хоть каких-то парней дома и соблазнить их если не моей внешностью, то богатым приданым.
- Матушка, - робко начала я. Не знала, как объяснить то, что и так все знают: я буду настоящим посмешищем для окружающих. – Быть может не стоит…
- Стоит, - в разговор вмешался Северин. Мой младший брат спустился к завтраку и выглядел недовольным: по-видимому, его, как и меня, первый снег не порадовал. Я тяжело вздохнула: сбежать не удалось. – Мир не вертится вокруг тебя Адамина. Иногда, ради других следует сделать то, что ты и не хочешь.
Северин в упор смотрел на меня темными глазами – копия моих, и его взгляд я не выдержала. Сгорбилась, уткнулась в тарелку и промолчала.
Уже год длится наше с братом противостояние, и целый год я выхожу из него проигравшей.
- Северин, - отец оторвался от документов. Странно, мне казалось, что он нас не слушает. – Не дави на Аду, она и так все понимает. А вот ты опоздал, хотя знаешь, как я этого не люблю. Наказание обычное – десять ударов.
Северин фыркнул и сел напротив меня. Я боялась поднять взгляд и смотрела в тарелку, сминая в пальцах салфетку. Десять ударов… мне назначают не больше пяти, да и то, в последнее время их за меня получает Милли. Чтобы драгоценную шкурку не попортить, а то и так никому не нужна.
- Нас приглашают на бал, Ида, - отец обращался к матери, но предназначалась информация и для нас тоже. Северин оживился – еще бы, вполне может быть, что невесту удастся найти и без разъездов по заснеженному Исамиру, а я едва не застонала, осознавая, что порция унижений увеличится вдесятеро. Право, лучше бы меня плетьми отхлестали. Меня же на этом балу и не пригласит никто. Хорошо если в глаза не скажут, что обо мне думают.
- И кто осмелился? – поинтересовался Северин.
Мама подняла на брата недовольный взгляд, но он не стушевался. Еще бы, это же не Северин в нашей семье виноватый во всем.
- Семья Фальцштер. У них на выданье сразу три сестры. Конечно, Ольгинка маловата, ей бы еще годик подождать, но вдруг именно она приглянется тебе, Северин. Тогда мы будем готовы повременить с ритуалом. В любом случае, у тебя, сын, будет возможность выбрать – бал перед самым Сердцем Зимы.
А еще Фальцштер бедны как церковные мыши и не готовы дать за дочерей приданое. Понятно-понятно, для чего именно они устраивают бал, отчего готовы пригласить даже отщепенцев, и почему прямо перед самым Сердцем Зимы. Все приличные невесты будут разобраны и несчастные женихи будут готовы жениться на всех девушках Фальцштер, а заодно и на их матушке, которая уже много лет тщетно пытается найти дурачка, готового взять ее замуж.
Северин все это отлично знал и довольным не выглядел, но хотя бы не стал язвить и обвинять меня в том, что приличную невесту ему теперь не видать, как собственных ушей. Конечно, это краткая передышка, но я была рада даже ей.
После завтрака я хотела сбежать в библиотеку, но матушка принялась отбирать вещи для путешествия и разумеется, мне, как будущей хозяйке, обязательно было при этом присутствовать. Бесконечные утренние, прогулочные, обеденные, вечерние и бальные платья, шляпки и перчатки, сорочки, панталоны и корсеты, жакеты и шубки. И это только наши с матушкой гардеробы – в отборе вещей отца и Северина, мне милостиво разрешили не участвовать.
Милли и ее помощница – Алесса укладывали отобранные вещи в чемоданы и сразу же навешивали на них артефакты, чтобы сделать безразмерными. Не будь у нас денег на артефакты, пришлось бы путешествовать не на одном дормезе, а во главе их длинной кавалькады – так много вещей мы отобрали. Хотя, не будь у нас денег, проблема избытка тряпок нас не волновала бы так сильно.
Мама была в восторге. Сборы в дорогу ее всегда радовали, а вот я страдала. Мало того, что мне это занятие в принципе не нравилось, так еще оно и демонстрировало тот факт, что никогда не придется мне этим заниматься, как хозяйке дома. Не найти во всем Исамире человека, готового взять в жены порченую.
Глава 2
Как я и думала, в дом наш сваты не спешили. Мама делала вид, что все так и задумано, и поспешила отправиться в путешествие как можно быстрее. Уже на третий день зимы мы тряслись в дормезе на пути к дому семьи Ицштвар. И конечно, мама без умолку говорила о том, что женихи прибудут, только нас не застанут, но мы-то с Северином знали правду. Брат презрительно кривил губы и не разговаривал со мной, а я читала или смотрела в окно, никоим образом не реагируя на убеждения мамы.
Семья Ицштвар приняла нас прохладно. Дочерей конечно показали, но вот сыновья, коих у четы было четверо, даже представляться мне не стали. Благо, что в этом доме мы не задержались, а двинулись дальше.
С каждым домом (а их к празднику Сердца зимы на нашем пути насчитывалось уже семь) мама мрачнела все сильнее, а Северин, напротив, ободрялся, всем своим видом словно бы демонстрируя обвинительную фразу «Ну, я же говорил!».
На бал у Фальцштер и отец и мать возлагали огромные надежды, а вот я понимала, что ничего хорошего меня не ждет.
Земли Фальцштер располагались у подножия Великих гор. Величественные, загадочные – я смотрела на них в окно и размышляла о том, что по ту сторону тоже могут жить люди. Никто и никогда не преодолевал Великие горы, чтобы это проверить, но быть может, там к моей «порчености» отнеслись бы благосклонно.
Снег шел и шел, укрывая поля Исамира, и белый цвет успокаивал и намекал на то, что я со всем справлюсь. Как проходит зима, так пройдет и печаль: молодость когда-нибудь заканчивается и лет через десять никто уже не вспомнит по какой причине я осталась старой девой. По какой причине от меня отказались все мужчины.
Словно услышав мои мысли, заговорил Северин.
- Мама, а что случится, если Адамина не выйдет замуж? – братец воспользовался тем, что отец спит и не сможет его одернуть.
- Не говори глупостей, - не удержавшись, мама взглянула на меня. Я сделала вид, что ничего не слышу и чуть ли не сплю с открытыми глазами. – Адамина найдет жениха. Если не в эту зиму, так в следующую.
- А если и в
