галактики, где-то в недрах Млечного пути, она зарабатывала на жизнь, занимаясь подготовкой стола к приёму важных персон. С карьерой дизайнера у мамы также не сложилось. Оказалось, для того, чтобы профессионально обучаться искусству дизайна, необходимо как минимум уметь чертить макеты. Современные технологии существенно облегчали задачу, но Чарис всё же терялась в бесконечных линиях и условных знаках, поэтому так и не сдала свой первый проект. Планирование не было её стилем жизни. Мама привыкла жить чувством, и эту же склонность она частично передала мне, разделив право генного наследства с мужем, отличавшемся практичностью и показной суровостью, свойственной многим мужчинам.
Когда гости, наконец, прибыли, я жалела лишь о том, что им пришлось пройти пешком целый час, а может и все два, чтобы добраться до нашего дома. О квадроцикле я даже не задумывалась – ну разве что со снисходительной улыбкой. Поэтому, как только Бруно и Элли были встречены вежливыми, проникнутыми уважением приветствиями, я поспешила усадить их в мягкие кресла и вручить по стакану лаймового напитка – на улице было довольно жарко.
–Свен сегодня весь день ведёт себя как настоящая хозяйка! – воскликнула Чарис, не сдержав порыва распирающей её гордости, и тем самым вогнала меня в краску. Иногда мама ведёт себя так, словно мне – 7 лет.
–Надеюсь, вам понравится. Основное блюдо скоро будет готово. Надеюсь, вы не слишком голодны?
–Нет, не беспокойтесь. Да и не к чему было так переживать. Ведь мы в конце-то концов прилетели с Земли. С едой там совсем худо, так что мы такими темпами в скором времени будем переваливаться с боку на бок, занимая слишком много места на этой маленькой планете, – расхохотался Бруно, потревожив морщины на чуть выступавшем вперёд лбу.
–Не знаю, как ты, но я не могу позволить себе толстеть, – с деланным возмущением откликнулась Элли. – Хотя, держу пари, именно на Перфундере сбалансированное питание – это не миф, пущенный маркетологами.
–А чем вы обычно питались на Земле? – спросила я, уцепившись за возможность расспросить, так сказать, ветеранов о жизни на далёкой, но так интересующей меня планете.
–Чтож, Элли с удовольствием расскажет вам о своих любимых булочках люкс!
–О, не вспоминай, не буди во мне ностальгию!
–Ребятки, поверьте, лишь эта странная женщина может отзываться о них, как о предмете наслаждения, – прикрыв ладонью рот, зашептал Бруно. – А вообще эта вещь довольно проста. Покупаешь пакетик с тестом, тюбик крема и формочки, напоминающие линзы. Раствор так называемой булочки смешиваешь с водой и заливаешь в эти самые пластмассовые линзы. Когда всё это дело застынет, сдабриваешь створку порцией крема и накрываешь сверху другой половинкой. На минуту в холод и готово! Излюбленное лакомство Элли!
–Бруно покупал мне эти наборы каждый месяц, хотя сам за всю свою жизнь попробовал лишь одну булочку.
–Не правда! Был ещё один раз, за долго до нашей свадьбы. Когда ты годы спустя состряпала снова, я подумал, почему бы не попробовать, вдруг их вкус с годами изменился, стал более приятным. Увы, меня ждало разочарование.
–Что-то мы всё болтаем и болтаем, а вы молчите. Простите за невнимательность.
–Напротив, это огромное удовольствие – наблюдать за такой милой парой!
–Бруно, слышал? Нас назвали милой парой. Обычно нас называют парочкой сумасшедших.
И Бруно, и Элли для своего возраста выглядели довольно молодо и свежо. Их сияющие глаза выдавали оптимистов по жизни. Лишь слушая их разговор между собой, не принимая участия и не задавая вопросов, впадаешь в сладкую прострацию, без остатка погружаясь в тематику их беседы. Я была готова сидеть и смотреть на них целую вечность! Казалось, слова в устах этих чудесных любящих супругов не иссякнут никогда.
В разговоре с Бруно и Элли не хотелось упускать ни секунды возможности слушать их, поэтому, быстро проверив еду и убедившись в её готовности, я поспешила вернуться, преодолевая расстояние от порога до порога с помощью челночного бега плюс прыжков в длину. Влетев в комнату, я как можно более скромным голосом объявила, что с готовкой покончено и гости могут пройти на кухню. Ну а там, когда восхищения вкусом, качеством и красотой поданных блюд, наконец, прекратились, разговор о родной планете Бруно и Элли продолжился, но уже в ином ключе.
–Я стараюсь поддерживать отношения с переселенцами, но вот уже давно не спрашивала никого о колпаках. Скажите, их так до сих пор и не построили? – спросила Чарис.
–У-у, дорогая моя! Вы с этим вопросом немного припозднились. Уже года три как стоят над Рио-де-Жанейро, Нью-Йорком и Берлином. В конце следующего десятилетия обещали построить ещё дюжину в Северной и Южной Америках, пять – в Азии и по семь в Европе и Африке. Ну, а Австралия – сами понимаете, не получит ничего. Это – новости последних месяцев, если что. Не думайте, что я притащил вам новости 7-летней давности, хе-хе.
Десять лет тому назад Австралия, как максимально отдалённый от других территорий материк, был признан заражённой зоной. Его стали использовать как хоспис для всех серьёзно больных людей, не имеющих средств на лечение недуга. По сути, красивую страну превратили в огромный лепрозорий, и ссылка туда была как принудительной, так и добровольной, ведь для некоторых жизнь среди здоровых становилась практически невозможной.
–За год до нашего отбытия случилась вспышка чумы. А пару месяцев назад мы поймали сигнал о том, что вирус вновь мутировал. Новостные экраны транслировали, как три огромные баржи отвозят заболевших на далёкий материк. В таких масштабах распространения болезни власти решили отказаться от самолётов и сделать всё по-старинке. Скорее всего, для того, чтобы предупредить заражение ценного персонала. Мне кажется, матросы и капитаны этих барж знали, что шанс на их возвращение ничтожно мал. Это был путь в один конец.
–Неужели нет никаких средств защиты?
–Увы, дорогая Свен, это весьма затруднительно. Но два капитана и шесть матросов всё-таки вернулись на родину.
–Вот видите! Случилось-таки чудо.
–Чудес не бывает. Кто побывал на Земле, на всю жизнь запомнил эту простую истину. Выжить там возможно лишь одним способом: не обманываясь пустыми надеждами и показными добродетелями. Кто знает, на что пришлось пойти этим морякам, чтобы выжить? Возможно, такие люди покажутся вам циничными и жестокими практиками, но, поверьте, они стали такими не по собственному желанию.
–Почему-то я понимаю жителей Земли и ни секунды не осуждаю. Скорее всего, вы не поверите мне, ведь я родилась на чистой земле, питалась натуральными продуктами и дышала воздухом с 21-процентным содержанием кислорода…
–Похвально, что ты так думаешь, Свен, – ласково
