями Ирина не заметила, как забралась на холм. Кроссовки слегка намокли от росы, рюкзак за спиной стал заметно тяжелее, чем в начале пути. Она никогда не приезжала на дачу с пустыми руками. Тем более что дачный сезон только начинается и запасы продуктов на лето еще предстоит сделать. В нескольких метрах впереди начиналась березовая роща, голоса ее временных попутчиков раздавались уже где-то далеко за деревьями едва различимые из-за звонкого птичьего галдежа. За спиной послышался звук проходящего поезда, Ирина обернулась. Стоя на небольшом пригорке, она видела внизу как на ладони станцию, железную дорогу и дорогу, когда-то в прошлом веке асфальтированную, а ныне банальную гребенку, ведущую в поселок в объезд рощи. Легкий ветерок за последние полчаса поработал над облаками и участки синего неба, осиянные солнцем, на фоне белых облаков радовали яркой голубизной.
— «Я всегда помню, что моя жизнь прекрасна, а сейчас особенно», — пробормотала Ирина. Сегодня это звучит более правдоподобно. Она зашагала дальше. Дышалось легко, в прохладном еще воздухе витал запах свежей травы и березовых почек. В лучах солнца заметно, как воздушный покров расходился рябью. Девушка видела, как он дрожит всего в нескольких метрах от тропинки между двумя сросшимися у основания березами. У корней деревьев ярким красным пятном бросилась в глаза забытая кем-то книга. Мимо такого безобразия Ирина не могла пройти спокойно, поэтому сошла с тропинки в еще не просохшую от росы траву и подняла находку. «Ноты для заржавевших пианистов», — прочитала она. Музыку она любила, музыкальную школу окончила, впрочем, играла редко. Оглянулась в поисках хозяина книги. Никого, в пределах видимости.
— Хм, грибник в лес по грибы, ягодник — по ягоды, библиотекарь — по книги, — пробормотала Ирина. — Неплохой прибыток.
Пришлось стаскивать с плеч рюкзак и искать в нем место для книги, что было довольно затруднительно в виду его небольших размеров, а куча вещей, которые Ирине удалось в него запихнуть еще дома, в полтора раза превышала объемы этой незаменимой для дачника сумки. Стоя между стволами двух берез и безуспешно пытаясь затянуть ремешок, девушка почувствовала легкое дуновение за спиной, не удержала равновесие и шагнула между берез.
— Владелец книги, — мелькнула мысль. Похитительница обернулась, собираясь извиняться и объяснять. — Никого. Что за шуточки? — Задрала голову вверх. Бабочка, удивительно красивая, с изумрудными крыльями с черной окантовкой по краям, однообразно взмахивая крыльями — парусами, летела по своим бабочкиным делам.
— Вот это размерчик, — задохнулась Ирина от восторга. — Сантиметров двадцать. Такие же только в тропиках должны обитать?! Н-да, хоть и великанша, вряд ли это она меня так приложила. — Девушка снова заозиралась. Увиденное ошеломило и привело в восторг. Еще с десяток ярких разноцветных бабочек порхало в воздухе на опушке рощи. Ирина зачарованно подошла к соседней березе. Мириады ослепительно белых мотыльков плотной массой облепили ветки и ствол дерева. Над ними подобно падающим снежинкам кружились еще несколько таких же белоснежных красавцев. Опушку рощи покрывал сплошной пестрый ковер из цветов: бледно-розовый бодяк, огромные зонтики борщевика, важно покачивающиеся от легкого ветерка, лохматые васильки. Ирина не удержалась, сорвала головку клевера, размером со средней величины луковицу. Выдернула сразу несколько лепестков и присосалась к их сочному основанию. Сладко! Разве все это цветущее великолепие должно уже цвести? — сверкнула беглая мысль. — Как бы то ни было, нужно обязательно привести сюда Славу с ее любознательными отпрысками, полюбоваться на это чудо.
Вспомнив о подруге, Ирина заторопилась. Наверняка, та уже удивляется задержке. Девушка вернулась на тропинку и быстрым шагом направилась к роще. Минут через пятнадцать тропка привела ее к неширокому ручью, через который был перекинут ствол старой, потемневшей от времени и сырости березы.
— Все-таки нашелся счастливчик, под которым переломилась традиционная доска сороковка, несколько последних лет служившая нам мостиком, — подумала Ирина, осторожно ступая по неровному скользкому стволу. Сразу за ручьем она свернула с проторенной дорожки на едва вытоптанную тропинку, которой пользовались только соседи и родные Славы. Она вела прямо в их сад-огород, расположенный за домиком. Вот и яблоня, под которой Иринка и Славка уже много лет распивали чаи на завтрак и вместо ужина.
— Так, калитки нет. Как, собственно, и самого забора. Снесли, значит. Хотят быть ближе к природе? Не по-русски как то. Нет, чтобы укреплять свою вотчину, проволоку колючую под напряжением пустить, — Ирина вспомнила, как часто обсуждалась ими проблема нарушения границ собственности. — Хм, — она шагнула дальше и остолбенела: домика тоже не было. В растерянности сделала еще несколько шагов, огляделась. Его не просто снесли, его здесь вообще никогда не было!
Неожиданно зазвонил телефон. Ирина, раздраженная на подругу за преподнесенный сюрприз, торопливо скинула рюкзак и начала шарить на предмет мобильника.
— Это не сюрприз, это какой-то глупый розыгрыш, — вываливая из рюкзака одну вещь за другой, бурчала она. — Лучше бы уж мужика для очередного знакомства пригласила, — все больше раздражаясь и забыв, что еще утром нервничала именно от перспективы нового брачного знакомства.
— Да, — рявкнула она в трубку.
— Ириш, привет. Ну, где ты пропадаешь? Я тебе звоню, звоню, — жизнерадостно завопила Слава.
— Я под яблоней стою, — успокаиваясь, сказала Ирина.
— Под какой именно из яблонь ты стоишь? И что ты там вообще делаешь? Ты давно уже должна быть на даче.
— Я и нахожусь на даче и стою под нашей с тобой любимой яблоней, — спокойно и четко произнесла Ирина.
— Ну, подруга, ты даешь. Это я сейчас сижу за столом под нашей любимой яблоней, и битый час пытаюсь до тебя дозвониться.
Ирина обвела растерянным взглядом полянку с яблоней по центру:
— Как я могла заблудиться? Я же тут с закрытыми глазами…
— Так ты не шутишь? — Слава, задумчиво обводила пальцем узор на клеенке, потом решительно встала и направилась к дому:
— Вот что, вернуться обратно на станцию сможешь? Тогда отправляйся туда.
