— Помню, — отвечает Светлан, обливаясь потом.
— А помнишь, как этот итальянец двигался?
— Помню.
Раздается звонок. Наша героиня танцует к двери и открывает ее: на пороге — помятый двойник, на лице явные следы женской неуступчивости.
— Это что-то новенькое! — смеется наша героиня.
— Что случилось? — удивляется Светлан.
— Какая-то дикая попалась! — объясняет двойник. — Сказала, что человек, который поет такие песни, не может так относиться к девушкам… Ну, и…
— Хорошая девушка! — смеется наша героиня.
— Да уж… — соглашается двойник, потирая щеку. — В общем, я на несколько дней исчезну… А то пойдут слухи, что на тебя напали… Представляешь, что начнется?
— Представляю.
Уже знакомый нам кабинет постановщика фильма «Русские гангстеры на Брайтон-Бич». Развалясь, в кресле сидит человек горной наружности, вокруг него бегает О. О. Мухрай-средний, он радостен и взволнован.
— Неужели все, что вы говорите, правда?
— Клянусь мамой! — кивает горный.
Входит наша героиня. Режиссер бросается к ней.
— Светочка! Мы будем снимать наш фильм в Америке. По-настоящему, на Брайтон-Бич!
— Но у нас же нет денег!
— Я нашел спонсора! Вот этот благородный человек дает нам деньги! И даже берет на себя всю организацию — билеты, багаж, гостиница…
— Хачик Спонсорян, — представляется незнакомец.
— Светлана Булатова.
Спонсор с интересом осматривает изящную каскадершу.
— А что он за это хочет? — Булатова на ухо спрашивает Мухрая.
— Ничего. Просто он очень любит кино.
— Не может быть!
— Клянусь мамой! — кивает Хачик.
— Я ему не верю! — качает головой Булатова.
— А я верю, верю, верю… Собирай чемоданы, через неделю летим!
— Я не могу…
— Не можешь? В Америку?!
— Не могу… У сына скоро международный конкурс. «Золотой удод». Без меня он…
— Какой к черту удода? Где я за неделю найду новую Рыбачку Соню?!
— Найдете, в Америку все хотят! — С этими словами наша героиня выходит из кабинета.
— Материнская любовь, доведенная до невменяемости! — констатирует Мухрай-средний. — А могла бы стать большой актрисой!
— Странная девушка, клянусь мамой, — соглашается Хачик.
Наша героиня снова стоит возле служебной раздевалки «Буратино» и, как обычно, ждет знаменитого сына. Вот он спускается, счастливый, с охапкой роз, но на этот раз без двойника. Светлан, как повелось, целует мать в щеку и отдает ей букет цветов. За дверями беснуются фэнки.
— Ты знаешь, я их боюсь! — признается он матери.
— Я с тобой!
Они выходят наружу, их сразу же окружают возбужденные девицы, суют бумажки для автографа, а одна, совсем ненормальная, просит расписаться прямо на голой груди. И в этот момент знаменитый певец встречается взглядом с той, вчерашней девушкой.
— А вам не нужен автограф Светлана Булатова? — спрашивает он.
— Нет, не нужен! — отвечает она и поворачивается, чтобы уйти…
— Постойте… — догадывается Светлан. — Я вам все сейчас объясню!
Он уходит за девушкой, и мать с печальным пониманием смотрит им вслед…
АВТОР. Что ж, таков удел каждой матери — рано или поздно отдать сына другой женщине. Главное, чтобы та, другая, была нежная и заботливая. Наша героиня мужественно отнеслась к этому неизбежному событию и даже надеялась, что внезапное увлечение придаст Светлану новые силы в борьбе за обладание «Золотым удодом»…
Грустно улыбаясь чему-то своему, наша героиня в одиночестве подходит к своему дому, входит в подъезд, отпирает почтовый ящик и достает обильную корреспонденцию своего знаменитого сына. Вдруг какой-то маленький листочек выскальзывает и, кружась, опускается на пол, она поднимает листочек, пробегает его глазами — и ее лицо искажается ужасом. Не помня себя, она бросается к лифту, врывается в свою квартиру, хватает телефон. Она так взволнована, что не может сразу набрать нужный номер…
Стилизованный под начало века телефон звонит в роскошной ванной, отделанной черной плиткой. В маленьком бассейне, в пене сидят уже знакомая нам Маня и итальянец. Он, как и все будущие гости Мани, говорит на своем родном языке, но на этапе литературного сценария автор дает иностранную речь в переводе.
— Алло! — отзывается Маня. — Светка… Успокойся… Они что, с ума сошли?
— Моя кошечка… — мурлычет по-итальянски итальянец, поглаживая Манино колено.
