А на крышке колодца обнаружилось нечто неожиданное: кролик.
Сперва Лоуренс подумал, что зверек сбежал из какой-нибудь лавки, однако тот совершенно не пытался удрать или спрятаться.
Наконец-то Лоуренс осознал, что глаза кролика светятся разумом – он явно был способен понимать человеческую речь.
Хоро сделала глубокий вдох, с трудом удерживая себя от того, чтобы в ярости наброситься на зверька.
– Приношу свои извинения за то, что вынужден был огорчить владельца этой котомки, – произнес кролик. Как и ожидал Лоуренс, речь его была изысканной и отчетливой. – Но я не причинил ему зла. Я предпочитаю избегать подобного развития событий.
Оценивать истинность или ложность этого заявления лучше всего было доверить Хоро. От Лоуренса же требовалось сохранять спокойствие и наблюдать за происходящим.
– Чего ты добиваешься? – спросил Лоуренс.
Не могло же это быть простое вымогательство.
Ведь противником был говорящий кролик, который, более того, знал про Хоро.
– Мои товарищи видели, как вы шныряли по Ренозу. Я приказал им разведать, каковы намерения столь странной пары – торговца и волчицы.
– И что же ты узнал?
При этом вежливом вопросе Лоуренса уши кролика встали торчком, и он ответил:
– Нам нужна запретная книга.
Лоуренс почти не удивился. Если этот кролик раскрылся перед ними, показав котомку Коула, да еще приказал наблюдать за ними в Ренозе, такое заявление было вполне ожидаемо.
– …С какой целью?
– Без цели как-либо навредить вам двоим, смею заверить.
Однако на вопрос Лоуренса кролик не ответил. Возможно, его слова были сказаны всего лишь для того, чтобы Хоро держала себя в руках.
Хоро явно была готова броситься на кролика при малейшем поводе. Ее ручка продолжала стискивать мешочек с пшеницей на груди.
Кролик, глядя на Лоуренса и Хоро, заявил:
– Над северными землями нависла неслыханная угроза.
Лоуренс резко втянул воздух.
На его взгляд, существование запретной книги могло послужить искрой, которая ввергнет северные земли в хаос; идея, что книга может спасти земли от опасности, казалась ему малореальной.
– Если мы получим книгу, то, возможно, предотвратим эту угрозу.
Кролик говорил очень правильно. Произношение его было идеально, и вообще манера речи соответствовало высокопоставленной особе.
Однако шнурок котомки Коула был перерезан. Лоуренс не считал, что речи кролика были просто беседой или, скажем, переговорами. Это была угроза: «В следующий раз на столе может оказаться его голова».
– Кто ты такой? – спросил Лоуренс.
Ответ кролика заставил Лоуренса невольно вскинуть голову.
– Хильде Шунау. Казначей компании Дива.
В любой торговой организации казначей – правая рука владельца. Это существо явно занимало очень высокое положение в компании Дива. Такую крупную организацию, способную даже чеканить собственные деньги, без особого преувеличения можно назвать настоящим королевством.
А значит, Лоуренс и Хоро сейчас разговаривали с правой рукой короля.
Или кролик им лгал?
Лоуренс покосился на Хоро – та стояла неподвижно.
Похоже, кролик, назвавшийся именем Хильде, говорил правду.
Лоуренс сглотнул слюну. Потом медленно сделал три вдоха-выдоха.
Раз, два, три.
Мысли в голове вернулись на торговую стезю.
– И для чего, господин Хильде, тебе нужна запретная книга?
– То, что это вызывает подозрения, вполне естественно. Мы же тоже отнюдь не в неведении о ваших целях.
Если они забросили свои сети в Ренозе, то вполне могли вызнать это. Особенно если учесть, что компания Дива вела дело с наемниками. Более чем разумно было предположить, что наемники, связанные с Дивой, выслеживали Лоуренса и Хоро.
– Однако, рассмотрев все возможности, мы пришли к выводу, что можем надеяться лишь на легенду о запретной книге.
Лоуренс понятия не имел, стоит ли больше доверять торговцу такого масштаба, как Хильде, да еще и казначею компании Дива, когда он говорит таким серьезным, тревожным голосом.
Однако он не думал, что слова кролика полностью лживы.
Ведь Хильде вовсе не просил Лоуренса одолжить ему свои навыки бродячего торговца, не просил Хоро одолжить ему свои клыки. Ему всего-навсего была нужна запретная книга.
Более того, то, что он положил котомку Коула перед Хоро, значило, что он был готов взглянуть в лицо смерти.
Жизнь казначея компании Дива слишком ценна, чтобы так ею рисковать.
Похоже, компания Дива и впрямь исчерпала все возможности, прежде чем дойти до такого.
Поэтому Лоуренс задал еще один вопрос:
– Что происходит?
На миг Хильде задержал дыхание, точно не хотел говорить горькую правду, но тут же ответил:
– Сейчас в компании Дива раскол. И моя сторона в худшем положении.
– …И? – спросил Лоуренс так быстро, как только сумел; однако скрыть потрясение ему не удалось.
Раскол в компании Дива.
Это плохая новость.
– Полагаю, вы знаете о нашем решении выпустить новые деньги?
– Да, и я считаю, что это великолепно. Конечно, под этим я подразумеваю в том числе прибыль от чеканки.
– Все так и есть.
Звуки суматохи главных улиц сюда, в глубину проулков, не доходили. Однако, подняв глаза, Лоуренс смог разглядеть на фоне черного неба красные искры от костров.
– Однако, если вкратце – наша прибыль оказалась слишком велика.
«Прибыль слишком велика». Это сказал казначей компании Дива.
Лоуренс повторил эти слова, как будто других не знал:
– Прибыль слишком велика?..
– Да. Как только мы решили чеканить деньги, прибыль оказалась слишком велика. Вдобавок к этому менялы уже начали задирать цены на новые монеты.
То есть они уже начали торговать деньгами, которые еще не существовали.
Большинство верило, что у этих монет вправду будет невероятно высокая чистота и что она будет поддерживаться и впредь.
Даже если цена подросла, несомненно, многие желают заиметь себе эти монеты; и многие менялы желают воспользоваться этим к своей выгоде.
– Сначала мы тоже были очень довольны тем, что цена новых денег растет. Однако, похоже, в мире мало что хорошо влияет на людей, будучи в избытке. Сейчас аристократы заранее делят деньги между собой. Это золотой дождь, какого еще не видывала история всех их родов. Когда они осознали это, то предложили очень простую вещь.
– Чеканить еще больше монет?
Кролик кивнул и издал нечто вроде раздраженного вздоха.
– Чем больше чеканится денег, тем больше прибыль.
