небе неспешно плывут облака.
От содеянного почувствовала себя свободной. Казалось, все время, проведенное в пансионе, я жила в скорлупе, которая сейчас дала трещину и разрушалась, выпуская новую меня.
Это правда, у меня никогда не было проблем ни с матушкой, ни с воспитательницами. Я выполняла правила, всегда была вежливой и послушной. Научилась хорошо прятать взгляд за опущенными ресницами, становиться незаметной, мой голос был так тих, что в нем нельзя было услышать ни единой нотки, выдающей настоящие эмоции.
Мне в принципе нравилось учиться. Особенно завораживали занятия магией, где я достигла немалых успехов. В отличие от подруг меня не тяготили обязательные молитвы Светлейшей. В ритуалах жили красота и уверенность. Но сейчас во мне что-то сломалось. Нет, это был не протест, я просто очень четко осознала, что не выйду замуж за боевого мага Силана Дрейна.
Никогда.
Не понимаю, почему отец решил отдать меня ему. Чем я заслужила?! И вообще, все идет не так. Сначала я должна была отправиться на отбор во дворец правителя, где встретила бы свою истинную любовь. Выход из пансиона Светлейшей для его воспитанниц – выход замуж. Здесь готовили достойнейших дочерей Света, которые становились сначала образцовыми невестами, а потом – не менее образцовыми женами.
Я много об этом думала, но никак не могла представить своего будущего мужа. Его образ оставался каким-то размытым. Зато прекрасно представляла, как буду жить в небольшом, но уютном замке с огромной библиотекой и лабораторией, где стану практиковаться в магии. А еще заведу себе огромного мракодава. Такого лохматого и серого, с янтарными глазами и розовым языком. Он будет сопровождать меня везде. И жить в моей спальне. И спальня у меня появится своя, отдельная. И спать я буду, сколько захочу, а не подниматься на рассвете, как безумный жаворонок. И никакого вышивания и пения. А иногда я буду ездить во дворец правителя…
– Магда, Магда! Где ты?
Я закрыла глаза.
В пансионе Светлейшей очень трудно остаться одной.
– Ты чего разлеглась тут? Показывай браслет?!
Ария и Дария с шумом рухнули на траву рядом.
– Весь пансион на ушах. Никто не ожидал, что ты первая… – Ария осеклась, потому что острый локоть Дари ткнулся ей под ребра. – Я имею в виду, что без всякого отбора.
– Где же браслет, Магда?
Дари даже ощупала мое запястье.
– Потерялся.
– Что? – в один голос повторили подруги.
Я пожала плечами.
– Но это невозможно!
– Как видишь, браслета нет.
– Нужно срочно бежать к матушке! Магда, ты же понимаешь, как это плохо?!
Я посмотрела в удивленные фиалковые глаза Дари. Вот кого можно назвать настоящей красавицей: шелковые волосы пшеничного цвета, нежнейшая гладкая кожа, маленький аккуратный носик, пухлые губы, но главное – полная тяжелая грудь, которая соблазнительно натягивает лиф платья. Ее сразу же выберут.
Я лично не могла похвастаться соблазнительными формами.
Ария заволновалась:
– Магда, где ты могла потерять браслет? Пойдем поищем… Я сейчас позову всех.
Но я покачала головой.
– Это знак, что мне не выйти замуж, поэтому я лежу здесь и принимаю свою судьбу со смирением, – изрекла я и снова прикрыла глаза.
Девочки не распознали в моих словах издевку. Приняли сказанное за чистую монету и принялись меня утешать.
– Ну же, Магда, вставай! Еще не все потеряно! – Ария осеклась. – Я видела, как твой Силан Дрейн уходил. Он такой… такой… А как он открыл портал – это же невероятно! Ммм… Какие руки… Какие глаза…
«Ко-ко-ко, кудах-тах-тах», – с раздражением думала я.
Я продолжала лежать с закрытыми глазами, но знала, что подруги улыбаются и переглядываются.
– Только представь: ты проведешь первую брачную ночь с ним! – выдохнула Дари.
В пансионе Светлейшей царили строгие нравы и правила. О том, что происходит в спальне между мужем и женой, целомудренным девам до срока знать не полагалось. Именно поэтому об этом говорили постоянно, смакуя скудные подробности, испытывая попеременно восторг и ужас. Поцелуи, объятия будоражили воображение.
– Ммф… – только и могла сказать я.
– А потом еще много ночей… – мечтательно добавила Дари.
– Днем тоже можно, – хихикнула Ария.
– Прекратите!
– Кто-то покраснел. О да… Он будет тебя целовать, Магда.
Он поцеловал меня, но я не почувствовала никакого восторга. Похоже, слухи сильно преувеличены.
Я глубоко вздохнула и все-таки поделилась:
– Я ему не понравилась.
– Ну, у вас будет время… – начала Дари.
– Да не волнуйся. Любовь не всегда приходит сразу, – изрекла Ария с видом воспитательницы. – Жена должна взрастить любовь в себе, и тогда…
– Ой, Ария, прекрати, – не выдержала я.
Дари поднялась.
– Не понимаю, как ты можешь быть такой спокойной. Ты сегодня впервые увидела жениха. И твой браслет пропал! Это немыслимо!
Я резко села, даже голова закружилась.
– Но я совсем не спокойна, Дари. На самом деле я…
– Ты что? Договаривай! Ари, она меня пугает. Молчит и смотрит в одну точку.
– …мне нужно поговорить с отцом. Он должен объяснить. Наверняка это какая-то ошибка.
– О чем ты, Магда?
Дари и Ария тоже поднялись. Я побежала вперед, они за мной. Так быстро я никогда не бегала. Мы неслись по коридорам, совершенно не заботясь о «чинности и степенности», и почти столкнулись с матушкой.
– Магда, Магда… посмотри на себя!
Я только сейчас поняла, насколько дико выгляжу: волосы растрепались и торчат в разные стороны, подол платья и туфли в глине и свином навозе, локти в зеленых пятнах от травы.
– Простите, матушка.
– У Магды пропал помолвочный браслет! – выпалила Ария, которая просто не могла держать язык за зубами.
– Что?!
Глаза настоятельницы удивленно расширились, щеки затряслись.
– Пожалуйста, матушка, мне нужно поговорить с отцом.
– Хм… Как он пропал, Магда? Пожалуй, это происшествие извиняет твой неподобающий вид. Дария, Ария, идите к себе в комнату и посвятите время молитве Светлейшей и чтению, – скомандовала она. – Идем, Магда.
Подругам пришлось подчиниться, несмотря на любопытство. Но с матушкой не поспоришь.
– Итак, как пропал браслет?
Мы снова вошли в кабинет матушки. Она опустилась в кресло, которое предательски тяжело скрипнуло.
– Не знаю, – со всем возможным смирением произнесла я. – Пожалуйста, позвольте мне связаться с отцом.
– Не знаешь, – эхом повторила матушка.
Стоило больших усилий сохранить невозмутимый вид.
– Ну что ж… истории известно три примера, когда браслет потерялся сам собой, – сказала матушка.
Я ощущала ее обжигающий взгляд. Нет, она не смогла бы управлять обителью и пансионом, если бы не была хитрой и изворотливой. Я чувствовала, что она играет со мной, и принимала эти правила. И признаваться не собиралась. Сейчас нужно изображать недоумение, краснеть, бледнеть и лепетать. Хорошая воспитанница.
– Не знаю, что произошло, – сказала я, – вот он был, а потом исчез.