— Еду! — отвечает в трубку Маня и выскакивает из пены.
— Что случилось? — удивляется гость.
— Продолжение следует… — накидывая халат, отвечает Маня.
— Чудесно! — отвечает итальянец.
Снова квартира Булатовых. Наша героиня, заплаканная, лежит на диване. Маня решительно расхаживает из угла в угол и успокаивает подругу.
— В конце концов никакой трагедии нет! Каждый парень должен пройти через это… Вернется настоящим мужиком: талия — 70, плечи — 118. Не рыдай!
— Как ты можешь это говорить! Он там погибнет! Он же артист… Он такой хрупкий… Он сейчас на взлете… А когда его выпустят… — Наша героиня захлебывается рыданиями.
— М-да… «Золотой удод» уж точно тю-тю!
— Маня, неужели ничего нельзя сделать?
Маня берет в руки листочек и читает:
— В соответствии с Законом о всеобщей воинской обязанности вы призываетесь на срочную военную службу… Иметь при себе пару нательного белья, ложку, кружку… Идиоты!
— Манечка, там же плохо кормят… Стреляют… А еще там дедовщина… Я знаю… Я книжку читала, «Сто дней до приказа» называется. Над ним будут издеваться, а он гордый и беззащитный.
— Есть вообще-то у меня один мужик… Талия — сто, плечи — девяносто. Сексуальность — 16 процентов. Но большим человеком теперь стал! Из телевизора не вылазит!
— Манечка, позвони! Я умру…
— Ясен хрен!
Утро в квартире Булатовых. Наша героиня стоит перед зеркалом и старается стереть со своего лица следы отчаяния. Одета она как для официального визита. Открывается дверь, и входит Светлан, у него вид человека, встречавшего с любимой рассвет.
— Ты куда? — спрашивает он.
— А ты откуда?
— Знаешь, я придумал новую песню. Показать?
— Потом. Я тороплюсь.
— Ну, Светик, не сердись! «Золотой удод» никуда от нас не улетит!
— Ты уверен?
Светлан садится к телефону и начинает набирать номер.
— Светик, скажи, — спрашивает он мечтательно, — если ты, например, расстался с человеком всего полчаса назад, а уже хочется ему позвонить… Это любовь?
— Не знаю… Мне никогда никому не хотелось позвонить через полчаса.
Солидный особняк. Богатая вывеска:
КОНСЕРВАТИВНО-РАДИКАЛЬНАЯ ПАРТИЯ (КРП)
Наша героиня и Маня входят. Их встречают два здоровенных охранника с миниатюрными миноискателями в руках, проверив подруг на предмет террористических намерений, они пропускают их.
АВТОР. Не удивляйтесь всем этим предосторожностям! Дело в том, что недавно знаменитая Партия Прогресса раскололась на две организации — Консервативно-радикальную и Радикально-консервативную. Как это часто бывает между разведенными супругами, они никак не могут поделить имущество, что и приводит к открытой вражде, доходящей буквально до неприкрытого терроризма!
В приемной навстречу подругам поднимается вышколенный секретарь:
— Эрлен Степанович вас ждет!
Они входят в огромный полированный кабинет. Из-за большого стола выходит пузатенький бородатенький мужчина с депутатским значком в лацкане пиджака. Дружеское рукопожатие.
— Это Светлана! — представляет Маня. — Моя лучшая подруга!
— Прошу! — приглашает лидер. — Кофе, чай… мартини?
— Эрик! — Маня восторженно оглядывается. — Кабинет, секретарь, охрана…
— Да, охрана! Кругом враги!! Особенно эти ренегаты — радикал-консерваторы. Готовят покушение. Я знаю.
— Эрик! А помнишь тогда, в Чертаново, у тебя на кухне? Кто бы мог подумать!
— Как же… Демосфен учился красноречию на берегу моря, а я на кухне. Хотите покажу кое-что?
Он ведет их в комнату для отдыха, каковые обязательно имеются при больших руководящих кабинетах, и взглядам удивленных подруг предстает точная копия маленькой московской кухоньки.
— Все свои выступления здесь обдумываю! — признается лидер. — И отдыхаю от борьбы… Кофе, чай, мартини?
— Эрик, а мы к тебе с просьбой! — сообщает Маня.
— Естественно, с чем же еще!
— Понимаешь, ее сына… замечательный мальчик, известный певец… его забирают в армию. А помнишь ты говорил на предвыборном митинге, что наши юноши…
— Манюся, напоминать человеку, что он говорил на предвыборном митинге, так же неприлично, как наутро повторять любовнику то, что он обещал в пароксизме страсти…
