ещё есть?
Мама рассказывала мне когда-то в детстве о каникулах, проведённых на море, где она в первый и единственный раз увидела свечение фитопланктона. Возможно, она стала последней, кто наблюдал это редкое явление. После ряда катастроф на нефтевышках и разломов земной коры нефть разлилась по Мировому океану и уничтожила большинство его обитателей. Но тот момент, пойманный моей мамой до цепи катастроф, не забыть никогда. Волшебство мерцающих огней, окружающих судно, плывущее по ночной глади океана…. Всё детство я провела в мечтах повстречать подобное чудо. Но каждому ребёнку известно, что на Перфундере живых существ просто нет.
–А ведь мистер Гилрей прав! – воскликнула темноволосая девушка, около 30 лет, симпатичная и разговорчивая, которая из всей этой странной компании выглядела наиболее заинтересованной в происходящем. – Лианы и правда похожи на желе! Упругие, кажущиеся твёрдыми, но в то же время мягкие, как и прозрачный десерт!
–Никогда не пробовала желе, но ты правильно описала крепкие, здоровые лианы. А вот Вы, мистер Гилрей, похоже, вляпались в гниющую.
Какая дикость называть друг друга мистерами и мисс или миссис! Я никогда не понимала это желание землян разделить общество на классы и возраста путём элементарных обращений. На Перфундере пятилетний мальчишка обращается к пожилой женщине по имени, и никто не считает это чем-то зазорным. Правда, никто не в праве принуждать другого обращаться к себе так или иначе. Чаще всего, на «Вы» жители Перфундере лишь с пожилыми людьми, и то эта традиция упраздняется среди «самых старых» жителей Перфундере. Ведя группу над болотом, я всё снова и снова смаковала момент, когда сообщу им, что теперь все они – равны.
Народ приглушённо хихикнул, потупя глаза в голубоватый растительный пол, а девчушка с пушистым хвостом на затылке залилась громким смехом. К счастью, мать не отреагировала, а то что бы было…. Даже страшно представить! Что бы я делала, если бы в мой первый день работы погиб человек, за которого я ответственна, а то и не один? От этой мысли по телу пробежали токи. Почувствовав в мышцах напряжение, я вежливо попросила землян помолчать в целях их же безопасности. Те покорно согласились. Нет, руководство планеты не «совсем изверги». Какая-никакая страховка всё же есть, но она скорее «никакая», чем «какая», если честно.
Вдруг за спиной кто-то взвизгнул пронзительным, обрубленным криком. Всё внутри меня похолодело от ужаса. Я обернулась, боясь увидеть нечто ужасное. Но, к счастью, все были на своих местах. Лишь женщина средних лет побагровела от ужаса, а девушка позади неё осуждающе поджала нижнюю губу.
–Простите, я попала в выбоину, – кто бы мог подумать, что такая зрелая женщина может издать такой тоненький крик.
–Будьте осторожны. Проверяйте каждый сантиметр и старайтесь идти за мной след в след. Хорошо?
Они кивнули. Чуть было не случившееся падение одного из членов группы здорово приструнило остальных. Мне даже стало их жаль. Но повисшая в воздухе сосредоточенность оказалась как раз кстати. Хлипкий мостик становился всё более и более прозрачным. До земли оставалось ещё совсем немного, но именно эти метры считаются самыми опасными. Переселенцы расслабляются, теряют бдительность, и…
Я объяснила моей группе, как они должны идти. Все вместе мы упирались ногами в два каната, за которые цепляются лианы, локти ставили на перила, а кистями рук брались за них. Наш путь до конца мостика напоминал игру, где участники должны пройти под верёвкой, при этом не задев её. Такая неестественная поза ужасно выматывает. Люди, особенно в возрасте, кряхтели, но не жаловались, безропотно продолжая идти. Стойкие ребята!
Ощутив под собой твёрдую почву, все, как один, попадали на зелёный ковёр, устилавший холм. Для меня переправа через мост не составила большого труда, но чувство облегчения после тяжёлого пути передалось и мне. Мелкие зелёные травинки щекотали скулы, снизу вверх струился поток влажности от росы, выпадающей на болотах каждое утро. Земля казалась намного мягче, чем матрацы из чистейшего хлопка, выращенного на западе Перфундере. Закрыла бы глаза и заснула, но нельзя. И всё же я позволила себе на мгновение окунуться в сиреневый мир солнца, проникающего сквозь сомкнутые веки. Хотелось остаться на этом самом месте навсегда! Как я люблю эти места! Их очаровательная таинственность и непорочность природы вдыхают в душу какой-то особенный аромат, пробуждающий и усыпляющий одновременно…
Обувь одного из переселенцев слегка скрипнула, и звук разнёсся по тишине Винджейского болота подобно удару в гонг. За ним последовал целый обвал шевелений. Возня заглушила покой. Пришлось встретиться глазами с ярким солнцем и продолжить свою работу. Мои так называемые подопечные уже поднялись с земли и озабоченно смотрели в сторону только что покорённого болота, отряхивая одежду от частичек лиан и карлинской травы.
–Ну что, отдохнули?
Приятно было улыбнуться этим милым, опешившим людям, перед которыми всё окружающее пространство за последние несколько часов перевернулось с ног на голову. Перелёт – то есть четыре года в состоянии анабиоза и три месяца бодрствования – вымотает кого угодно, даже крепкого сварливого Джонатана Гилрея, со лба которого не сходило напряжение, скопившееся в глубокой продольной морщине. Что уж и говорить о нашей пожилой паре: Бруно и Элли, которые так трогательно поддерживали друг друга на протяжении всей дороги.
–Хочется уже выспаться по-человечески, – робко проговорила женщина с уже знакомой дочкой, которая теперь стояла в оцепенении, впившись глазами в синь нашего неба.
–Какой же чистый воздух! – Кайла не переставала удивлять меня своим отношением к нашей планете, словно она вернулась домой, а не ступила на почву Болотного края четыре часа назад.
–Вы все молодцы! Хорошо держались! В прошлом году два новоприбывших переселенца в первый час после приземления потеряли сознание от избытка кислорода. Вы же оказались очень крепкими. Процедура адаптации прошла успешно. Затемнённые линзы вы сможете снять через два-три дня. Теперь всё будет в порядке.
Они переглянулись, немного приободрившись. Мне так хотелось, чтобы каждый из группы сказал хотя бы слово, ведь познакомиться со всеми для меня было страшно интересно! Эти пятнадцать человек прибыли к нам из другого мира, с которым я не была знакома лично, но была наслышана о многих пугающих вещах, которые происходили и происходят на планете Земля. Пусть мои родители и жили на далёкой планете, спящей в колыбели Млечного пути, увидеть своими глазами и услышать рассказы очевидцев – несравнимые вещи. И всё же я довольствовалась рассказами. Покидать Перфундере не было ни малейшего желания, да и вряд ли когда-то будет.
–Итак, для начала: с сегодняшнего дня, с этого часа, этой минуты и этой секунды
